— Ты читаешь?
— Конечно. Только все чаще приходите брать с собой бухгалтерские отчеты, биржевые сводки, обзоры рынков. А почему ты спрашиваешь?
— Так, на всякий случай. Вдруг твоя тетя или приятели спросят, а я ничего не смогу им ответить. Странно, если будущая жена знает о тебе меньше, чем они. Кстати, — с веселым блеском в глазах добавила Хетти, — когда Сара рассказывала о твоем детстве, она не упомянула о школе танцев.
— Правильно. Еще много лет назад я запретил ей говорить об этом, с кем бы то ни было. — Его голос звучал совершенно серьезно.
Хетти не выдержала и от души рассмеялась, откинувшись назад. Ее тело изогнулось, и ткань платья, натянувшись, обрисовала женственную линию груди, переходящую в тонкую талию и плоский живот. В глубоком вырезе показалась родинка, которой не было видно раньше.
Кайл не мог больше сдерживаться. Он подвинулся как можно ближе, чувствуя ногой жар ее упругого бедра. Хетти сразу перестала смеяться и широко открытыми глазами посмотрела на него в упор. Ей не составило труда догадаться о его желании.
— Не надо, — прошептала она. — Это неправильно.
— А сейчас?
Кайл приблизил к ней лицо, упираясь руками в спинку дивана. Он чувствовал аромат духов, исходящий от ее кожи, видел нежную голубую жилку, пульсирующую у основания шеи. Горячие губы почти благоговейно коснулись нежного места.
Хетти протестующе уперлась ладонями ему в грудь, намереваясь оттолкнуть. Кайл замер. Неужели она не чувствует того же огня, который сейчас сжигает его сердце? Но нет, ее ладони вдруг взметнулись вверх и опустились на плечи, притягивая его ближе. Хетти приоткрыла губы для вздоха. Но он не дал ему улететь с ее губ, накрыв их поцелуем.
Сначала прикосновение было нежным, почти невесомым. Кайл как будто не верил, что опять чувствует сладость Хетти, ее тепло, нежность. Но уже мгновение спустя он прижался к ней плотнее, ощущая холмики грудей, и стал неистово, с первобытной страстью целовать ее. Он губами ласкал ее закрытые веки, маленькие уши, потом снова спускался к ямочке у основания шеи, плечам…
Хетти не сопротивлялась, крепко обнимая Кайла, как будто боясь, что он остановится. Дальше контролировать себя было невозможно. И Кайл, чуть приподнявшись, умело расстегнул длинную молнию и одним движением сдернул платье вниз. Лишь черный полупрозрачный лифчик теперь прикрывал ее грудь. Кайл задрожал и, облизнув пересохшие от волнения губы, провел языком по шелковой материи. Сосок сразу приподнял тонкое кружево.
Еще мгновение — и Кайл взял бы ее на руки и поднялся бы вверх по спиральной лестнице, в спальню. Но Хетти внезапно вскрикнула и с силой оттолкнула его. Тяжело дыша, она натянула платье и застегнула молнию. Затем, вскочив на ноги, произнесла:
— Тебе надо идти.
— Я хочу остаться, — почти умоляюще произнес Кайл. Его разгоряченное мужское тело требовало ласк, которые непременно должны были завершиться сексуальным единением. — Пожалуйста, Хетти, позволь мне любить тебя! Неужели ты не видишь, как я хочу тебя?
Он встал и подошел к ней. Ладонью очертил овал ее лица. Но Хетти отклонилась от его руки.
— Нет, — решительно произнесла она. — У нас не настоящая помолвка, и я не тот человек, с которым можно просто переспать, а потом сделать вид, будто ничего не было.
— Думаешь, что я только так и поступаю?
— Пусть за меня ответит Летиция.
Кайл в отчаянии опустился на диван. Практически впервые в жизни ему не удалось добиться своего. Хетти опять доказала, что не похожа на тех женщин, с которыми ему приходилось делить постель. И ясно дала понять: ее нельзя заставить заниматься сексом без любви, даже если партнер — миллионер. Такая позиция была достойна уважения. Но в данный момент ему было от этого не легче.
— Я понимаю твои чувства, — вздохнул Кайл. — Прости меня. Но ты же не ожидаешь, что я буду вести монашеский образ жизни?
— Я от тебя ничего не ожидаю, кроме слов «спокойной ночи» и «спасибо за вечер».
Кайл слегка улыбнулся и спросил:
— Что ты делаешь завтра?
— Работаю. А вечером собираюсь заняться домом.
— Как это?
— Убираться, пылесосить, готовить еду.
— Пожалуйста, давай завтра встретимся, — попросил он, глядя ей в глаза. — Обещаю, буду вести себя корректно. Никаких поцелуев!
— Но зачем? — От неожиданности Хетти не сообразила, что нужно сразу же отказаться.
Кайл сразу воспользовался ее промахом.
— Чтобы лучше узнать друг друга, отдохнуть, погулять вместе… Можно найти кучу причин! Мне действительно очень интересно и приятно общаться с тобой. Так зачем же лишать себя удовольствия?
— Но… — начала Хетти.
— Кстати, — перебил ее Кайл, хитро улыбаясь, — это свидание еще раз докажет всем, что у нас настоящая помолвка. Ну же, соглашайся! У тебя наверняка есть великолепная идея, как провести вечер!
— Знаешь, я уже больше пяти лет живу в Брайтоне и до сих пор ни разу не каталась на прогулочной яхте, — призналась Хетти. — Тут есть двухчасовые экскурсии вдоль побережья. Только не знаю, плавают ли они осенью… — Ее решимость не встречаться с Кайлом постепенно стала таять. Да и почему она должна отказываться? Ей тоже нравится его общество. К тому же он дал обещание вести себя прилично.
— Если яхты не будут ходить, я сделаю все, чтобы твоя мечта осуществилась, — заверил ее Кайл.
— Даже купишь ее?
— Конечно, — со смехом ответил он.
— Значит, решено. Завтра мы встречаемся на пристани и едем кататься.
— Отлично! — Кайл встал, но больше не сделал ни шагу. — Оденься потеплее. Все остальное я беру на себя.
— Значит, до завтра?
— Да. В четыре… — Он тянул время, не в силах расстаться с Хетти.
— Ну, до свидания. Мне завтра рано вставать. Ему очень хотелось поцеловать ее на прощание, но не хватило решимости. Пожав протянутую руку, Кайл нехотя вышел.
Хетти долго смотрела на закрывшуюся дверь, пытаясь прийти в себя. Мысли встревоженным роем носились в голове, тело продолжало дрожать от ласк Кайла. Никогда раньше она не испытывала страстного желания заняться любовью с мужчиной. Он пробудил в ней первобытные инстинкты. И как их усмирить, Хетти не знала.
8
Ровно в четыре Хетти подошла к набережной, откуда открывался чудесный вид на море. Погода стояла просто великолепная. Был один из тех солнечных, почти средиземноморских дней, которые так редко выдаются в их влажном, туманном климате.
Хетти надела плотные синие джинсы, белый свитер крупной вязки и на всякий случай захватила куртку. На голове ее красовался, светло-серый берет, из-под которого кокетливо выбивалась прядь волос. На ней еще остались следы вчерашней завивки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
