Цепь подвижников непрерывна при восходящей звезде народа; но она прерывается, если звезда исчезает с горизонта. Уходят подвижники, умирает народ. Сейчас происходит закат целого цикла в истории земли, потому так остра борьба между теми, кто сросся с этим циклом, не хочет расставаться с ним и теми, кто готов подвигнуть человечество к новому отрезку большой Истории. С Октября 1917 года началась репетиция Нового Цикла. Русская репетиция оказалась мучительной, в ней активно действовали обе стороны — светлая и тёмная. Временно победила вторая. Но за 73 года Советской власти удалось сделать многое. Главное, доказать в 1941-45 годах, что дух подвижничества может победить мир материи, мир денег. Если вдуматься в то, что произошло в эти годы, то явственно вырисовывается картина страны, застигнутой врасплох внезапным нападением врага, потерявшей в течение нескольких месяцев основную часть своих самолётов и устарелых танков, страны, отдавшей неприятелю свои наиболее густонаселённые территории. Одним словом, вся видимая материя была на стороне врага, и его победа казалась неизбежной. Но невидимый дух героического народа победил. В лобовом столкновении с тьмою он напряг все свои силы, обуздал материю, он выжал из неё без денег, на одном энтузиазме лучшие в мире танки и самолёты, лучшую артиллерию, а главное, духовно более сильного солдата. Хотя немцы в ту пору тоже были сильны духом. Но, как признался сам Гитлер перед смертью, победил молодой народ с его более сильным духовным потенциалом.
Во время крушения "Титаника" часть его пассажиров проявила лучшие человеческие качества, подтвержденные потом во время Второй мировой войны героями французского Сопротивления, английскими морскими конвоями в Мурманск. Так что не ограничим героизм русской темой.
Откуда приходят волны героизма, "пассионарные" толчки по теории Льва Гумилева? Даже ребёнок сегодня ответит: от Бога. Но кто такой Бог и почему он задаёт такие толчки, которые чаще всего выглядят ужасно, — эта загадка вряд ли может быть разгадана аналитическими методами. Ум, рассудок противится героизму, потому что привык обслуживать эгоистические интересы личности. Ум, возомнивший себя хозяином жизни, и есть сатана, источник человеческих страданий. Поэтому среднерелигиозный человек рассматривает пассионарные толчки в истории как враждебную Богу самодеятельность дьявола, хотя в Библии, в книге Иова недвусмысленно сказано: сатана один из исполнителей воли Божьей. И лишь тогда, когда ум усмиряется, когда он начинает служить сердцу — средоточию Бога в нас, слепое страдание заканчивается, человек начинает осознавать своё место в цепи развития. Камень, растение, животное, человек-животное, человек-личность, человек-подвижник, Дух, Бог — такова эта цепь. И никакие цивилизации, никакое клонирование, никакие упёртые идеологии не остановят движение этой цепи. Её можно замедлить, даже на какое-то время пустить вспять, если человек этого пожелает, что обернётся большой болью для него. Но остановить движение цепи невозможно! Сегодня ключ к переходу человека на новый уровень — сердце. И подвижка ума к нему.
Мои отрывочные заметки, думаю, мало кого убедят, как не убедили нас горы религиозной литературы. Убеждают не слова и даже не примеры, но собственный опыт, Каждое поколение приобретает его как бы заново. Но мы обязаны тянуть ниточку национального и общечеловеческого опыта, связывая ушедших с идущими. Так некогда поддерживали священный огонь в пещерах наши пращуры. Как бы густо ни обступала тьма, даже одна свеча в ней внушает надежду. Какими бы растленными ни были верхи общества, жизнеспособность его определяется суммой свечей, горящих внизу.
И еще есть причина, требующая поддержания этого огня в себе, Через него, через внутренний огонь в душе мы связываем себя с мировым небом, с русским небом, с ноосферой подвижников, которые не ушли из пространства, но продолжают свою работу в тонких телах. Тёмный цикл в истории Земли еще не закончен, поэтому каждому из нас предстоит донести свой внутренний свет до Новой Земли и Нового Неба. Пронести сквозь густую тьму.
Великое оправдание советской литературы и власти её породившей не только в присутствии в её духовном поле таких духов, как Николай Островский, но также в том, что она сделала этот дух знаменем для масс. Очевидна и черная сторона дела — под сенью красного знамени стояли разные фигуры, а у руля власти часто зловещие. Так что полный оправдательный приговор для Советской власти невозможен. Но так же верно, что период владычества Совдепов в России будет пристально изучаться следующими поколениями, что героические грани этой эпохи никогда не изгладятся из памяти. Никогда! В этом нет никакого сомнения.
Конечно, в советскую реку вторично не войдёшь, да и обмелела она, никого в неё уже не загонишь силой. Мы всегда любили родину, но когда патриотизм и бескорыстие насаждались принудительно, а сами "насаждающие" устраивали для себя иные правила игры, это оскорбляло нас. Мы побеждали американцев в спорте, в научных достижениях, в разведывательной работе, но сами думали: хорошо бы и побеждать, и жить, как противники, огребая доллары лопатой. Поэтому наши пассионарии так быстро и жадно кинулись в сторону денег, когда такая возможность появилась. И что-то словно надломилось в России, и потащил её вниз денежный мешок. Освободиться от денежной страсти нелегко, сделать это под давлением извне нельзя — только загонишь страсть внутрь. Лучшая часть России, прошедшая огонь и воду, должна протиснуться теперь через "медные трубы", то есть через искушения, но пройти через них свободно, добровольно, повинуясь своим героическим генам, а не наступая на горло "денежной песне"... Для многих героизм такого рода труднее военного. Ряд героев "Афгана" споткнулись именно на деньгах.
Но не зря же Христос сказал, что легче верблюду пролезть через иголочное ушко, чем богатому войти в царство небесное. Эти слова Спасителя заставляют каждого из нас подумать над проблемой, как, кому и чему должны служить деньги.
Перед нами также пример Америки, самой могущественной сегодня державы и самой в то же время бесперспективной, ибо она буквально, без всяких преувеличений пропадает под властью доллара. Заокеанские верховоды судорожно пытаются навязать власть денег остальному миру, трясут своими накачанными денежными анаболиками, но дряхлеющими мускулами перед другими странами, или пугают чуть чего эти страны, что лишит их своей финансовой поддержки. Однако в мышцах Соединённых Штатов работают смертельные раковые вирусы, имя которым —доллар. Свою болезнь они передают и некоторым нашим верховодам.
Кто побеждает в американском спорте? Главным образом чернокожие, потому что для них первый стимул не деньги, а утверждение своего превосходства над белыми. Долго унижаемые белой Америкой чернокожие жители теснят белое большинство, прежде всего, в музыке и спорте, где сильнее в силу природных данных. А что такое деньги для людей, добившихся высших достижений, хорошо иллюстрирует судьба многих звёзд профессионального бокса в Соединённых Штатах. Они проматывают свои миллионы и заканчивают жизнь в бедности.
Но это пока. Добиваясь равных прав, чёрная Америка быстро теряет свою пассионарность. Бывшие рабы, получив свободу, становятся самой тучной частью американского населения. Впрочем, и вся Америка больна ожирением, так что правительство США вынуждено рассматривать эту проблему как национальную угрозу.
В самом деле, как чувствует себя сегодня белое население Америки? Та же картина, что с чёрным. Люди слабеют во всех отношениях. Живущая на иммиграционном "подсосе", собирающая со всего мира интеллектуальные и творческие сливки, Америка пока удерживает первое место в земной очевидности. Но сливки в этой стране скисают уже в первом поколении. Денежный воздух удушлив для талантов.
Не стану впадать в морализаторство и упрекать нынешний режим в отсутствии настоящего искусства, хотя зрительно это так. Возможно, оно зреет где-то вдали от рыночной суеты. Во всяком случае, на Вологодчине безгласно работает Василий Белов, в Иркутске Валентин Распутин, в Пскове Станислав Золотцев. Эти люди — дети прежней власти. Не потому что славили её, скорее, от неё отталкивались. От нынешнего же болота не оттолкнёшься, мастера его обходят, не маячат в его камышах. Хотя это пробует делать Эдуард Лимонов, какое-то время принадлежавший литературному секс-авангарду, потом тяготевший к политическому экстремизму и к советскому имперскому величию, а теперь, после отсидки в тюрьме, старающийся любыми путями всколыхнуть общественное сознание и прежде всего сознание молодёжи на борьбу с низостью. На сегодняшнем общественном фоне Лимонов — фигура безусловно крупная, публичная, а, главное, свободная от цинизма и конформизма. Он завоевал право возникать в средствах массовой информации своей незаурядной биографией. Пусть это еще не герой ранга Николая Островского, но движение в сторону героизма неоспоримо. И популярность того же Лимонова среди молодёжи — хороший знак.
