— Девушка, — ловлю консультанта в зале супермаркета, — что едят пятилетние дети?
— Пойдемте, я покажу, — старается сделать вид, что вообще не удивилась. Ведет меня через зал к полкам с крупами и множеством разных пакетиков. — Самое простое, это вот, — вручает мне один из них, — супчик. Просто закиньте все в воду и проварите согласно рецепту. Есть еще разноцветные макароны. Малыши их обычно любят. Они окрашены натуральными овощными соками.
В корзину так же добавляется мясо индейки, молоко и сладости. С сомнением смотрю на свои покупки. Никогда я столько еды не покупал, но это же дети. Наверное, им нужно.
В отдельный пакет перекладываю то, что купил для Юли и еду к ней. Узнаю у врача о ее состоянии, согласовываю с ним все, что приобрел. Утром до списка разрешенных продуктов наш разговор так и не дошел.
Поднимаюсь в палату.
— Привет, — захожу тихо, чтобы не напугать. Юля оглядывается на мой голос.
— Как Дима и Лина? — первый вопрос.
— Охрана не звонила, значит все нормально. Я как утром от тебя уехал, дома еще не был. Только поеду.
— Скучаю по ним, — тоскливо вздыхает. — Мы еще ни разу надолго не расставались.
— Понимаю. Доберусь и мы позвоним тебе все вместе. Привезти их не могу пока. Рискованно это. Мы сейчас будем под пристальным наблюдением. Так что и тебя я постараюсь отсюда побыстрее забрать. Кстати, я телефон тебе привез, — достаю из кармана брюк черный, немного потертый мобильник. — Моя старая трубка, новый позже купим. Там вбиты номера охраны, мой, Светки и Матвея.
— Спасибо. А что … с Алей? Ты с ней что-то сделал?
— Наказал.
— Я так понимаю, мне лучше не знать, как именно? — отворачивается к окну.
— Правильно понимаешь. Юль, не забивай себе голову всем этим. Восстанавливайся скорее. Это все, что сейчас важно. Остальное буду решать я.
Глава 13
Юля
Рафаэль подходит к окну, смотрит на город. Я бы тоже с удовольствием посмотрела, но врач пока ещё не разрешает вставать. Голова мутная. Сухость во рту добивает. Слабость… Ох, о ней думать вообще не могу. Поспать бы, да сон не идёт. Поесть, но кусок в горло не лезет. Сложно.
— Раф, — произношу хрипло, — ты только детям баловаться особо сильно не позволяй, хорошо? — прошу бывшего мужа. — Алина и Дима — два шалопая, они в два счета способны разнести дом, — признаюсь виновато. Моя малышня неугомонная и сейчас, в моё отсутствие, они могут причинить немало проблем. — Но и не ругай их слишком сильно. У детей тоже стресс.
— Не переживай, — подходит ко мне, садится на край кровати. — Я не обижу твоих детей.
Наших детей, Раф… Я так сильно хочу признаться в этом, что едва успеваю прикусить губу. Чувствую металлический вкус во рту. Ну вот. Снова открылась рана.
— Не надо, — он проводит большим пальцем по моим губам, освобождает нежную плоть из захвата. — Тебе и без того больно.
Взгляд Рафаэля чернее ночи, его прикосновения горячее огня. Смотрю на него, не могу оторваться. Что-то внутри меня ломается.
— Поцелуй меня, — прошу. Голос подводит. Вместо нормального звука выходит сдавленный шепот.
Рафаэль резко вдыхает. Наклоняется ко мне, касается лбом моего лба. Замирает.
— Юль, — шепчет, — я не смогу остановиться, — произносит с надрывом.
— Может быть и не надо? — провоцирую, а у самой внутри все плавится от его близости. Если Рафаэль сейчас оттолкнет меня и уйдет, я этого не переживу.
Без него плохо. Невыносимо! Но когда он рядом…
Не дожидаясь его решения, делаю выбор сама. Пусть потом я буду об этом жалеть. Но сейчас его близость мне необходима как воздух. Вокруг нет кислорода, мне нечем дышать. Подаюсь чуть вперёд, обвиваю руками крепкую шею, касаюсь своими губами его. Он застывает. Я слегка усиливаю свой напор.
— Ты нужен мне, — говорю чуть ли ни плача. — Очень сильно, — признаюсь.
— Юль, — в его голосе столько боли! Сердце рвется на части.
Мой милый… Хороший… Позволь, я тебя исцелю.
Зарываюсь пальцами в его шевелюру, перебираю волосы, пропускаю между своими пальцами, слегка массирую кожу головы ноготками. Я знаю как надо. Я помню, как любит. Я не забыла. Ни-че-го.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сажусь. Перебираюсь к нему на колени. Голова едет, слабость накрывает, но неуёмная жажда не позволяет остановиться. Я дико, просто до безумия, нуждаюсь в своем мужчине! В Рафаэле! Именно в нем…
— Ляг в кровать! Тебе нельзя подниматься! — произносит с тревогой, подхватывает меня под бедра, а я все равно раздвигаю их в стороны и сажусь на него.
— Не будь занудой, — перед глазами темнеет. Держусь за своего мужчину, что есть силы. — Поцелуй меня, Раф!
Облизываю губы, они пересохли. Наклоняюсь вперёд, требую поцелуя. Льну к мужчине, прижимаюсь сильней. Мои руки забираются под пиджак, следом выправляю рубашку, царапаю спину. Покрываю его лицо поцелуями, добираюсь до шеи, внутри все горит.
— Ты нужен мне, Раф, — страстно шепчу на ухо. Начинаю его ласкать там.
Из груди Рафаэля доносится сдавленный стон.
Глава 13.1
Рафаэль
— Это стресс, — хрипло выдыхаю, — сжимаю ладонями ее упругие ягодицы и снимаю с себя, пока еще могу тормознуть происходящее.
Остатки самоконтроля висят на волоске, а ее поплывший взгляд, прямо как тогда в лифте, только в этот раз без грамма алкоголя, уже дергает за ниточки внутри меня.
«Это же больница… Ей плохо. Посттравматический шок» — объясняю сам себе такое поведение бывшей жены.
Я хочу все это продолжить. Хочу, чтобы ее взгляд оказался правдой. Только не так и точно не здесь.
— Ложись, — помогаю, укрываю, и не удержавшись, целую в раненые губки. — Повтори все это, когда тебя выпишут, — подмигиваю. — Сейчас отдыхать! — стараюсь вернуться в адекватное состояние.
Эта зараза довольно улыбается. Раздразнила! Как спать теперь? Я и так по ночам утекаю мыслями к ней. А теперь что делать? Запах кожи остался на пальцах, и губы горят от жадных взаимных поцелуев.
— Садистка!
Встаю с кровати, заправляю рубашку в штаны. Юлька ведет взглядом ниже ремня, застывает взглядом на здоровой мужской реакции на происходящее. Сажусь, пока мы и правда не совершили дичайшую глупость.
— Набирайся сил, ладно? — прошу ее. — Я поеду. Созвонимся. Если что-то нужно, пиши, завтра завезу.
— Мне к детям нужно, — тоскливо вздыхает.
— Как только будет можно, сразу поедем. Все, — еще раз ее целую, — погнал. Будешь ждать меня завтра?
— Ну я даже не знаю… — закатывает глаза и тут же ловит вертолёты. Цепляется пальцами за матрас.
— И вот ты сейчас хотела устроить здесь непотребства в таком состоянии? — смеюсь. — Постельный режим и хорошее поведение. Не забудь, я все узнаю.
— Иди уже, — смеется она.
Не хочу я никуда идти. Мне здесь с ней хорошо в этой чертовой палате и именно в этот момент, когда она сама тянется ко мне. Не знаю, будет ли завтра также. Или ее отпустит, да я снова получу моральных люлей за все свои прошлые и будущие косяки?
Домой… Что у меня там? Дети.
Дети — это сложно. Может игрушки им какие купить? У меня ж отродясь дома ничего такого не было. Там все лаконично и практически пусто. Что им делать? Не подумал, пока был в магазине. Еды взял, а развлечения пропустил. Возможно, сегодня удастся обойтись мультиками. Завтра дам задание дяде Васе, чтобы обеспечил их развлечениями. Боюсь, что сам я домой опять вернусь поздно.
Заезжаю во двор. Слушаю быстрый отчет охраны. Дарк и Рой меня подозрительно не встречают. Прохожу чуть дальше. В вольере собак тоже не видно.
— Прячутся, — отвечая на мой немой вопрос, навстречу выходит дядя Вася. — Добрый вечер, Рафаэль.
— Ну так, — неопределенно качаю ладонью в воздухе. — Значит я был прав и надо было заехать за игрушками, — вслух делаю выводы. — Замучили мелкие мои тени? — смеюсь.
— Они с непривычки просто, а детки хорошие. Ты привыкнешь. Не твои случаем? Уж больно похожи. Особенно пацан. Дима по характеру мне все время тебя напоминает.
