по этому поводу возникла и усиливалась прежде всего потому, что вооружены они были немецким и английским оружием, а входили, как оказалась, не в демократические силы, на поддержку которых нас ориентировали, а в так называемую Армию Крайову («АК»), созданную в 1942 году буржуазным временным правительством, эмигрировавшим в 1939 году в Лондон.
Возглавивший в 1943 году это правительство Станислав Миколайчик вместо борьбы с фашистскими оккупантами направил подпольные усилия Армии Крайовой на бандитизм против коммунистов и других демократичных сил Польши, чтобы не допустить перехода её в союзники Советского Союза. Во всем этом активную роль играла английская разведка, её Управление специальных операций на оккупированных немцами территориях Европы, у руля которого неизменно стоял премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль.
В марте 1944 года в состав Армии Крайовой влилась фашистская организация «Народовы Силы Збройне», вооруженная немецким оружием и получившая его тайные склады, оставленные немцами для борьбы с Советской Армией. Имея все это, Армия Крайова с участием некоторых членов вышедших из подполья многочисленных буржуазных партий, особенно из числа наиболее реакционной крестьянской – «Польске Страництво Людове», созданной Миколайчиком, включились в активную борьбу с Советской Армией, прибегая нередко к актам диверсий и террора, зверским убийствам как советских военнослужащих и должностных лиц, так и польских активистов, возглавляемых Польской рабочей и социалистической партиями (соответственно ПРП и ПСП, слившихся впоследствии в Польскую объединенную рабочую партию), членов представительного органа польского народа – Крайовой Рады Нарадовой, созданной 1 ноября 1944 года с участием советского правительства во главе с коммунистом Б. Берутом, и исполнительного органа – Польского комитета национального освобождения и партизан Армии Людовой. То есть, против всех сил рабоче-крестьянской революции, выступившей при поддержке Советского Союза за создание в Польше государства народной демократии. Таким образом, ведя напряженные наступательные бои, командование и отдел контрразведки «Смерш» столкнулись в Польше с крайне сложной, исключительно противоречивой по своему противостоянию внутренних сил и до предела динамичной обстановкой, требовавших незамедлительного и действенного содействия народно-демократическому объединению в противоборстве с направляемой из Лондона реакцией, оказание всесторонней помощи Народной Польской Армии в обеспечении способности вести боевые действия, а также в создании структуры органов государственной безопасности, в том числе военной контрразведки, вооружении их сотрудников и обеспечении обмена необходимой информацией, чтобы включить в активную совместную контрразведывательную деятельность по предупреждению диверсионно-террористических актов, прежде всего против Советского Союза, а также возможных шпионских устремлений к ним английской разведки.
Для этого нашими чекистами совместно с командованием и польскими друзьями в первоочередном порядке создавались оперативно-войсковые группы численностью до десяти человек, каждой из которых определялись конкретные задачи по объектам, уязвимым в диверсионном отношении, и частям «АК», подлежащим разоружению. Отдельные из таких групп возглавляли сотрудники нашего отдела, а разоружение одного из полков «АК» успешно провёл лично майор И. Р. Виленский. Горы изъятого оружия передавались как полным ходом формировавшимся органам государственной безопасности, так и командованию Войска Польского.
Вместе с тем, устанавливались факты, когда отдельные батальоны и полки «АК» сумели уклониться от разоружения, спрятать имеющееся у них оружие и перейти на нелегальное положение. Оно, как и оружие, оставленное профашистским элементам на тайных складах для борьбы против Советского Союза, представляло серьезную угрозу его применения бандитским подпольем, образовавшимся после роспуска «АК» из наиболее реакционной и перевооружившейся её части. Выявление банд, их ликвидация и изъятие спрятанного оружия составляло сложнейшую задачу, решать которую пришлось длительными общими с польскими друзьями оперативно-розыскными, комплексными мерами, позволявшими успешно ее завершить, избежать возможной угрозы гражданской воины в Польше.
Планомерное внимание оперсостава отдела дивизии проявлялось системными предупредительно-профилактическими мерами по выявлению и изучению подозрительных инициативных контактов местных граждан с нашими военнослужащими. В ряде случаев они заканчивались для последних смертельными отравлениями или убийствами. При этом вскрывалось совершенно невероятным и удивительным то, что в числе исполнителей таких акции оказывались молодые женщины – соблазнительные красавицы, завлекавшие в свои неотвратимые чары наших военнослужащих. Их разгоревшиеся сексуальные мечты с паненками, нежно шептавшими: «Пан, я не могим, я горенца», стоили им жизни. И в связи с такими случаями небоевых потерь, а также для предупреждения разведывательно-шпионских и вербовочных устремлении к военнослужащим в дивизии объявлялось распоряжение командования, которым запрещались любые перемещения в одиночном порядке – только группой в составе до отделения. Объявлялось также недопустимым употребление продовольственных продуктов и спиртных напитков, специально оставленных в пустующих квартирах отдельными польскими гражданами, когда они, в начальный период наших боевых действий на территории Польши, уходили вместе с отступающими немцами. Где-то дней через 10 они уже не успевали бежать за немцами и встречными для наших наступающих войск потоками, возвращались домой, где нередко радовались тому, что их «приманками» никто не воспользовался. Вспомнив об отдельных негативных и враждебных проявлениях, считаю своим долгом чести совершенно определенно и категорически констатировать, что абсолютное большинство польского гражданского населения в городах и, особенно, в селах встречало советских воинов доброжелательно, проявляя, как правило, сердечное радушие, и оставило на всю жизнь теплые чувства, как о братском славянском народе, с которым внезапно легко было общаться на взаимно понятном языке и дружить.
К. К. Рокоссовский в форме Маршала Польши
Такая необходимость возникала еще и потому, что развитие сотрудничества с польскими друзьями продолжалось в течение многих лет моей жизни и службы в военной контрразведке. Её правовая основа закреплялась «Договором о дружбе, взаимопомощи и послевоенном сотрудничестве», подписанным 31 декабря 1944 года Крайовой Радой Народовой, созданной на основе преобразования Польского комитета национального освобождения. Развитие дружеских отношений с Польшей дошло до такого уровня, что в октябре 1949 года по просьбе Б. Берута в Польшу И. В. Сталиным был направлен маршал Советского Союза Константин Константинович Рокоссовский, где в ноябре занял пост министра национальной обороны, заместителя председателя Совета Министров, а в октябре 1953 года и члена Политбюро ЦК Польской объединённой рабочей партии.
Продолжая тему о советско-польской дружбе, следует особо выделить, что основным стержнем взаимодействия Вооруженных Сил Советского Союза и Польши стал заключенный 14 мая 1945 года (при активном участии и К. К. Рокоссовского) «Варшавский договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи» европейских стран социалистического содружества с целью защиты под единым командованием их Вооруженными Силами общих социалистических завоеваний, безопасности и мира как в своих странах, так и в Европе в целом, да и во всём мире, в противовес созданному США ещё в 1949 году агрессивному блоку НАТО. Так что дружить и совместно напряженно работать с контрразведчиками и командованием Войска Польского приходилось постоянно, а на соответствующем уровне – в обязательном плановом порядке, предусматривающем обеспечение комплексных мер по безопасности наших войск, периодически участвовавших в войсковых учениях
