Читаем без скачивания Убить Ганди - Жерар Вилье

— Нариндер! Вы сошли с ума! — вскричал Малко.

Шофер не удостоил его ответом. Используя свой вес и непомерно развитую правую руку, он упорно пытался занять такую позицию, при которой можно было бы перерезать Малко горло. По счастью, движения его левой руки оставались ограниченными.

Малко ощутил ожог в правом ухе. Крючок разорвал ему мочку. По шее потекла кровь. Ободренный первым успехом, Нариндер Сингх удвоил усилия. Превосходя Малко весом килограммов по меньшей мере на двадцать, он ловко использовал массу своего тела. Вцепившись друг в друга, они раскачивались как пьяные.

Малко было трудно дышать, поскольку большим пальцем шофер яростно сжимал ему трахею.

В этот момент дверь кухни заскрипела: стало быть, в доме находился кто-то еще! Малко оглянулся, но никого не увидел.

Нариндер издал однако какой-то звук-междометие, показывавший, что теперь они были тут не одни. Отпустив на секунду душившую его руку, Малко ухватил шофера между ног и сжал что было сил...

На этот раз у Нариндера Сингха вырвался сдавленный стон, и его клещи разжались, позволив Малко перевести дух. Но смертоносная клешня продолжала щелкать рядом с его шеей... Малко сжал кулак посильней, и ценой страшного усилия ему удалось высвободиться. Он сделал шаг назад и обернулся с тем, чтобы добраться до двери. В эту секунду вокруг его щиколоток плотно сомкнулись две руки. Некто сильно рванул его за ноги, и Малко, потеряв равновесие, тяжело рухнул на плиточный пол. Он ударился затылком о край стула и, оглушенный, оказался не в состоянии подняться на ноги. В полумраке он разглядел нечто ползущее, что продолжало удерживать его ноги: это был калека, которого они видели с Аланом Праджером.

Вдруг на его грудную клетку обрушилась страшная тяжесть.

Это Нариндер Сингх рухнул на него всем своим весом — и сдавил мощными коленями. Правой ладонью Нариндер прижал лицо Малко к полу и теперь перемещался так, чтобы крючок располагался сбоку. Малко увидал, как острие крючка приближается к его горлу. Сикх, надо думать, был не новичок в своем деле, поскольку целил прямо в сонную артерию.

Отчаянным рывком Малко удалось в который раз увернуться от острого конца, но положение его не позволяло ему сопротивляться долгое время. И тут в поле его зрения очутилась пара ног с напедикюренными ногтями в золоченых сандалиях, а затем и край белого сари. Он поднял глаза и узнал Шанти Сингх.

— Багхо! Джао![11]

Два эти слова просвистели точно удары бича. Нариндер Сингх застыл с занесенной для удара рукой. Малко перехватил его взгляд и прочитал в нем лютую ненависть. Шофер медленно поднялся, молча водворив на место левую руку движением плеча, и вышел из кухни в сопровождении калеки, который покатился, ловко избегая Малко и хозяйки, по дороге задержался, быстренько поцеловал край ее сари, а затем исчез в саду.

Малко встал, еще оглушенный, испытывая растущее недоумение. Платком он вытер кровь, струившуюся из уха. Вопросы теснились в его голове.

Почему Шанти спасла его? Откуда вынырнул Нариндер? Знала ли Шанти о попытке арестовать двух сикхских убийц? Она смотрела на него с непроницаемым видом.

— Что вы здесь делаете? — спросила она строго.

Сказать правду было сложно.

— Я ждал вас, — начал Малко. — Дверь кухни была открыта.

— Я вам не верю, — спокойно ответила Шанти. — Все было заперто. Что вам здесь было нужно?

— Я думал, что вы в Пенджабе, — заметил Малко, уклоняясь от ответа.

Она глядела на него в продолжение нескольких секунд, потом коротко бросила:

— Пойдемте, раз уж вы пришли.

Они пришли в салон и расположились там. Молодая женщина сохраняла полное самообладание. Она с иронией посмотрела на Малко:

— Не задерживайтесь очень. На улице вас ждет Мадху. Нехорошо так с ней обращаться.

Так вот почему она не дала его убить! Возвращаясь домой, Шанти засекла Мадху Гупта и сообразила, что если Малко будет убит у нее, это может привести к нежелательным последствиям.

— Знаете, что произошло после того, как я ушел вчера вечером из храма? — спросил Малко. — Собственно, как раз в связи с этим я и хотел поговорить с вами.

Шанти кивнула.

— Я в курсе. Начался антисикхский мятеж. Мне стоило больших трудов скрыться. Индийцы собирались напасть на храм и перебить всех, кто в нем находился. Вот почему сегодня утром Нариндер стал умолять меня уехать в надежное место в Пенджабе... По дороге я поняла, что это было бы трусостью и глупостью. И повернула обратно.

У нее решительно на все находился ответ.

— Нариндер не сопровождал вас? — поинтересовался Малко.

— Нет, он остался сторожить дом. Как видите, он был прав.

Малко не ответил. Он был уверен, что шофера не было дома, когда он проник туда. Где же тот скрывался? Разве что в лачуге калеки... Впрочем, в этой стране все возможно.

Нариндер вернулся как ни в чем не бывало с подносом и двумя стаканами лимонного сока. Крючок, которым он едва не зарезал Малко, вновь сменила желтая перчатка.

— А вы знаете, почему разразился этот антисикхский мятеж? — спросил Малко.

— Конечно. Поблизости от Гурудвара нашли коровью голову.

— Причем не где-нибудь, а в багажнике моей машины.

— Что вы говорите! — произнесла Шанти Сингх с совершенным спокойствием. — Это любопытно.

Смутить ее было просто невозможно.

Малко пересказал историю своего отчаянного бегства, а Шанти в это время потягивала лимонный сок.

— Понятно, — сказала она. — Они вас использовали в своих целях. Увидели машину, оставленную без присмотра: это же такой редкий шанс. В Нью-Дели всегда надо ездить с шофером и оставлять его в машине. Сторожа на стоянках известны своей халатностью.

Малко обмакнул губы в лимонный сок. Его распухшее горло саднило.

— А кто бы мог это подстроить?

Шанти Сингх ответила уклончивой гримаской, слегка ироничной.

— Кто? Да враги сикхов! Те самые, которые в прошлом году устроили бойню.

Это было сказано с невероятной безмятежностью. Малко кипел от ярости, не сомневаясь в том, что Шанти была виновна. Во время подпольной встречи с Лалом Сингхом она узнала, кем на самом деле был Малко, и решила с ним разделаться.

Однако уверенность эта не позволяла ответить на некоторые вопросы. Малко был всего лишь винтиком, и после его смерти дознание по поводу Шанти, несомненно, должно было продолжиться. Так в чем же тогда причина? Может быть, Малко знал нечто такое, что — неведомо для него самого — делало его особо опасным в глазах Шанти? Он попытался прочесть что-либо в невозмутимом взгляде молодой сикхской женщины. Но тщетно. Клубок запутывался все больше.

Зачем она вернулась после того, как арестовали Лала Сингха, а Амманд Сингх ударился в бега? Разве что она не вступала с ними обоими в контакт с того самого вечера накануне событий. И к тому же не читала газет. Притом у нее должны быть стальные нервы — история с храмом показывает, что она знала, кто такой Малко.

Шанти поднялась с холодной улыбкой, в которой угадывался вызов:

— Я вынуждена просить вас оставить меня. Есть неотложные дела. Я сожалею, что вчера все так получилось. И не злитесь также на Нариндера. Я поручила ему охранять дом, и он просто выполнял свой долг. Рада, что поспела вовремя, иначе он вас, кажется, все-таки убил бы. Тут, в Индии, мы убиваем грабителей. И только потом вызываем полицию.

Они расстались у входа почти любезно, и Малко пошел садом к «марути», в которой его ждала Мадху Гупта.

Вдовушка встретила его со вздохом облегчения. Она подскочила, заметив ссадину на ухе, потрогала застывшую кровь.

— Что с тобой случилось?

— Ничего особенного, простая случайность.

Мадху посмотрела на него с укором:

— Зачем ты сочиняешь? Скажи, что ты собирался делать в этом доме? Шанти же не было, я видела, как она приехала: она сама вела машину.

— Позже я тебе все объясню, — сказал Малко. — Ты можешь отвезти меня в «Тадж-Махал»? Мне совершенно необходимо принять душ и часок отдохнуть.

— Хорошо, — ответила Мадху, и в голосе ее послышалась обида.

Она замолчала и не проронила больше ни слова вплоть до самой гостиницы. Когда Малко нагнулся, чтобы ее поцеловать, она живо отстранилась:

— Я знаю, что Шанти намного моложе, но это еще не дает тебе оснований меня унижать.

С видом оскорбленного достоинства Мадху рванула машину с места так, что шины завизжали под носом разнаряженного, в галунах, швейцара, вытянувшегося по стойке смирно. Малко же, едва добежав до номера, позвонил Алану Праджеру, чтобы сообщить о последних новостях.

— О деле Лала Сингха пишут все газеты, — заметил американец.

— Необходимо рассказать о Шанти Сингх полковнику Ламбо, — сказал Малко. — Мы не можем продолжать выгораживать ее.

— Ладно, — согласился Алан Праджер. — Я приглашу его отобедать.

Красный зал ресторана «Президент» в Старом Дели был сущий ледник, хотя и без музыкантов. Как всегда элегантный, полковник Пратап Ламбо уписывал цыпленка тандури, жесткого, словно палка... У полковника, надо полагать, было трудное детство.