произошли изменения, и это явно бросается в глаза. Нет, внешность осталась та же, но вот характер и отношение ко многим вещам поменялись.
Как бы я не противилась и не боролась, изменения настигли меня. Важную роль в этом сыграли происходящие со мной события с того момента, как я покинула родной дом. Это стало точкой отсчёта. Сама того не подозревая, я оставила в прошлом Адриану Джонсон.
Чтобы выжить, ей приходилась меняться, подстраиваться, переступать себя. Ради собственной жизни она отступила от тех понятий, что ей вкладывали в голову с самого рождения. В результате этого появилась я — Одри Коуэл.
Рада ли я этому исходу событий? Не знаю. Всё это сбивает с толку, заставляет задумываться о своём будущем. Я так привыкла к жизни единственной наследницы семьи Джонсон, а теперь… Раньше всё было так просто, а сейчас…
Сижу, сама расчесываю волосы и отношусь к этому как к обыденной вещи. Адриана бы рассмеялась, если бы ей рассказали, что такое может быть. Она бы никогда не поверила, что сама могла бы связаться с наёмником и… привязаться к нему. Никто бы не поверил, но так произошло.
Я разделила себя прошлую и себя настоящую, не зная, что с этим делать и как к этому относиться.
Успокаивает лишь одно — жажда и любовь к жизни никуда не делась. Мы обе не хотим умирать и пойдём на многое, чтобы выжить.
— Одри, ты готова?
Подхватив юбки своего платья, я встала, скользя взглядом по своему супругу. Честно говоря, настроения идти в закусочную и завтракать в зале, полном народу, не было никакого. Только вот выбора особого не было.
Появление двух мужчин с женщиной на руках вызвало много слухов и домыслов. К тому же, я не покидала комнату своего номера с момента заселения, и это выглядело достаточно подозрительно и могло навлечь подозрения на сопровождающих меня мужчин. Мало ли, что местным могло взбрести в голову? Вот мы и решили немного перестраховаться и показаться публике. Пусть увидят, что всё хорошо и что я по собственному желанию нахожусь со своими сопровождающими.
Наше появление не осталось незамеченным. Я ловила на себе множество взглядов, испытывая от них раздражение. Что со мной происходит? Откуда такое недовольство? Раньше мне всегда льстило чужое внимание.
Мы с Элаем устроились за подготовленным для нас столиком, а Итан остался стоять рядом со мной. Рабам ведь не положено сидеть рядом со своими хозяевами, вот он и играет роль послушного невольника. Даже голову опустил, пряча глаза, только вот я видела, что это лишь игра. Кто-кто, а этот любитель свободы точно не смирился со своей участью.
— Одри Коуэл? Какой неожиданный сюрприз!
Глава 30
С удивлением рассматривала стоящую предо мной молодую женщину в платье лилового цвета, идеально подчеркивающее все её изгибы. Особенно бросался в глаза глубокий вырез на груди. На ней было достаточно много драгоценностей, что меня совершенно не удивило, несмотря на то, что сейчас всего лишь утро.
Женщины нашего мира предпочитает выглядеть отлично в любое время суток, и стоящая напротив меня незнакомка — не исключение. Все в ней кричало об её богатстве и любви к самой себе.
На мгновение я даже почувствовала рядом с ней себя… неуютно. Когда я последний раз ухаживала за собой? Привычные для меня утренние процедуры сейчас были такими далекими и…
Не смей думать об этом, Одри!
Да кто она такая? Никто! Жалкая, никчёмная тварь, которая не смогла бы пережить и доли того, что смогла я!
Я чуть не выругалась вслух. Злость накрыла меня с головой, и я никак не могла успокоиться. Это было…странно. Уже очень давно я не наблюдала за собой таких вспышек.
— Мы знакомы? — спросила я, приподнимая бровь, всеми силами стараясь скрыть свои истинные эмоции.
— Немного, — кивнула она. — Вы всего лишь украли у меня раба.
От её заявления Итан закашлялся, обращая тем самым внимание незнакомки на себя. На её миловидном и таком ухоженном лице мелькнули эмоции, которые я так и не успела распознать. Только вот почувствовала, что эта встреча точно не сулит мне ничего хорошего.
— Вы, наверное, что-то напутали, — привлекла я её внимание. Уж больно не понравилось мне, как она смотрела на моего раба. — Дело в том, что мне не нужно красть чужих рабов. Зачем мне это? Мне и своих достаточно.
— Я неправильно выразилась, Одри, — заявила это дама, нагло устраиваясь за нашим столиком. — Несколько дней назад вы ведь были на праздники в Винисе? — не дожидаясь моего ответа, она продолжила: — Так вот, на аукционе я хотела купить этого раба, — кивнула она в сторону Итана, — но вы перебили мою ставку, тем самым уводя его у меня прям из-под носа.
— Это аукцион. Вы могли бы предложить больше, — пожала я плечами, не понимая сути претензий.
— Да, но в тот день я знатно потратилась, приобретая других рабов. Не думала, что за беглого раба так придётся торговаться. Вы отдали за него достаточно приличную сумму. За неё можно было бы купить несколько элитных рабов.
Ясно все. Эта дамочка растранжирила деньги в тот вечер, и в итоге ей не хватило средств, чтобы перебить мою ставку. Проблем бы не возникло, если бы не одно «но» — беглых рабов можно покупать только за имеющиеся в данные момент деньги на руках. Никаких иных средств оплаты в этом случае не предусмотрено. Если бы не это правило, то думаю, мне бы пришлось с ней знатно потягаться, чтобы получить раба.
Только мне всё ещё непонятно, чего она хочет от меня сейчас?
— Вы так и не представились, — напомнила я.
— Элизабет Броуз.
— Элизабет, я на законных основаниях приобрела раба и совершенно не понимаю сути ваших претензий. Чего вы хотите от меня?
— Продайте его мне. Я готова заплатить в десять раз больше, чем вы на него потратили.
Мои брови взметнулись вверх. Это дамочка явно сумасшедшая. Зачем ей беглый раб за такие деньги? Она может не один десяток таких купить. Неужели я задела её гордость, уведя его у неё? Странно.
— Вынуждена вам отказать. Я не собираюсь продавать своего раба.
— В двадцать раз больше.
— Я же сказала…
— В тридцать, — перебила она меня.
Какого…
— Элизабет, за эти деньги вы можете купить себя несколько десятков рабов.
— Я хочу этого, — настаивала она на своём. — Готова рассмотреть аренду и…
— Он мой, Элизабет! А своим я делиться не привыкла! — достаточно громко сказала я, вставая со своего места.
Я видела, как
