Неожиданно ее осенило. Как только это раньше не пришло ей в голову? Бывший заключенный скорее всего и есть «жених» Элен, который втравил сестренку в это грязное дело! Он отсидел в тюрьме за вооруженное ограбление. Господи, где Элен его откопала? А вдруг он опасен не только для общества, но и для своей «невесты»? Вдруг ему придет в голову взять Элен в заложники или что-то подобное?
Это решило все. Зоэ должна добраться до своей сестры раньше, чем это сделает Оливер, или хотя бы просто быть рядом, когда это произойдет. Иначе она сойдет с ума от страха за Элен.
Зоэ поспешно переоделась в джинсы и блузку и выскочила из дому. Бегом она добралась до кафе и, задыхаясь, попросила Мадлен одолжить ей автомобиль…
Что бы ни случилось, я не оставлю сестру, твердила она себе, выруливая на шоссе, идущее на восток. Я найду Элен и привезу ее домой в целости и сохранности. А потом собственноручно придушу за все пережитые мной волнения!..
Зоэ никогда до сих пор не была в Нарбонне. И еще она никогда не «висела» ни у кого «на хвосте». Однако ей хватило сообразительности доехать до ближайшего поворота, там развернуться и дождаться, когда по дороге промчится бело-синяя полицейская машина со стороны Пюилорана. Додумалась она и до того, что не следует ехать сразу за преследуемой машиной, а прежде надо пропустить несколько автомобилей вперед себя. Два-три, не больше, чтобы не упустить машины Оливера из виду. К счастью, полицейский автомобиль был приметным и хорошо различимым на дороге…
Оливер и не подозревал, что кому-то придет в голову его преследовать. Он ехал довольно быстро, желая завершить дело с Ларри как можно скорее и вернуться домой до темноты. До Нарбонна было около трех часов езды, и он проделал их без остановки, благо бензобак был наполнен заблаговременно.
В городе, однако, Оливер вынужден был сбавить скорость, к тому же приходилось то и дело останавливаться на светофорах и пропускать общественный транспорт. Впрочем, на главных улицах было еще ничего, а вот когда архиепископский дворец и театры с бутиками остались позади и начались задворки, Оливеру пришлось попетлять в поисках нужного адреса. Искомая улочка оказалась так узка, что автомобиль попросту не мог в нее проехать. Он припарковался на углу и пошел дальше пешком.
Трехэтажный облезлый дом вызывал мало приятных ассоциаций. Как же похожи трущобы всего мира, с отвращением подумал Оливер, вдыхая запах кошачьей мочи и окурков. Похоже, он разлюбил большие города. Вот в Пюилоране все домики ухоженные и чистые, невольно пришло ему на ум.
Жилые здания стояли вплотную, от одной стороны улицы до другой можно было достать, раскинув руки. На протянутых от окна к окну веревках сушилось белье. У открытой двери нужного дома сидели двое клошаров, они курили и то и дело прихлебывали что-то из большой бутыли. Один хотел было попросить у Оливера подаяния, но вовремя разглядел полицейскую форму. Не обращая внимания на оборванцев, Оливер взбежал по ступенькам до третьего этажа.
Зоэ стоило большого труда не упустить из виду полицейскую машину на извилистых улицах города. Пару раз она едва не потеряла ее, а потом долго не могла найти места для парковки. Автомобиль Оливера занял все свободное место возле пересечения большой улицы с маленькой, и ей пришлось заехать на тротуар, чтобы не перегородить проезжую часть. Сегодня она нарушила так много законов, что ей было уже все равно, что скажут пешеходы.
И все эти глупости я делаю по вине дорогой Элен, угрюмо подумала Зоэ, подходя к дому.
Один из клошаров при виде хорошенькой девушки отпустил такое фривольное замечание, что она вспыхнула до корней волос. Второй предложил выпить с ними и развлечься, но Зоэ уже была в доме и бежала вверх, перескакивая через ступеньки.
На втором этаже она остановилась и перевела дыхание. На следующую площадку молодая женщина поднялась на цыпочках — и увидела спину Оливера, стоящего возле обшарпанной двери. Он держал палец на кнопке звонка, но ему никто не спешил открывать. Тогда Оливер постучал в дверь костяшками пальцев.
— Полиция! Открывайте!
Тишина. Оливер постучал громче.
— Открывайте! Полиция!
На этот раз из глубины квартиры донесся некий звук, слабый и протяжный, — будто собака заскулила.
Зоэ побледнела и поднялась еще на две ступеньки, чтобы лучше слышать. Оливер толкнул дверь — она была заперта. Тогда он отступил на несколько шагов и с короткого разбега ударил в дверь плечом — туда, где должен был находиться замок. Послышался треск, дверь распахнулась вовнутрь, повисая на одной петле. Оливер выхватил из кобуры пистолет и бросился в квартиру.
Теперь Зоэ уже не сомневалась: оттуда доносились человеческие стоны. Она не выдержала и рванулась вслед за полицейским, промчалась через пустую грязную прихожую и ввалилась, едва не упав, в единственную комнату, заваленную тряпьем и загаженную донельзя. Из мебели там стояла только широкая кровать без покрывала… А на кровати, привязанная за руки и за ноги, была распростерта ее сестра Элен. Она мотала головой и извивалась на грязных простынях, стремясь освободиться, рот ее был заткнут кляпом!
Оливер, все еще не замечая, что на пороге спальни стоит Зоэ, ударом ноги выбил дверь в прилегающую к ней ванную и проверил, есть ли так кто-нибудь. После чего подошел к кровати и вытащил кляп изо рта несчастной пленницы.
Первое слово, которое та выговорила, освободившись от тряпки во рту, было «Зоэ!».
Оливер стремительно обернулся с пистолетом наизготовку. На лице его отразилось крайнее изумление, довольно быстро сменившееся яростью.
Он опустил оружие и рявкнул так, что задребезжали оконные стекла:
— Какого черта ты здесь делаешь?!
8
Не отвечая на вопрос, молодая женщина подбежала к кровати и принялась развязывать путы на ногах и руках своей сестры. Один узел дался ей с трудом, Зоэ помогла себе зубами — и наконец освободила Элен, после чего крепко обняла, прижав голову сестры к своей груди.
— О, Зоэ, — простонала бедняжка и разразилась рыданиями, — какая же я дура!
— Ты цела? — поспешно спросила старшая сестра, ощупывая ее. — Он ничего тебе не сделал?
— Нет-нет, все в порядке…
Слегка оправившись от шока и овладев собой, Оливер поставил пистолет на предохранитель. Похоже, пока в нем не было нужды. Он дал двум женщинам несколько минут на слезы и объятия, после чего приступил к расспросам.
— Зоэ, — сказал Оливер резко. Та продолжала обнимать сестру и даже не обернулась. — Зоэ! — еще громче повторил он. — Немедленно объясни, что тут происходит!
