напряжения.
– Ты невероятна, – прошептал мне Клим, когда мы, голые и измождённые, лежали и смотрели в потолок.
– А невероятным полагаются блинчики? – Я повернулась к нему и поцеловала в плечо.
И только потом заметила, что этот невинный поцелуй вызвал в нём страх. Всего на секунду, не больше, но я заметила.
– Будут тебе блинчики. – Клим улыбнулся. – Только диетические.
– Из брокколи? – Я захохотала, чтобы убрать внезапно возникшее между нами напряжение.
– Да, только брокколи ещё надо заслужить. – Клим приподнялся на локте и начал ласкать мою грудь.
– Хм, интересно, а что я заслужила пять минут назад?
– Прекрасный кофе, сваренный практически шеф-поваром.
– Шеф-поваром? Почему шеф-поваром?..
Клим меня уже не слушал, его мысли и руки были заняты моим телом.
Глава 18
Клим покинул квартиру Варвары около одиннадцати вечера. Кое-как заставил себя уйти, но так было нужно, жизненно необходимо. Рядом с ней он провёл почти сутки, а это – непозволительная роскошь.
Когда сегодня утром Варя снова и снова отдавалась ему, он ловил себя на мысли, на едкой мысли, что всё это не продлится долго, да и закончится паршиво.
Клим никогда не спал со своими клиентками, это было его железное правило, но в тот вечер, когда он увидел запыхавшуюся растерянную Варвару впервые, у него будто отключилось самосознание. Он бы назвал это проще и понятнее – башню сорвало.
Шёлковое платье, скользящее по бёдрам и ягодицам, пышная грудь. Наверняка, сказалось и то, что он уже полгода вёл аскетичный образ жизни, превратившийся в одинаковый ежедневный маршрут «работа-дом-работа». Последний раз женщина в его постели была месяцев семь назад, и, столкнувшись с Варварой, он не смог себя сдержать, хоть и не отличался необдуманными поступками.
А теперь отношения с клиенткой (да, сексуальной невероятно) превратились для него в один необдуманный поступок. Даже если вспомнить сегодняшний день…
Климу неожиданно для самого себя захотелось открыться перед ней, стать ближе не только физически, но и душевно. Он приготовил для неё овощные блинчики, как и обещал. И она пребывала в некотором шоке. Ещё бы: тренер, который любит и умеет готовить, – это непостижимо уму.
Он не любил распространяться о своей жизни вне работы, и о том, что в юности учился на повара, а позже, уже отточив навыки, работал в ресторане «Кремль» су-шефом. Из близких знала его тайну только младшая сестра Юля.
И теперь он понимал, что постепенно и осознанно впускает Варю в свою жизнь далеко не как клиентку.
Клим вышел из подъезда и направился к припаркованному чуть поодаль «мерседесу». Уже тогда его беспокоило что-то, словно он появился тут не вовремя и отправился не туда, но разум быстренько свалил всё на нервы.
А зря.
Надо было внимательнее присмотреться к тёмным переулкам, заметить, что во дворе неожиданно пустынно (в субботний-то вечер), надо было осознать, что тело напружинилось от неясного беспокойства, а интуиция смолкла, будто замерла в ожидании чего-то чудовищного. Но анализ ситуации происходил где-то в подсознании, на фоне ванильных воспоминаний о Варе.
На стекле автомобиля с водительской стороны Клим обнаружил записку, прикреплённую обрывком скотча.
«Ты её не получишь» – крупный печатный текст однозначно намекал на Варвару.
Клим нахмурился, быстро огляделся – никого. Интуиция ожила и зашевелилась внутри.
Возникла мысль позвонить Варе, узнать, не доставал ли её больше бывший, но Клим заставил себя сдержаться: если позвонит, это будет означать, что он признал её власть над собой. А такого он избегал, как только мог. Любую эмоциональную зависимость – особенно доверительное отношение и привязанность – он искоренял тут же, не давая ей врасти в душу и сделать его уязвимым.
С тяжёлым сердцем Клим скомкал записку в кулаке и открыл дверь.
В этот самый момент из припаркованного через две машины джипа выскочили трое парней. Громко хлопнули двери автомобиля. Низко натянутые на лоб бейсболки не давали разглядеть лица приближающихся людей.
– Эй! – гаркнул один из них.
Клим сжал кулаки, понимая, что окликнули именно его, и обернулся оценить уровень угрозы. В тот момент он не ждал нападения со спины.
Всё произошло быстро.
Кто-то ударил его по затылку и толкнул на асфальт. А потом на него посыпались удары множества ног. Ему даже не дали вздохнуть, не то, что приподняться. Всё вокруг заполонили шаркающие и глухие звуки, глаза мгновенно застелила пелена. Удары тяжёлых ботинок попадали точно туда, куда целились: по почкам и солнечному сплетению. Пару раз кто-то съездил Климу по голове и в пах.
Он не смог разглядеть лиц, перед глазами мелькали лишь толстые чёрные подошвы ботинок. Затем сквозь шум в ушах Клим услышал глухой скрежет стекла, следом – истошный женский визг.
Удары прекратились. Тишину тёмного двора снова оглушили звуки захлопываемых дверей джипа и рык двигателя.
Клим кое-как перевернулся на спину, хотел облокотиться, но правая рука не слушалась. Резкая боль пронзила плечо, потом и затылок, пронеслась от шеи по позвоночнику и обратно, к затылку.
Клим сдвинул левую руку (она подчинилась), потянулся к заднему карману джинсов, чтобы достать телефон, вынул гаджет, сжал в липких, залитых кровью пальцах. Но набрать номер не успел.
Над ним склонила пожилая женщина.
– Ох, господи… лежите, лежите, – забормотала она. – Не вставайте, у вас, кажется, перелом… я не разбираюсь, но кровью вся рука залита. Я вызвала скорую. Вы потерпите… сейчас-сейчас. Они быстро приедут. – Она смолкла, отвернулась, посмотрела вдаль, в темноту. – У нас хулиганов таких отродясь не было… Погляди-ка, машину как раскурочили, изверги. Живого места не оставили. – Женщина снова перевела взгляд на Клима и понизила голос. – Если что, я номер джипа запомнила. Сдам их полиции.
– Не надо полицию, – прохрипел Клим, приподнимая голову. – Я сам их найду. Скажите номер.
Женщина выпрямилась, задумалась.
– Но ведь лучше полиции сказать…
– Скажите мне.
Женщина долго смотрела Климу в глаза, а потом кивнула в знак согласия.
Глава 19
