Читаем без скачивания Любовь с алмазным блеском - Мария Жукова-Гладкова

– А если она за алмазами? – высказала предположение я. – За теми, которые, как говорят, у колдунов на шеях висят. Если дамочка поверила, что это именно алмазы? Хочет себе такой. Выпендриться нужно. Желает иметь что-то, чего ни у кого нет. Я слышала, как такие девки, как эта, летают в другую часть земного шара, например, за одной сумочкой – потому что «в их кругах» такие стали модными, а без такой сумочки ты вроде как выпадаешь из компании. А она решила стать законодательницей новой моды. Или просто похвастаться.

– Во всяком случае, решилась на нелегкое путешествие, – серьезно заговорил Степан Прокофьевич, – с рюкзаком, со спальным мешком. Она подготовилась, пусть и одета несколько странно для здешних мест. Значит, должны быть веские основания. Кстати! Юля, ты сказала, что у нее муж из газовой компании. Может, газовщики решили провести какой-нибудь алмазный турнир?

– Это еще что такое? – поинтересовался сотрудник службы безопасности Ивана Захаровича.

– Про короля Артура слышали, молодые люди? – обвел нас всех взглядом Степан Прокофьевич.

– Вы имеете в виду короля Артура, за Круглым столом которого собирались самые достойные из рыцарей? – уточнила я.

– Молодец, о гений чистой красоты! Его самого.

– А он разве существовал на самом деле? – спросил сотрудник Ивана Захаровича.

– Какое это имеет значение? – пожал плечами Пашка. – Наши нефтяники и газовщики вполне могли содрать какую-то идею из романа. А про короля Артура читали в юности или в отрочестве. Или кто-то из помощников подсказал. Или на что-то в Интернете наткнулись.

– Паша прав, – заметила я и повернулась к нашему знатоку всего на свете. Надо получать информацию, раз есть такая возможность. – Но все-таки – существовал?

– Есть предположения насчет прототипа, – ответил Степан Прокофьевич. – Это вождь одного из племен древних бриттов, жил в шестом веке. Был очень удачлив и прославился набегами на соседние земли. Умер от ран, полученных в битве. Англичане уверяют, что он похоронен в Гластонбери. Но они вообще много на что претендуют…

– А алмазные турниры кто придумал? Реальный вождь бриттов или король Артур из цикла средневековых романов?

– Какие рыцарские турниры у древних бриттов, о чисто гений? Они же в Средние века были популярны. Правда, ко времени написания романов цикла их уже запретили, и английские рыцари ездили «на гастроли» в Европу. Но это уже совсем другая история. Так вот вымышленный Артур объявляет, что в виде призов победители девяти ежегодных рыцарских турниров получат девять алмазов. Это алмазы одного убитого рыцаря. Все они достались Ланселоту.

– А тот их потом небось какой-нибудь бабе подарил, – хмыкнул сотрудник Ивана Захаровича. – У них вроде было принято преклоняться перед прекрасной дамой.

– Гвиневре, – кивнул большой знаток литературы.

– И она наверняка согласилась стать его женой? – заинтересовался парень. – Как же иначе, девять алмазов не каждый мужик подарит. Хотя нефтяник может… Только та баба почему-то сама за ними направляется. – Парень кивнул в сторону, куда следовала девица и устремлялись мы.

Степан Прокофьевич с невозмутимым видом сообщил, что Гвиневра швырнула камни в реку в приступе ревности. И очень скоро по тому самому месту проплыл труп ее соперницы, которая на самом деле соперницей не являлась…

– Во все века бабы были дуры, – покачал головой сотрудник Ивана Захаровича.

Я промолчала, наблюдая в бинокль за дамочкой, которая явно не была дурой – раз ей удалось окрутить трех очень богатых и совсем не глупых мужчин.

Глава 19

– Что делаем дальше? – посмотрел на меня Пашка.

– Идем за ней, – кивнула я в нужном направлении. – Но стараемся не привлекать внимания.

– А если заметит? – спросил Степан Прокофьевич. – Она же периодически оглядывается.

– Не факт, что у нее есть бинокль. А если есть, его нужно доставать. Успеем рухнуть в траву. И не факт, что она узнает нас с Пашкой. Вас двоих она никогда не видела.

– Пашку может и не узнать, но тебя должна, – заметил Володя. – Дамочка не может не смотреть «Криминальную хронику».

– Ты думаешь, она ожидает увидеть меня здесь?

– А кто ее знает? Может, кто-то из вашего холдинга ей сообщил, что ты направилась в эти места.

Я задумалась. Потом достала спутниковый телефон и позвонила Виктории Семеновне с просьбой выяснить как можно больше об интересующей нас девице. Не родом ли она из этих мест? Где сейчас находится ее последний муж? Где «дважды нефтяная вдова» находится по «официальной» версии – для мужа и для подруг? Наш главный редактор обещала все разузнать.

– Ребят из Управления подключать? – уточнила Виктория Семеновна.

– Да. Позвоните моим друзьям, пожалуйста, если будет нужно.

Я отключила связь, и мы тронулись дальше, соблюдая осторожность. С каждым подъемом идти становилось труднее и труднее – жара усиливалась, мы устали, подъемы пошли все круче. Легче всего путь давался знатоку литературы, хотя он был старше нас. Вероятно, наш спутник имел самый большой опыт пеших переходов и регулярно практиковался в них. Наиболее тяжело приходилось Пашке, но он терпел. Мой оператор вообще молодец!

А девица впереди не сбавляла темп.

– Так, вот и первый домик, – через некоторое время объявил дальнозоркий Степан Прокофьевич и показал рукой вдаль.

Мы с сотрудником Ивана Захаровича поднесли к глазам бинокли. В домик как раз заходила девица, правда, быстро его покинула и пошла дальше. Значит, ничего интересного не обнаружила? Или она тут не первый раз?

Когда мы подошли к покосившейся маленькой избушке, Степан Прокофьевич нашу компанию попридержал, первым подошел к крылечку, прочитал коротенькую молитву (или это был оберегающий заговор?), постучался, подождал ответа, потом зашел.

Пашка включил камеру и быстро заснял внутреннее убранство. Виктория Семеновна решит, в какую передачу это вставить. Домик нисколько не напоминал жилища деревенских алкоголиков, в которые мне уже довелось заглянуть, и, пожалуй, не был предназначен для постоянного проживания. Я назвала бы его своеобразным перевалочным пунктом – местом отдыха для путников после долгой дороги перед новым рывком. В доме имелась печь, из мебели – две лавки и стол. На печи валялось какое-то тряпье, на столе стояли две деревянные миски, в печи – горшок. Было чисто. Никакой пыли вообще! Но она не может не собираться.

Значит, в домике регулярно бывают. Вопрос: кто?

Степан Прокофьевич не знал, мы тем более. Мало ли кто по горам шастает… Теперь я уже даже предположить не могла, с кем еще мы тут столкнемся.

Мы покинули домик. Девица к тому времени уже успела скрыться из виду. Но, по крайней мере, мы знали направление, в котором она шла, да и трава после нее оставалась примята – «дважды нефтяная вдова» не пыталась замести следы, и даже мы, городские жители, легко могли по ним идти.

Когда мы вышли из домика, Степан Прокофьевич попросил у меня бинокль, настроил его под свои глаза и очень долго осматривался. Вопросов я не задавала – сам все скажет. Не просто же так он тут местность изучает.

– Думаю, нам нужно немного отклониться от маршрута, – наконец заявил знаток всего на свете. И указал новое направление: – Вон туда.

– Зачем? – спросил сотрудник Ивана Захаровича.

– Вам девица нужна или жители этих мест? – посмотрел на него Степан Прокофьевич.

– Колдуны, – ответила я. – Девицу мы и в Петербурге достанем, причем там нам будет гораздо легче. В особенности с доказательствами – c Пашкиной съемкой.

– Тогда за мной, – позвал Степан Прокофьевич и пошел первым к горе, наиболее сильно поросшей лесом.

Через некоторое время он очень тихим голосом предложил нашему молодому и крепкому спутнику приготовить оружие.

– Вы кого-то увидели? – шепотом спросила я.

Знаток литературы в задумчивости кивнул и продолжил карабкаться вверх. На небольшой площадке притормозил, скинул рюкзак. Я последовала его примеру, как и Пашка, который оставил в руках одну камеру. Молодой боец держал в руке пистолет. У Степана Прокофьевича каким-то таинственным образом в кулаке оказался нож. Я и заметить не успела, как и откуда он его достал. М-да, интересный у нас спутник…

– Фонарик достань, – прошептал он мне.

Фонарик у меня с собой был – мы не могли быть на сто процентов уверены, что вернемся засветло. Я быстро извлекла его из рюкзака и вложила в свободную от ножа руку Степана Прокофьевича.

– Стойте здесь! – приказал он.

– Но… – открыл было рот молодой боец.

– Стойте здесь! – повторил Степан Прокофьевич приказным тоном и юркнул за росшие близко друг к другу деревья неизвестной мне породы.

Внезапно мы услышали… женский крик, потом успокаивающий голос Степана Прокофьевича. Мы с Пашкой переглянулись, сотрудник службы безопасности Ивана Захаровича пытался последовать за знатоком литературы и истории, но я его не пустила. Пока мы спорили, на площадке снова появился Степан Прокофьевич, держа за руку девицу лет восемнадцати-девятнадцати в домотканом длинном платье, украшенном вышивкой. На ногах у девицы были… лапти, волосы заплетены в косу, ниспадавшую ниже пояса, платок отсутствовал. Или девушка на Руси могла ходить простоволосой?