— Не привыкла отказывать людям в помощи, — бросила я, отворачиваясь от мага, чтобы забрать у Сони пальтишко. Говорить с Эйденом не хотелось, но я была рада видеть свою дочку такой счастливой, поэтому бросила через плечо: — Спасибо, что привел Соню.
Эйден ничего не ответил, а когда я обернулась к порталу, его уже не было.
— Моя няня очень добрая, — рассказывала Соня, когда мы сели за стол ужинать. Дочка есть не хотела, и ковырялась вилкой в чашке, но я не настаивала на том, что нужно все съесть. — Она читала мне сказку, но какую-то странную, я таких раньше не слышала. А еще мы играли с дядей Эйденом в открывание порталов.
— Что это за игра? — я свою порцию уже съела и теперь просто сидела за столом, мечтая о горячем крепком кофе.
— Я плохо поняла правила, но дядя Эйден сказал, что я играю хорошо. В этой игре мне помогала моя магия.
— Даже так? Мне было бы интересно посмотреть как ты колдуешь, — я широко улыбнулась, видя на лице дочери радость.
— Там надо делать вот так, — Соня подняла руки над головой. — Потом вот так, — она раздвинула их, будто держит что-то. — Дядя Эйден запустил искорку в воздух, и я должна была сделать из нее проход.
— А куда вел проход?
— Один раз в другую комнату, а потом никуда, у меня не получилось. А еще один раз, когда получилось, я подумала о том, как было бы здорово, если бы няня принесла печенья, и… — Соня поморщилась. — Всю комнату засыпало чем-то черным.
Дочь еще долго рассказывала о прогулках по замку, о вкусном обеде, о пенной ванне, в которой няня ее купала, а я слушала и улыбалась. Эйден все еще казался мне козлом, потому что тот день, проведенный мной в горах, забыть невозможно, как и то, что он похищал Соню.
Но он бережет ее и балует, не причиняя ни капли вреда. Да, в своих целях, но если бы я хоть на минуту усомнилась в том, что Соню маг использует ради чего-то плохого, ни за что бы не согласилась на сотрудничество. Эйден сказал, что когда получит, что хочет, то мы его больше не увидим. Что ж, не знаю, что это, но надеюсь и правда расстаться с магом как можно скорее.
В тот момент я даже не подозревала, сколько времени уйдет на это. Молча слушала Сонины рассказы, вздыхая от восхищения ее успехами, и искренне верила, что совсем скоро Эйдена в нашей жизни не станет.
На следующий день маг пришел ранним утром. Мы только успели проснуться и умыться, как на кухне открылся портал. Соня и не думала противиться, едва ли не бегом вбежала через проход в комнату с книгами, что была в замке. Я только и успела, что крикнуть на прощание, что люблю ее.
— Я тоже тебя люблю, мам! — донеслось до меня прежде, чем портал захлопнулся.
Я осталась стоять посреди кухни в легкой растерянности. Никогда еще за последние пять лет я не расставалась с Соней так надолго, но вот уже второй день подряд я ее почти не вижу. Главное, знаю, что с ней все в порядке, а без нее мне будет проще привести лавку в рабочее состояние.
На сегодня был запланирован поиск клиентов. Пока слабо представляю, как их искать, и все, что мне пришло в голову — это расклеить объявления по городу. Не видела еще ни одной рекламной листовки ни на зданиях, ни на деревьях, и внутри меня крепло ощущение, что их расклеивать вообще нельзя.
Позже, рассудив, что, наверное, просто никому не нужна такая реклама, вот расклеенных объявлений и нет, вышла на улицу и отправилась в самый центр города. Мне нужно было найти где купить чистые листы бумаги и чернила. Шариковых ручек в Молоте наверняка нет, но, может быть, хоть перья тут продают? Не пишут же все обычными карандашами.
Город сегодня дышал. Погода была теплой, мягкий снег не хрустел от мороза, ветра не было, а солнце припекало так, что я через несколько минут прогулки расстегнула пальто. Увидев свору ребятишек у витрины кондитерской, вспомнила, что завтра хотела привести Соню в гости к госпоже Дайне, но, видимо, не получится. Дочери нравится в замке у Эйдена, ну а я сэкономлю деньги на что-то полезное. Меня все еще не покидала мысль о фигурных свечах, вот только стоимость формы в десять серебряных была неподъемной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Поиски хоть чего-то похожего на канцелярский магазин увенчались успехом не сразу. Я наивно полагала, что большинство лавок расположены в центре, но лавка с писчими принадлежностями оказалась в самом конце города, там, где начинался хвойный лес.
Небольшой домик был окружен забором из ледяных кубов, внутри которых навечно застыли безумно красивые синие цветы, похожие на те розы, у которых бутоны особенно пышные. Я полюбовалась на это произведение искусства недолго, но осталась под сильным впечатлением. Толкнув входную дверь, оказалась в светлом и просторном помещении.
— Добрый день! Меня зовут Мари, я хозяйка лавки “Белый лист”, — за прилавком стояла улыбающаяся женщина лет сорока на вид, с седыми прядями в каштановых волосах, и в теплом шерстяном платье.
— Добрый день, — я склонила голову в приветствии так, как видела делают многие горожане. — Мне нужны небольшие и плотные листы, чернила, перья.
— Вот на этой полке, — Мари указала на стеллаж, что стоял у стены справа от меня.
Я выбрала двадцать листов плотностью почти как у картона, и столько же обычных, мягких. Здесь же в бумажных свертках лежали перья по десять штук в каждом, а рядом стояли запечатанные темно-сиреневые бутыльки с чернилами. Их я взяла два. Мари, быстро посчитав стоимость товаров, назвала цену в два серебряных, и это почти все, что у меня было. Но делать нечего, пришлось платить.
Из лавки выходила с легким чувством стыда за то, что потратила все деньги на вещи, которые возможно никогда не окупятся, но что-то мне подсказывало, что я все делаю правильно. Постояв у очаровательного забора несколько минут, я собралась с духом и вернулась в лавку, чтобы спросить Мари, не нужны ли ей свечи.
— Свечи?.. — непонимающе переспросила женщина. — Обычные свечи?
— Да, но не совсем. Мои намного дольше горят, благодаря зачарованным формам.
— Нет, простите, я давно пользуюсь светильниками, — Мари указала на потолок, где висела прямоугольная люстра из четырех железных прутьев, а на них гроздьями висели огоньки.
— Поняла вас, извините за беспокойство, — я постаралась улыбнуться, но мне было грустно от того, что надежда таяла как дым. В Вивлонде и правда все уже пользуются светильниками, кому нужны мои обычные свечи?
— А вы открылись совсем недавно, я полагаю?
— Да, пару дней назад. Но лавка как таковая еще не работает, я пока ищу клиентов вот так, спрашивая, не нужны ли людям мои товары.
— Вы так всех не обойдете, — Мари закатила глаза, улыбнувшись. — Сходите к господину Войсу, он владелец небольшого издательства. Печатает газеты, сам же пишет для них статьи. Чаще всего он освещает проблемы города из-за резкого похолодания, что бывает раз в месяц каждую зиму, так как других новостей в общем-то и нет, так что дать объявление будет рад. Напишите в газету, что свечная лавка снова работает… Вы ведь из волшебной лавки Балдера Нела, верно?
Я кивнула.
— В таком случае, думаю, что объявление точно приведет к вам клиентов. Знаете, я и сама давала объявление, когда только открыла лавку, и оно сработало.
Я поблагодарила Мари, спросила адрес издательства и выскочила на улицу в воодушевлении. Если бы я сразу знала, что в Вивлонде есть газеты и в них можно дать объявление, то не покупала бы бумагу и перья. Решив, что все равно они зачем-нибудь пригодятся, я махнула рукой на потраченные деньги. Все они пошли во благо.
Шла по улице, ориентируясь по вывескам на зданиях. Мари сказала, что издательство “Приз” находится в третьем доме на улице Северной, и примерно подсказала путь.
Но “Приз” находился далеко от ее лавки, и не запутаться в улочках было бы невозможно. Я дважды обошла улицу Широкую, потом свернула на Карабельную, и уже когда вышла Узкую, то поняла, что хожу кругами. Я обернулась на свою лавку, раздумывая, вернуться домой или идти искать издательство, и двинулась дальше.
