Изнутри доносились слабые звуки, слишком неразборчивые, чтобы понять, есть ли там кто-то еще или это просто работает телевизор. Снова пронзил страх. Элис отстранилась от окна.
Внезапно она увидела его. Он вошел в комнату. Прекрасный как никогда. В джинсах и темно-синей рубашке. Открыл шкафчик и достал стакан. Она прижала лицо к стеклу, стараясь разглядеть, появится ли второй стакан или бутылка шампанского, и тогда…
Вдруг шатающиеся ящики, и так давно напоминавшие о своей хрупкости, сломались под ее коленями, превратившись в кучу острых щепок. Элис рухнула вместе с ними, не в силах сдержать громкого крика. Через мгновение она уже лежала на спине, уставившись в звездное небо. Она была готова провалиться сквозь землю от стыда. Внезапно задняя дверь резко открылась, на пороге показался Гарри. Он смотрел на нее так, будто не верил своим глазам.
– Надо было всего лишь постучать.
К сожалению, Элис не смогла изящно и грациозно выбраться из груды обломков. Вылезала она как настоящий бегемот. Он возвышался над ней в слабом свете, просачивавшемся через дверной проем. Волосы слегка взъерошены, на мужественном лице застыло удивленное выражение. Элис снова захотелось провалиться сквозь землю. Она попалась. И теперь будет очень трудно найти оправдание.
– Я все объясню, – проговорила она, протягивая ему руку.
Гарри одним движением поставил ее на ноги. Посмотрел ей прямо в глаза, на холодном воздухе у него изо рта вырывались клубочки пара. Сердце девушки бешено застучало.
– Хорошо бы, – ответил он совершенно бесцветным голосом, не выдавая эмоций, – я только возьму куртку. Давай выпьем. Вниз по улице есть отличный паб. Там расскажешь мне все. Уверен, это будет захватывающая история.
Он повернулся к двери, и, пока Элис переваривала сказанное, ей в голову пришла одна пугающая мысль: «Он не хочет пускать меня в дом». Она шагнула к нему, скривившись от боли после неудачного падения, и схватила его за руку.
– Незачем идти в паб. Я уже тут. Чашечка кофе как раз подойдет. Давай просто пойдем в тепло.
Хотя на самом деле даже не чувствовала холода осеннего вечера, вся дрожа от злости. Что он там от нее прячет? Блондинку в постели?
– В пабе куда лучше, – лицо его оставалось непроницаемым, – я не успел купить молока, да и грязно у меня там.
– Черный кофе вполне сойдет, а грязь меня совсем не пугает.
Она подумала, что этого достаточно, но он так и не предложил войти, продолжал стоять на по роге.
Она отпустила его руку, осторожно обошла его и направилась по мокрой траве к дорожке, посыпанной гравием, которая вела к входной двери.
– Элис, пожалуйста, не заходи туда.
– Кто она? – Уже почти дойдя до двери, Элис резко развернулась. – Твоя бывшая? Та самая блондинка из бара? Или ты ее уже потом подцепил? Какая же я дура!
Она почувствовала запах, как только открыла дверь. Внутри была кухня-столовая, с одной стороны стоял стол, с другой раковина, набитая грязной посудой. Какой именно, Элис не успела разглядеть. Казалось, у нее работало лишь одно из пяти чувств. Повсюду царило тошнотворное зловоние тухлой рыбы. Запах был столь сильный, что, казалось, от него даже слезятся глаза. Элис прикрыла рот и повернулась к уже нагнавшему ее Гарри. Краем глаза заметила на его лице сконфуженную мину.
– Боже, откуда такая вонь? – Она оттолкнула его в сторону и выглянула на улицу, чтобы глотнуть свежего воздуха.
– Эх, если бы я знал.
Элис вышла во двор. Мерзкий запах все еще преследовал ее, хотя на улице было довольно свежо.
– Может, пойдем в паб?
Она внезапно вспомнила, зачем зашла в дом. Да, длинноногие блондинки таких ароматов точно не источают.
– Там еще кто-нибудь есть? Ты поэтому не хотел меня впускать?
– А ты поэтому не позвонила в дверь и затаилась у меня в саду? Думала, я тут другую женщину прячу?
Неужели он видел, как она заглядывала к нему в окна? Это немного остудило ее пыл.
– Элис, тут никого, кроме меня, нет. И если я не предложил тебе войти в дом, то лишь потому, что там смердит, будто кто-то сдох.
– Ой, – смутилась она.
– Ты и вправду думала, что я женщину в шкафу прячу? Ну иди, смотри, – он отошел в сторону, приглашая ее внутрь, – иди, иди. Там нет ни одной живой души, зато грязи куча. – Гарри заглянул ей в глаза. – Мне не нужна другая женщина.
Элис была в замешательстве. Какая-то ее часть все еще хотела ворваться в дом и обыскать его сверху донизу. И все же она понимала: это не самый разумный поступок. И, боже мой, его оправдания очень даже к месту. Столь пахучие доказательства можно было учуять еще на улице.
Элис глубоко вздохнула и заставила себя думать рационально.
– Я не буду лазить по твоим шкафам, поверю на слово.
Он облегченно вздохнул, обрадовавшись, что она ему наконец поверила.
– Хорошо, теперь ты объясни. Хотя зачем объяснять? И так понятно, почему ты пряталась в саду. Заподозрила меня после сегодняшнего случая, решила проверить. Так ведь?
Элис плотнее закуталась в пальто и поежилась от холода. Она старалась не смотреть ему в глаза. И так все понятно.
– Ну, вроде того.
Гарри кивнул:
– Ты могла просто спросить меня об этом.
На мгновение она задумалась: сможет ли вообще когда-нибудь задавать прямые вопросы? Или так никогда никому и не доверится?
– Проблема в том, – начала она, чтобы хоть как-то выйти из этой неловкой ситуации, – что в прошлом у тебя была сам знаешь какая репутация. А блондинка, с которой ты исчез на минутку поговорить… – Она изобразила пальцами кавычки. – Как я могла надеяться после всего этого, что ты прямо ответишь на мой вопрос?
Гарри молча уставился себе под ноги и провел рукой по волосам. Потом вздохнул и взглянул на Элис:
– Элли моя бывшая девушка. Я тебе это говорил. Сейчас между нами абсолютно ничего нет.
Элис скорчила рожицу.
– Вы обнимались. Я не слепая.
– Ты видела, как Элли меня поцеловала. Но не видела, что происходило до этого, а потом так увлеклась ненавистью ко мне, что даже не дала пять минут на объяснение. – На щеках у нее заиграл теплый румянец. Он говорил правду, Элис понимала это. – У нас ведь было всего пара свиданий, да? Если все это правда и тебе действительно все равно, зачем тогда играть в рыцарей плаща и кинжала? Если не доверяешь мне, не надо пытаться на чем-то поймать, просто скажи об этом, и мы все прекратим.
Элис проглотила комок в горле. Для нее все это превратилось в нечто большее, чем пара свиданий, и, как ни трудно признавать, она не хотела, чтобы сейчас все закончилось.
– Просто доверие – это очень серьезная вещь, вот и все.
Он взял ее руку в свои, и у Элис перехватило дыхание.
– Нет никакой другой женщины. И быть не может. Пока ты рядом. Я не вру тебе. Если я не буду счастлив, все закончу задолго до новых отношений. – Он посмотрел ей через плечо на открытую дверь, из которой все еще доносились «кухонные ароматы». – Проблема в том, что расставание с Элли немного затянулось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
