Читаем без скачивания Гладиатор нового времени (СИ) - Йейл Алекса

Игнат брезгливо скривился. Незавидная участь. Он уж точно не хотел после смерти стать закуской для грязной своры. Не выдержав ожидания, Тесла тоже выглянул из-за угла и, громко сглотнув, быстро вернулся на прежнее место.

— Мы уже близко, — прошептал Игнат, подтолкнув его вперед. Нечего болтать рядом с голодными псами. Как известно, у собак отменный слух.

— С чего ты так решил? — Тесла охотно отошел, спеша оказаться подальше от псов.

Но Игнат только толкнул его снова в спину, заставляя двигаться. Оба быстрым шагом пересекли переулок, к счастью, оставшись незамеченными — свора была слишком занята пиршеством, чтобы обратить внимание на две тени, мелькнувшие в стороне. Так же быстро они дошли до очередного угла дома и остановились там. Лишь тогда Игнат ответил:

— С того, что собаки не станут волочь покойничка по городу. Где нашли, там и сожрут, — принялся он рассуждать вслух. — Зуб даю, убит он недавно, иначе вонял бы за версту. Если бы его прикончили собаки, к данному моменту от него остались бы жалкие объедки. Больше похоже на то, что тело выбросили люди. Едва ли они тащили его несколько кварталов, так что мы уже близко, — Игнат приободрился. — Смотрим еще внимательней!

— Слушай, я очень сомневаюсь, что… — неодобрительно начал Тесла, видимо, заметив его возросший азарт.

— Если ты забоялся за свою красивую шкурку, предлагаю тебе вернуться и подождать меня в машине, — резко повернувшись к своему другу, Игнат прервал его на полуслове.

— Да не в шкурке дело, — удрученно вздохнул Тесла. — Просто кто-то должен быть голосом разума и…

Поняв, что ничего полезного тот не скажет, Игнат просто перестал слушать, медленно пойдя вдоль здания. Оно было совершенно обычным и выглядело крепким, но вряд ли кто-то стал бы в нем обустраиваться — больше половины окон выбиты, да и стены не выдержат попадания крупнокалиберного снаряда.

«Где бы скрылся я, если бы прятался от группы подготовленных солдат?» — дойдя до конца дома, Игнат остановился.

По-летнему теплый ветерок пронесся по городу, приятно обдувая лицо. Да, Игнат и сам знал, что ему не мешало остыть. Он уже вошел в раж, почуяв близкую разгадку. Глубоко вдохнув, Игнат выдохнул. Потом снова, почувствовав на лице новый порыв ветра, но вместе с ним и кое-что еще.

Запах газового конденсата — зловоние, присущее самодельному разбавленному топливу. Игнату захотелось прикрыть нос рукавом, но он сдержался, продолжив принюхиваться. Ха! Кто бы мог подумать, что колкость Теслы про ищейку окажется пророческой.

Пахло — совершенно точно! — из-за угла.

Жестом подозвав Теслу, Игнат указал ему направление для сканирования.

— Чисто, — очень скоро ответил тот.

Лишь тогда Игнат вышел из-за угла и осмотрелся. Перед ним возвышалось трехэтажное здание, похожее на торговый центр. Вот только разрушен он был не временем, а человеческими руками — на стенах под слоем растительности и пыли виднелись полоски краски, несколько рам французских окон на первом этаже просто вырвали из стены. На втором — лишь разбили стекла.

Хотя мародерство не обязательно было делом рук отщепенцев. Начало нынешней разрухе вполне могли положить и горожане, восемьдесят лет назад почувствовавшие себя безнаказанными в хаосе Третьей мировой.

Игнат огляделся. Прямо перед торговым центром был небольшой вестибюль метрополитена с покосившейся вывеской.

Стиснув зубы, Игнат приблизился к нему.

Да, вот где поселился бы он сам, чтобы избежать обнаружения.

Слой почвы, бетон и железо не пропустят инфракрасный луч. Интерьер не подвержен воздействию сил природы. Но что еще практичнее — линия метрополитена позволяла перемещаться по всему городу и оставаться незамеченным, в то время как противнику придется нести караул у каждого выхода, скорее всего, разбившись на небольшие группы. Или же спуститься вниз, в темный лабиринт, где местный житель получит неоспоримое преимущество, прекрасно ориентируясь внутри.

Интуитивно догадываясь, что не ошибся, Игнат целеустремленно пошел вперед. Довольно скоро его теория подтвердилась. Уже через минуту-другую у самого входа они обнаружили множество разбросанных вещей: какие-то тряпки, битую посуду и несколько гаечных ключей, погнутых и оттого пришедших в негодность ножовочных полотен и еще россыпь каких-то мелких металлических деталей, поблескивавших в лучах восходящего солнца.

— Вот теперь я действительно забоялся за свою красивую шкурку, — передразнил Тесла, скривив губы в усмешке. После — произнес резко: — Только не говори, что мы пойдем внутрь.

— Пока просто осмотримся, — покачал Игнат головой.

Несмотря на непреодолимое желание докопаться до правды, он прекрасно понимал, как опасно спускаться в темный бетонный мешок с десятками закоулков. Поэтому Игнат лишь приблизился к дверям, осматривая открывшуюся картину и стараясь не упустить ни единой детали.

Запах газоконденсата уже едва не разъедал ноздри и вызывал рвотный позыв, однако сейчас Игната больше волновало кое-что другое. А именно — огромное темное пятно, испачкавшее траву и проглядывавшие между ней плитки перед входом на станцию. Он много раз видел кровь в разных ее формах и теперь сразу узнал. Игнат присел перед пятном на корточки, но не коснулся его, лишь рассмотрел вблизи. На одной из плиток остался четкий след мужского ботинка — видимо, кровь уже загустевала в тот момент, когда в нее наступили.

С такой кровопотерей у человека практически нет шансов выжить.

— Смотри, что нашел, — Тесла подошел ближе, и Игнат поднялся, повернувшись к нему. Тот протягивал ему на раскрытой ладони гильзу. — Там еще много таких.

— Много, говоришь… — нахмурился Игнат и, взяв находку двумя пальцами, поднес к глазам. Такие гильзы оставались от патронов, которыми обычно заряжали древние АК.

«По крайней мере, теперь мы знаем, от чего умрем, если нас обнаружат здесь», — подумал он, зажав гильзу в кулаке и снова осмотрев двери станции. Вероятно, Берт бежал из метрополитена. И похоже, что тогда или позже здесь случилась перестрелка. Отсюда и кровь на плитках. И остальное…

Он раскрыл ладонь и еще раз взглянул на подобранную гильзу.

Внезапно издалека донесся собачий вой. В ответ раздался еще один, прозвучавший с другой стороны. Вторая стая? Или отбившиеся особи из первой? В любом случае получалось больше десятка.

— Твою мать! — выругался Игнат.

Собаки почуяли чужаков на своей территории. Взяли след? Именно так, судя по тому, что следующее завывание прозвучало уже ближе.

На принятие решения было всего несколько секунд.

Нельзя недооценивать противника с четырьмя быстрыми лапами, клыкастыми челюстями, острым слухом и животным нюхом. От собак не спрятаться. Не сбежать.

Перестрелять? Заманчиво, но громко. Если в тоннелях остались люди, они услышат пальбу и выбегут на поверхность.

Торговый центр с разбитыми панорамными окнами — худшее укрытие. До другого здания Игнат с Теслой добежать физически не успевали.

Они оказались в ловушке. Можно ли спастись от группировки вооруженных людей и своры псов, спешивших растерзать чужаков? Можно, но только от кого-то одного — или псов, или людей.

Разумней всего будет столкнуться лишь с одним из врагов. И раз от псов не убежать, оставался единственный выход — спуститься в метро. Если там кто-то скрывался, против него должен был сыграть эффект неожиданности.

Очередное завывание раздалось буквально за углом, не оставив Игнату более ни секунды на раздумья.

— Спускаемся! — приказал он, швырнув гильзу на землю и достав второй пистолет.

С неожиданной прытью Тесла впихнул тепловизор в поясной чехол, выхватил из кобуры оружие и привел его в боевую готовность, отточенным движением опустив флажок предохранителя. Подскочив к единственной двери из ряда, ручка которой не была покрыта толстым слоем пыли, он распахнул ее перед Игнатом как раз в тот момент, когда тот включил фонарь на одном из своих «Вальтеров». К счастью, затворившись за ними, она не качнулась вовнутрь, замерла на линии дверного проема. Значит, кто-то позаботился, поставил стопор, не позволяющий двери открываться в обе стороны. Наверняка для того, чтобы в убежище случайно не забрел дикий зверь. И теперь это было Игнату с Теслой на руку. Если только кто-то намеренно, по злому умыслу не впустит свору в вестибюль метро. Но сейчас Игнату было не до расчета вероятностей.