ー Это перечило каким-то древним порядкам, даже религии, ведь так? ー вопрос был скорее риторическим, ставшим результатом собственных размышлений, но Дан снова кивнул, подтвердив мои мысли.
ー А если еще подумать о том, что это открытие совершил определенный континент, и какая в результате власть сосредоточилась в его руках, то мы получим уже не один повод ненавидеть предприимчивых правителей.
— Борьба за власть, за право лидерства, — задумчиво протянула я, скользя взглядом по волшебным фигурам фонтана. — Но ведь это дело прошлое, какой смысл воевать за то, что уже решено?
Я искренне пыталась понять местную власть, но в моей девичьей голове не укладывались некоторые детали. Ну никогда я не любила все эти сложные игры “пузатых дядечек”.
Если Дан поднял эту тему, значит информация мне необходима. Просто так меня бы в подобное посвящать не стали, уверена.
И сделал Даниэль это после покушения на мою жизнь, что подводит к определенной мысли. Очень неприятной и даже пугающей, учитывая моё положение в этом мире.
— Ахилион, заручившись поддержкой Верховного, сделал то, что не додумался сделать никто. Этот риск себя оправдал настолько, что наш континент негласно стал лидирующим, первым во всем, получив уважение и почёт за ту силу, которой стал обладать. Перед нами склонились, понимая, что в наших руках больше власти, чем у кого бы то ни было.
— Что-то ты не договариваешь, Даниэль, — прищурившись, заглянула в лицо друга. — Я далека от политики, но мягким местом чувствую, что есть что-то ещё, что так настораживает другие континенты.
Мужчина заразительно и светло рассмеялся, спугнув неподалеку сидевших птиц.
— Ты мне сейчас кое-кого напомнила, Беата. Поразительно, но эту фразу я слышал от отца совсем недавно именно в такой интонации.
Его глаза лучились радостью, будто обсуждали мы не грязное белье его страны, а весёлые случаи из детства.
— Помнишь ту самую легенду, что мы рассказывали в твой первый день занятий? — тем не менее, Дан решил пролить свет истины на дремучую меня. — Легенда отражает лишь красивую часть тех событий, что произошла, Беата. Скажем так, в моем баринте долго и упорно работали и продолжают это делать, на благо сохранения того положения, которое имеется у континента. Но это большая тайна, Ветерок. Теперь ты стала её хранительницей, — подмигнул мужчина, но в серьёзных глазах не было и толики игривости, что отражалась на красивом лице.
Вот ты и вляпалась, Беатрис Мортиш. По самые уши.
Глава 12. Как же ты меня бесишь, дай хоть поцелую.
Белье я себе все-таки купила. И меня даже никто не попытался при этом убить.
Правда, Рион так и не вернулся, чем вызвал волнение. Побежал один, безоружный, непонятно за кем. А вдруг его избили или покалечили?
В перерывах между накручиваниями себя, продолжала знакомиться с городком, и даже встретила Абигайль с ее знакомой. Та самая сестра парня из коридора, водница со светлыми волосами — Ливайя.
Оказалось, они тоже сегодня запланировали прогулку, но меня не нашли и отправились вдвоем. Аби не поднимала тему с инцидентом в тренировочном зале, и я была очень ей за это благодарна. Отвечать на неудобные вопросы я не любила.
— Как раз вас поближе познакомлю, — улыбнулась ведьма, радуясь встрече и подхватывая меня под руку.
Со старой знакомой Аби мы виделись мимолетно, лишь пару раз, и у меня действительно была мысль с ней подружиться. Пусть мои дни были и так достаточно разнообразны и загружены, но ведь лишних друзей не бывает, а ведьма отзывалась о воднице всегда только хорошо.
Дан немного нахмурился, но быстро исправился, принимая девочек в нашу компанию. В легкой светской беседе мы еще немного прошлись по площади, прикупили пару канцелярских мелочей и даже мне сумку, чтобы не носить больше тетради с учебниками в руках.
— А вот с моим братом ходить за покупками — сплошное наказание, — призналась Ливайя, пряча льдисто-голубые глаза за длинными ресницами. — Хорошо, что хотя бы не ограничивает в передвижениях, и я могу прогуляться с кем-то другим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я ему ограничу, — угрожающе потрясла кулаком в воздухе Аби, вызывая у всех смех. Воинственно настроенная ведьма — дело серьезное.
Наша новая знакомая производила впечатление очень тихой и скромной заучки, но, при всем при этом, была очаровательной красавицей. Нежная, хрупкая, действительно напоминающая сказочную полупрозрачную русалку.
Даже Даниэль оценил, расслабившись и то и дело улыбаясь нашей троице. Под конец прогулки показалось даже, что получил удовольствие.
Парня мы не трепали, чтобы лишний раз не напрягался. Девочки только иногда косились на него, но друг прекрасно себя держал, видимо привыкший к такому вниманию. Прямо как султан на выгуле всех жен. Посмеявшись над возникшей ассоциацией, заметила, как подвисла Ливайя, разглядывая этого самого “султана”. В ее взгляде я уловила мечтательность, а может даже и самую настоящую влюбленность. Надо будет расспросить Аби поподробнее, не попытается ли увести у меня друга красавица-водница с тихим омутом глаз.
Улыбка исчезла сама собой, а сердце криво резанула ревность.
Беатрис, перестань… Уговаривала я себя сама. Не думай о таких глупостях, у Даниэля вообще любовница есть, к ней же ты не ревнуешь.
Кстати говоря, Саралин все это время вела себя тихо. Лишь пару раз я видела их с другом вместе, вели они себя ровно, будто и не было той сцены в библиотеки. И я не придавала значения этому. До сегодняшнего момента.
Тело изнутри словно лизнуло огнем, что обернулся острыми, жгучими эмоциями.
— Я бы не хотела быть обузой, Абигайль, — отвлек от мыслей звонкий голосок водницы.
— Прекрати, Ливайя, Аби часто сидит в комнате Беаты, и мы ни разу им еще не помешали, — включился в какие-то странные уговоры Даниэль, что было на него совсем не похоже. Ну хоть ты ей скажи, Ветерок.
— Ты так интимно ее называешь, что смущаешь всех девушек в радиусе слышимости! — неожиданно по-свойски отчитала друга ведьма.
Что я, черт возьми, пропустила за это короткое время? Я уходила в мысли, а не на войну!
— Потому что она для меня, как живительный ветер в полете, разве в этом есть что-то пошлое? Девушки, порой, так любят все перевернуть и усложнить, — фыркнул Даниэль, перехватывая меня за талию покрепче. — И вообще, я за то, чтобы у Беаты появлялись подруги, так что хватит спорить.
Я впервые услышала истинную причину возникновения прозвища, которое изначально показалось мне странным. И если учитывать особенности магии этого парня, было очень даже приятно называться не какой-нибудь зайкой, а ветром, без которого полет дракона почти невозможен.
— Ребят, что-то я отвлеклась и, кажется, попала в другую вселенную, потому что совсем не могу поймать нить разговора, — пришлось мне признаться, ибо ситуация явно выходила из-под контроля.
— Ты нравишься Абигайль и Даниэлю, — ответить решила сама Ливайя, подняв на меня свои большие голубые глаза, в которых сияла такая искренность, что, наверняка, все мои знакомые бабульки, сидящие на лавочках у подъездов по вечерам, проглотили бы свои языки. Навечно. — И мне бы хотелось с тобой подружиться. Ведь ты притягиваешь важных для меня существ, это что-то да значит, — с детской непосредственностью продолжила она. — Даниэль и Абигайль зовут меня на посиделки в твоей комнате. Ты не против, если я стану частью твоей академической жизни? Я не то чтобы полезная, но добрая и всегда говорю правду.
Я язык проглотила тоже, к слову.
Только и смогла, что закивать как болванчик, чем вызвала понимающую улыбку друга. Что, нравится тебе, Дани, такие милашки, отправляющие в нокаут одним своим словом, да? Оставалось лишь тяжело-тяжело вздохнуть, мысленно, разумеется.
Вернувшись в академию, мы разошлись по своим комнатам, договорившись встретиться позже. Переодевшись в платье посвободнее, сшитое из более мягкой ткани, но довольно интересное, я ухватила с собой на кровать пачку с купленным на площади печеньем и учебник по теории сложного ведовства.
