— А еще чуть позднее, но, по сути, примерно тогда же, вы устроили Усачу встряску и рекламную кампанию, — почесал затылок Жак.
— Совершенно верно, Диппель. Благодаря этому мы постоянно были на виду и на слуху. Журналисты, серия статей, визиты из попечительского совета. Вы их не видели, я тоже, из-за Софи меня просили особо не маячить при посторонних. Но я знаю, что они наведывались. Вон, даже родители магистра Гресса приехали.
— Нет, маэстрина, это они из-за помолвки приехали, — со знанием дела опровергла мои слова Зоя Мейзен. — Они хотели с вами познакомиться, ведь уже объявили о свадьбе, а вы в столицу сами не ехали. Им пришлось.
Я поджала губы, но кивнула. Ладно, это действительно так.
— Продолжим рассуждения и подведем итоги. Существуют некие личности, которым не угоден Артур Гресс на должности ректора. Возможно, они сами на нее рассчитывали. Не для себя, естественно, но кому-то из Грессов, своему ставленнику. Или же рассчитывали, что некоторое время Усач вообще будет без управления и можно под шумок что-то провернуть. Магистра Артура пытались убить, но я им помешала. Ранее, пользуясь плохим состоянием прежнего ректора и тем, что он не справляется с управлением университетом, тут творились странные вещи. И одна из личностей, творивших эти странные вещи, уже мертва. Я про Эстреллу Нервуд. Но она была не одна, ведь кто-то же меня заманил после Белого Бала в ловушку. Далее, мы имеем мою чрезмерную активность и то, что я, вопреки планам неизвестных, выставила Усач на всеобщее обозрение. За нами следила вся страна, то есть провернуть что-то по-тихому не вышло бы. Кроме того, мы привлекли к себе повышенное внимание многих из-за переаттестации, которую вам пришлось пройти с приглашенными преподавателями из разных вузов. Потом вроде затишье, вы разъезжаетесь по домам на каникулы, Усач почти опустел. И вроде бы ничего странного не происходило. По крайней мере, я ничего не замечала. Но учитываем, что я дико загружена с Софи и подработкой и на многое просто не обращаю внимания. Вы возвращаетесь, и у нас снова всплеск активности из-за того, что вашим родным и знакомым все это любопытно, приезжают то родители будущих абитуриентов, то журналисты в надежде еще что-то разузнать. Не так уж и часто, но были. Наш ректор тем временем договаривается о чем-то с его величеством, и на нас сваливаются демоны. И я на них. То есть мы опять под пристальным вниманием не только публики, но и короля, и столичных министров, и Ковена магов. Вы ведь понимаете, что обмен преподавателями с демонами — это… ну… эпохальное событие. Не понимаю только до сих пор, зачем меня туда отправили. Я, по идее, самое слабое звено. Всего лишь алхимик, а не боевик или архимаг. Наверное, потому, что именно я всю эту кашу заварила, от меня хоть как-то и попытались избавиться.
— Да вы страшная женщина, маэстрина, — с улыбкой выдал Анри.
— Вот вам бы все веселиться, Лефлекс. А между тем, я помню про ваш должок по растениям предгорий и эликсиру восстановления магических путей.
— Ну маэстрина! — шепотом возопил пятикурсник. — Вам не совестно? В такой час, когда мы сидим тут… Страдаем! Недоедаем! Недопиваем!
— Кстати, дайте мне еще один бутерброд, пожалуйста. У меня на нервной почве страшный жор. И от глотка чего-то крепкого я тоже не откажусь.
— Я же говорю, вы страшная женщина! — прыснул от смеха парень и вручил мне кривую конструкцию из слегка подсохшего уже хлеба и неровно отрезанного куска колбасы.
Пока я жевала, студенты шепотом переговаривались, пытаясь уложить все, что я им только что рассказала, в единое целое и выстроить логические цепочки.
Потом кто-то вспомнил, что у него с собой есть сумка с тетрадями и ручками. Притащил, и ребята принялись на чистых страницах вычерчивать интеллект-карту, вписывая в квадратики события, после чего стрелочками соединяли их с другими свершившимися фактами. Отдельно выписывали гипотезы. Все, как я их учила.
Призраки появились неожиданно. Я только вроде моргнула, и вдруг уже смотрю на несколько прозрачных фигур.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ребята, у нас гости, — тихонько окликнула я студентов. И уже к привидениям: — Приветствую, магистры. Рада, что вы откликнулись на нашу просьбу о помощи. Меня зовут Мариэлла Монкар.
Я попыталась встать, но представительная крупная дама с пышными формами, прячущимися под мантией, жестом разрешила мне не вставать.
— Сидите, маэстрина. Мы знаем, что вам сегодня пришлось нелегко. Я магистр Анне́т Да́рриет, преподавала бытовую магию. Но давайте быстро, у нас всех мало времени. Мои почившие коллеги пока присматривают за фанатиками, проверяют, как там студенты и наши живые коллеги. Пока можем вас обрадовать. Все живы, хотя у некоторых дам истерика и паника. Преподаватели слегка пострадали, но ничего необратимого.
— Прекрасная новость! — выдохнула я. — Если позволите, я буду сразу пересказывать новости студентам. Они почему-то не все вас видят и слышат.
— Что значит «почему-то»? Разумеется, потому, что мы призраки. А среди ваших студентов нет настоящих медиумов, некромантов и менталистов. Лишь у некоторых слабые искры того или иного дара. К тому же, дорогая, вы душа иной реальности. Это отлично видно по вашему полю и разрядности магии.
— Э? — дважды моргнула я. Что еще за поле и разрядность магии? Я такого не знаю, а в пакете информации, полученном от Мариэллы, ничего такого не было. Но придется принять как факт и однажды заняться самообразованием. — Ладно. Поняла. Минуту…
Я отлично помнила по ночной кладбищенской прогулке, что кое-кто из ребят-третьекурсников видел ту боевую мэтрессу с топориком в голове. И видел, и слышал. Значит, надо увести в сторону разговор о моей душе. Это не для лишних ушей.
Быстро пересказала полученную информацию остальным студентам, которые уже поняли, что к нам пришли потусторонние гости.
С призраками мы еще пообщались, обсудили перспективы выбраться нам всем наружу. Услышали неутешительные речи, что это малоосуществимо, так как тайные ходы, разумеется, есть, но они заблокированы еще мэтром Кастором более века назад. Как раз для того, чтобы по ним всякие разные студенты не шлялись и не совали свой нос куда не надо.
— И что же нам делать? — потерла я лоб. — Нам нужна помощь, коллеги. Мы сами не сумеем исправить ситуацию. И все же нужно спасти ребят, хотя бы девушек.
Эти самые девушки недовольно зароптали, потому что спасаться без меня никто не хотел. Даже трусишка Аврора Леббер, которая не ходила с нами на кладбище, но совершенно не боялась сейчас призраков. Наверное, потому, что не видела их.
— Магистр Дарриет, — тихонечко обратилась к привидению пятикурсница с факультета смотрителей городских служб, — а что насчет кухни? Ведь при кухнях всегда располагаются обширные подвалы. Причем с разными уровнями хранения. Для мяса, для сыров, винный погреб… Уверена, что где-то там должна быть как минимум парочка потайных ходов. Не могли же их все заблокировать. На кухне посторонних никогда не бывает, нас туда не пускают даже на отработки. Только в общие залы.
Призрачная дама призадумалась, оглянулась к своим неживым коллегам.
— Пожалуй, стоит об этом поразмыслить, — выдал один из них. Тощий, сутулый и носатый мужчина лет пятидесяти на вид. — Я там не бывал ни при жизни, ни после смерти. Коллега, вы среди нас самый молодой, может, слетаете на разведку?
Тот, к кому он обратился, действительно выглядел существенно моложе и бодрее, если это слово уместно в отношении мертвых душ. На вид вполне крепкий такой мужик, широкоплечий, среднего роста, с наметившейся лысиной.
Спорить тот не стал, повернулся к нам спиной и поплыл к выходу с чердака, и мы сразу поняли, как он умер. Под левой лопаткой торчала рукоять ножа.
М-да. Количество привидений на территории Усача заставляет задуматься, что это не такая уж и безопасная работенка. Дядьку вот прирезали. И даже знать не хочу, когда именно и за что. А то спать спокойно не смогу.
— Магистры, — позвала я оставшихся призраков, — у нас вопрос. Что есть такого на территории замка рода Гресс, что могло понадобиться напавшим? Источник магии? Древний артефакт? Капище в подвалах? Подземное хранилище? Зачем им понадобились университет и замок?
