Салливан поморщился, проводя пальцами по клавишам:
— Десять лет назад я был на твоем месте. Меня ожидало большое будущее. Никто не мог мне помешать. В Джульярдской музыкальной школе мне прочили блестящую карьеру. В этом была вся моя жизнь.
— Не люблю поучительных историй, — сообщил я ему.
— У этой истории любопытный конец, — с горечью ответил Салливан. — Они сломали мою жизнь. Я даже не подозревал об Их существовании. Но ты-то знаешь! Они используют таких, как мы, для собственных целей, потому что мы стремимся к тому, что Они нам предлагают, и недовольны тем, что имеем. Да, мы хотим то, что есть у Них, а Они хотят то, что есть у нас… но из этого не следует, что нам понравится конечный результат обмена. Скорее наоборот.
Он оттолкнулся от рояля и встал со скамьи.
— Садись.
— Признаться, меня не очень-то тянет играть на рояле.
— Меня тоже не тянуло, — сказал Салливан, — но Они не особенно любят этот инструмент, так что нам обоим лучше играть на нем. Садись.
Я сел — оставшись при мнении, что Салливан знает о Нуале меньше, чем думает.
от: ди
кому: джеймсу
текст сообщения:
ты говорил что ты экстрасенс, я бы хотела спросить что меня ждет. всегда ли я буду вот так смотреть на все со стороны? я любила в люке то что с ним я знала мое место в мире.
отправить сообщение? да/нет
нет
сообщение не отправлено.
сохранить сообщение? да/нет
да
сообщение будет храниться 30 дней.
Джеймс
Я достал из рюкзака упаковку пива, поставил ее на стол рядом с кроватью и развернул стул, чтобы сесть задом наперед. Пол вытаращился на меня так, будто я снес яйцо.
— Не передумал напиваться?
Его глаза стали вдвое круглее обычного.
— Слушай, ты откуда это взял?
Я потянулся за ручкой и написал на руке «список». Не знаю почему. Но мне полегчало.
— Архангел Михаил спустился с небесных высот, и я сказал ему: «Просвети меня, ангел, как достати жердь, которую мой друг Пол сподобился проглотити?», а он мне ответил: «Вот это должно помочь». И выдал упаковку пива. Только не спрашивай, почему именно «Хайнекен».
— Этого хватит, чтобы напиться? — Пол продолжал рассматривать бутылки, как будто вместо них на столе лежала водородная бомба. — В кино люди долго пьют, но все равно не пьянеют.
— Тебе точно хватит.
Я испытывал острое удовлетворение: благодаря моей предусмотрительности, Пол не будет блевать. Он, конечно, славный тип, но убирать за ним я не хочу.
Тут Пол запаниковал:
— А ты будешь пить?
— Я опасаюсь любых субстанций, которые изменяют сознание.
Я вывернул карандаши и ручки из кружки, в которой мы их держали. Они с грохотом раскатились по столу. Я передал кружку Полу.
— Это потому, что ты любишь все контролировать, — сказал Пол, проявляя неожиданную наблюдательность. Он заглянул в кружку. — Зачем?
— Ну, вдруг ты не хочешь пить из бутылки.
— Там стружки от карандашей и прочая дрянь.
Я выдал ему бутылку и опять повернулся к столу, нашел в куче на столе маркер и лист бумаги и принялся писать. По всей комнате начал расползаться запах чернил.
— Прости, дорогуша, не обижайся. Все как нельзя круто. Пицца скоро будет.
— Что ты делаешь?
— Обеспечиваю нам уединение.
Я показал надпись.
«Будьте поделикатней с Полом. Пожалуйста, не прерывайте его чудесный сон. чмоке. Пол».
Я взял подпись в сердечко.
— Ты мерзавец, — констатировал Пол, когда я встал и вышел в коридор, чтобы прилепить объявление снаружи. Донесся звук открываемой бутылки. — Фу, ну и запах.
— Добро пожаловать в мир пива, дружище. — Я рухнул на кровать. — Как и все прочие пороки, пиво снабжено предупреждением, на которое мы обычно не обращаем внимания.
Пол провел пальцем по запотевшему стеклу:
— А где этикетки?
Ему необязательно знать, сколько времени я убил на то, чтобы их содрать и поменять крышки. Воистину, такое можно сделать только от большой любви.
— Пиво с поврежденными или неправильными этикетками продают дешевле.
— Правда? Полезно знать. — Пол скривился и сделал глоток. — Как я пойму, что пьянею?
— Ты станешь таким же остроумным, как я. Ну как минимум остроумнее, чем обычно. И то радость.
Пол запустил в меня крышкой.
— Выпей, пока еду не привезли, — посоветовал я. — На пустой желудок оно действует быстрее.
Я посмотрел, как Пол осушил полбутылки, затем встал и пошел к музыкальному центру:
— Где твои диски? Что за праздник без музыки?
Пол допил вторую половину, чуть не поперхнувшись под конец, и махнул куда-то под кровать. Я подал ему следующую бутылку, улегся на пол и приготовился к худшему.
Я чуть не выругался. В нескольких сантиметрах от меня под кроватью Пола светились ехидной улыбкой глаза Нуалы.
— Сюрприз.
«Я не удивился», — подумал я.
— Удивился-удивился. Ты разве не помнишь, что я могу читать твои мысли? — Она указала на матрас над нами. — Забавное дело ты затеял. Пиво настоящее?
Я поднес к губам палец и изобразил призыв к тишине. Нуала ухмыльнулась:
— Ты — не очень хороший человек. Мне это нравится.
Она подвинула ко мне диски Пола и легла веснушчатой щекой на сложенные руки.
— Еще увидимся.
Я встал, держа диски в руках, и развернулся, чтобы посмотреть, как дела у Пола. Он уже изрядно повеселел. «Ура!» исчезающим комплексам.
— Ну что у нас здесь? — спросил я и, не дожидаясь ответа, начал перебирать записи. — Пол, они все уже умерли.
— Бетховен не умер, — ответил Пол, наставляя на меня бутылку, — это все слухи. Прикрытие. На самом деле он играет на свадьбах в Лас-Вегасе.
Я улыбнулся:
— Точно… Пол! Какого черта? У тебя диск Келли Кларксон?! Скажи, что это диск твоей сестры! У тебя хоть сестра есть?
Пол слегка ощетинился:
— У нее хороший голос.
— О боже! — Я просмотрел еще несколько дисков. — Твой мозг — культурная свалка. «Марун Файв»? Шерил Кроу?! Ты что, девчонка? Мне нужно переодеться, пока у меня не начала расти грудь. Придется переходить с пива на шоколад.
— Отдай, — потребовал Пол.
Он выбрал диск и сказал:
— Выдай мне еще бутылочку, пока я поставлю. По-моему, меня забирает.
Вот так и получилось, что мы слушали Бритни Спирс, когда приехала пицца: колбаски с зеленым перцем, дополнительный сыр, дополнительный соус, дополнительные калории и все остальное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
