– Спасибо Игорек! А у тебя удивительная собачка, – показала на Бордо, Олина мама. – Ему бы сыщиком нужно быть.
– Да вы что? То, что он самый наглый я это сразу понял, – ответил Игорь, лаская любимицу Шаризо, за ухом.
– Смотрите внимательно, – она сняла сережку, и пошла в комнату, закрыв за собою дверь. Вышла обратно Надежда Андреевна, с другой сережкой в руке.
– Ищи, проказник. Ищи…. Бордо тут же сорвался с места и под взглядами любопытных людей, начал нырять под мебель. Так он обошел всю комнату, и ничего не обнаружил. Затем он остановился и начал внимательно принюхиваться.
Вначале он неуверенно подошел к кровати и стал на задние лапы. Потом засунул под подушку голову и…. В зубах у него оказалась сережка.
Сорвав гром аплодисментов, он побежал к своей тарелке и с выжиданием посмотрел на зрителей.
– Вот это, да…. – только и смог произнести, обескураженный Игорь. Весь остальной вечер Бордо был в центре внимания. Наконец устав от людей, и изрядно переев колбасы, он улегся в прихожей и нагло завалился спать. После ухода Олиной мамы, они еще долго сидели на кухне. Игорь испытывал необыкновенное спокойствие, и тепло, находясь рядом с этой удивительной женщиной. Ему казалось, что она здесь была всегда, и он даже мысли не мог допустить, что Оля может уйти из этой квартиры.
– Завтра мне надо домой, впереди понедельник, работа….
– Как домой? – Игорь опешил, – зачем домой?
– Здесь я все-таки в гостях, Игорек. Очень приятных, любимых можно сказать и так, но гостях.
– Прошу тебя не уходи. Останься со мной. Поживем вместе, а там уже решим, что нам делать дальше.
– Мне надо подумать, утро вечера, мудренее. На том они и закончили разговор. И опять ночь полная страсти.
Позднее утро. И телефон вместо будильника. Только на этот раз звонили Игорю.
– Я слушаю Вас. Да продаю. Четыре тысячи, состояние хорошее. В два часа? Устраивает. Она на стоянке. Метро 'Левобережное'. Хорошо созвонимся.
– А, что ты продаешь Игорек, если не секрет? – Спросила Оля, приоткрыв глаза.
– Машину. Ведь деньги надо вернуть, за этих красавцев.
– Да, точно. А я совсем забыла. Шеф злопамятный кадр, не забудет.
И как тебя угораздило? Но не говори, если не хочешь. Я вижу для тебя это неприятное воспоминание.
– Не бери себе в голову, выкручусь как-нибудь. Пойду нам кофе сварю. Лежи любимая, не вставай. Оля оставшись одна в комнате, задумалась. 'Вот и наступил момент истины. Я могу уйти, и мы останемся просто любовниками. Но я могу и помочь ему и рискнуть обзавестись, такой милой семьей. Решай, Ольга'
В этот момент, толстячек Рошфор проник в спальню и прыгнул на одеяло к Оле.
– Ах, ты ж хороший мой, – потрепала она его за шею.
– Игорек! – Крикнула девушка из постели.
– Да, Оленька, – показалась белобрысая голова парня.
– Не надо продавать машину, я помогу. – Сказала Оля, обнимая теплого колобка Рошфора. – И я решила, сегодня мы перевозим мои вещи. *** В вестибюле девушек ожидал Милош. Он сидел на потрепанном диване и сосредоточенно пускал кольца сигаретного дыма.
– А красавицы, нашли деньги? – Милош увидев девушек, сразу перешел к деловой части разговора.
– Можно взглянуть сначала на паспорта? – Сурово спросила его Наташа.
– Прошу, Аудра Янкаускасе, – и он протянул Наташе документ. – А это у нас…. Неринга Варне. Оксана с любопытством разглядывала свою фотографию.
– Все в порядке? – Поинтересовался цыган.
– Мне 35 лет? – Удивилась Наташа. – Интересно, а тебе сколько?
Двадцать. Я могу быть твоей мамой, дочка…. Оксана еще раз пересчитала деньги и толкнула Наташу в бок.
– Ну как, паспорта в порядке?
– Вроде настоящие, мой то точно. Ему лет, да лет. Оксана отдала деньги Милошу.
– Идите за сумками, машина вас ждет у входа. Девушки через десять минут попрощались с Марысей, Оксана передала устный привет Йожефу и они покинули это скромное жилище, вступая в темную неизвестность. У входа их ожидало комфортабельное 'Ауди' серебристого цвета.
Милош открыл багажник и бросил туда дорожные сумки авантюристок.
– Садитесь сзади. Да не бойтесь вы, все будет хорошо, – и с этим напутствием он сел на переднее место пассажира.
– Дадэ, палэ кхэр? (Папа, едем домой? Цыг.) – Послышался с водительского места красивый девичий голос.
– Чача, черченари. (Да, звездочка) – Милош откинулся на сиденье и закрыл глаза.
– Поехали, чаялы.(девушки) – Молодая цыганка спереди обернулась и ее глаза цвета агата, блеснули озорными лучиками. – Познакомимся? Я, Лиля.
– Оксана.
– Аудра Янкаускасе, – произнесла на полном серьезе Наташа.
– Ну, тогда я Неринга…. Сейчас…. Забыла как меня, – и сморщив носик, подруга полезла за новым паспортом.
– Смешные вы, чаялы. – И Лиля рванула с места, слегка разбудив заснувшего отца, который чуть не 'поцеловал' лбом, лобовое стекло.
– Бэнг! ( Черт! Цыг.)
– Прости, дадэ…. Они пронеслись по пригороду Ужгорода и выскочили на трассу. По обочине ходили, ездили на повозках, люди цыганской национальности в обветшалой одежде.
– Бедные родственники? – Поинтересовалась Наташа.
– Мадъяры…. – Брезгливо ответила Лиля. – Они не совсем цыгане.
– Это как?
– Обычаи забыли, а у нас с этим строго. Гаджиканэс, что означает, они вне закона.
– Скучно жить – по уставам, обычаям, законам. – Заметила свободолюбивая Натали.
– Зато, безопасно. Друг другу, всегда плечо подставит, а без законов, вместо плеча – нож подставит.
– А я хотела бы стать цыганкой, – подала свой голос Оксана.
– Ты свою новую фамилию не можешь из пяти букв запомнить, а уже цыганкой захотела она стать.
– Стать если захотеть можно кем угодно, а вот быть…. – Лиля покачала головой. – Надо родиться цыганкой, жить среди цыган.
– Тогда где же твой национальный наряд? Обычаи ведь, соблюдать надо, – с иронией спросила стриптизерша. На Лиле была дубленка, свитер и джинсы.
– Я в институте учусь, а там не походишь в платке и юбках. А дома у нас, наряд обязателен.
– У вас еще будет такая возможность походить в нашем наряде, – проснулся Милош. – Границу будете переходить, как цыганки. Так что слушайте Лилю и запоминайте, как себя должны вести настоящие румны.
(цыганки)
– О, да тут я вижу – целая комбинация, – уважительно протянула Наташа.– Одобряю.
– Я же тебе говорила, что в эту сумму, не только паспорта входят,
– прошептала ей подруга на ухо.
– И кольцо в нос непременно в конце дадут…. Некоторым, – засмеялась Наташа и весело посмотрела на подругу. Машина вдруг резко свернула с трассы и начала подниматься в горы.
