Она при этом и глазом не моргнула. Он сомневался, чтобы она вообще имела представление о том, какой вред может причинить человеку пуля. Айра слегка вздрогнул от очередного громкого взрыва смеха. Опять взялся за свои нудные рассказы Банкер Стивенсон!
Перед тем как явиться на обед в дом Батлеров, Брент решил, что будет игнорировать Байрони. И если не считать того задержанного на ней долгого взгляда, это ему удалось — он посвятил все свое внимание Пенелопе Стивенсон. Его забавляли ее ужимки, и он спрашивал себя, что подумала бы Мэгги об этой претенциозной, но очень красивой маленькой пустышке.
Ах, герцогиня, какая ирония царит в этом воспитанном обществе! Он был для всех собравшихся игроком, содержавшим любовницу, деловым партнером и верным другом мадам. Он был приемлем для этого общества, но любая леди побледнела бы и лишилась чувств, окажись Мэгги за ее столом, а все эти так называемые джентльмены посматривали бы на нее искоса и отпускали скабрезные шутки. Он размышлял над тем, что подумала бы Байрони о Мэгги, и едва не выронил из рук вилку. Черт бы ее побрал! Да еще эта смешная ситуация с местами за столом… Она выглядела беспомощной, незащищенной…
Он был готов возненавидеть Айру Батлера.
Он понял, что слишком долго молчит, но больше не мог нашептывать льстивые заверения в красивые ушки Пенелопы. И переключил внимание на Чонси Сэкстон.
— Смею заметить, мэм, вы многому научили своего недалекого мужа. Я слышу, что с каждым днем он заключает все более удачные и крупные сделки.
Чонси рассмеялась, посылая мужу притягательный взгляд.
— Все это совершенно справедливо, мистер Хаммонд. Он является домой с таким видом, словно потерял все. Я говорю ему о том, что от него действительно требуется, а потом учу, что нужно делать, чтобы с него не сняли последнюю рубашку.
— Так-так! — проговорил Делани Сэкстон. — Что это за сказки она тебе рассказывает, Брент?
— Мы говорим о рубашках, — ухмыляясь, ответил Брент, — и о том, как уберечь вашу. Это ведь английская рубашка, не так ли, мэм?
— Да, мистер Хаммонд, действительно английская. Я всегда говорю, что все английские вещи носятся вечно.
— Возможно, есть что-то общее между всем английским и игроками в покер. Мы всегда готовы прийти на помощь другим и никогда не хвастаемся этим.
Чонси рассмеялась:
— А под конец постепенно исчезаем, сэр?
— Брент, мэм. Видя, как на меня смотрит ваш муж, я чувствую, что начинаю исчезать, и притом прямо сейчас.
— Не обращай на него внимания, Чонси, — посоветовал муж.
— Почему? — спросила она, бросив на него озорной взгляд. — Или он тоже ставит тебя в тупик, как я?
— О женщины, — проговорил Делани, откидываясь в кресле, — клянусь, Господь послал всех вас сюда, на землю, после того как уже испробовал и голод и чуму.
— Не забывай про саранчу, Дел, — напомнил Брент.
Чонси с трудом перевела дух.
— Это невыносимо!
Байрони слушала их, не находя сил приняться за еду. Почему, думала она, он не может быть таким же с нею? Веселым, остроумным, и.., очаровательным.
Она принялась медленно жевать кусочек свинины.
— Внимание, все! — возвысил голос Делани Сэкстон. — Эй Тони, оторвись же от тарелки! Тост! За Байрони Батлер, очаровательное прибавление к обществу Сан-Франциско.
Повсюду послышались доброжелательные шутки и смех, и каждый выпил до дна. Байрони покраснела и говорила слова благодарности каждому, кто был поблизости.
Нейоми и Эйлин подали кофе и бренди в гостиной.
Брент Хаммонд оказался первым из гостей, собравшимся уходить. Он чуть прикоснулся к руке Байрони и пробормотал какие-то общие слова. Как ни странно, но, когда он ушел, Байрони поняла, что ей наконец-то стало легче дышать. Она повернулась со светлой улыбкой к Пенелопе Стивенсон.
— Не понимаю, почему он ушел так скоро, — недовольным голосом проговорила Пенелопа.
— Кто?
— Да мистер Хаммонд. Хорошо, хоть пригласил меня завтра утром на верховую прогулку.
Байрони почувствовала, как ее словно кинжалом пронзил гнев. Это ревность, а не гнев, сказала она себе.
— Как мило с его стороны, — ухитрилась она ответить.
— Отцу он нравится, и я, возможно, выйду за него замуж.
Байрони захотелось дать ей хорошую затрещину, но вместо этого она улыбнулась. Агата рассказывала ей, что Пенелопа столь же определенно говорила о браке с Делани Сэкстоном еще до появления Чонси в Сан-Франциско.
Пенелопа же задумчиво продолжала:
— Ему придется расстаться со своей любовницей, с картежной игрой и вообще с такой жизнью. Знаете ли вы, что у него деловые партнерские отношения с какой-то.., проституткой?
— Не с проституткой, мисс Стивенсон, а с хозяйкой заведения, — поправила Байрони.
Пенелопа пожала изящным плечиком:
— Я ее видела. Она уже старая, около тридцати, так что вы, вероятно, правы. На нее не позарится ни один мужчина.
— Ах, моя дорогая, я вынужден вас на минуту прервать. — Айра с пониманием улыбнулся своей жене. — Простите, мисс Пенелопа, но Сент хочет увидеть Мишель. Не отведете ли вы его в детскую, Байрони? Но я думаю, нет смысла будить ребенка.
— Вы оценили мое вмешательство, Байрони? — ровным голосом спросил Сент, блестя карими глазами.
— Вы, сэр, настоящий святой, — заметила она.
Мишель спала глубоким сном, вытянув пухлые ножки и засунув в рот крошечный кулачок.
— Она выглядит совершенно здоровой девочкой, — тихо проговорил Сент. — Кто был вашим врачом в Сакраменто?
— Его фамилия Чамберс.
— Я с ним не знаком, — заметил Сент. — Вы кормите ее грудью?
— Я.., то есть.., да, разумеется.
— Простите, я не хотел ни выпытывать у вас ничего, ни смущать вас. Какой красивый ребенок… Она и вправду в Батлеров. Может быть, у нее ваши зеленые глаза? Или голубые, как у Айры?
— Голубые.
— О!
— Она спит? Вы ее не разбудили?
Байрони с Сентом обернулись на резкий голос Ирен.
— Нет, нет, — непринужденно ответил Сент. — Правда, она может проснуться от собственного храпа.
Так, может быть, оставим ее в покое, вместе с ее сновидениями?
Ирен нерешительно посмотрела на них и пожала плечами.
— Разумеется. Гости начинают разъезжаться, Байрони. Спускайтесь к ним. Идите первая, а я посмотрю, хорошо ли она запеленута.
Байрони кивнула и мимо золовки прошла к двери.
— Представляю, — сказал Сент, когда они спускались по широкой лестнице, — как трудно незамужней женщине приспособиться к таким.., изменениям.
Вам повезло, Байрони, что она заботится о ребенке.
Вполне могло бы быть по-другому.
Байрони хотелось от души рассмеяться над этим весьма благожелательным, но глубоко ошибочным представлением.
