прав — поднятая ею волна взорвала общественность. Интернет гудит, как потревоженный улей. Мельком листаю ленту новостей, но, что немного утешает, нигде не фигурирует имя Ясмины, хотя общественность настойчиво требует указать её данные.
Через некоторое время на электронную почту приходит видеоотчёт о скандале, устроенном Динарой в вестибюле больницы. Внимательно смотрю на «концерт» своей жены, не понимая, как я до этого уживался с этой женщиной, и отправляю файл любимому свёкру.
Достаю из ящика полудохлика Яна и, полюбовавшись на боевое ранение, снимаю заднюю панель. Не скажу, что горю особым желанием ковыряться в кишках айфона, но лучше чем-то занять голову, чем сходить с ума от невозможности увидеть Ясю.
— Пап, можно? — в кабинет заглядывает Рус.
— Заходи, — разрешаю.
Руслан подходит ближе, и его внимание привлекает разобранный на запчасти телефон.
— Ты что делаешь? — спрашивает с удивлением.
— Решил молодость вспомнить.
— Ты что, ремонтировал телефоны?! — таращится на меня так, будто в первый раз видит.
— Не совсем. Я их разбирал. Это сейчас вас не удивишь новыми средствами связи, а для нас появление сотовой связи было целое событие! И мне, как любому нормальному пацану, хотелось посмотреть, что там внутри. Тебе ни разу не хотелось?
— Да как-то нет, — качает головой.
— А у меня так появилась любовь к электронике.
— Прикольно, — тянет Рус, но того интереса, каким горели мои глаза, когда я разобрал самую первую модель сотового телефона, у сына я не вижу.
— Ты что-то хотел? — опускаю руки на стол и внимательно смотрю на Руслана.
— Да, пап. Я хотел спросить, — замолкает.
— Спрашивай, — показываю, что я готов его выслушать и постараюсь понять, но оказываюсь совершенно неготовым к тому вопросу, что задаёт Руслан:
— Это правда, что ты разводишься с мамой, чтобы жениться на другой женщине?
Глава 31
Своим вопросом, как точным ударом, Руслан пробивает дыру прямо в солнечном сплетении.
Да, чёрт возьми, именно это я и собираюсь сделать!
Даже гадать не надо, я со стопроцентной уверенность могу сказать, кто вложил эту мысль в голову сына. В изворотливости ума Динаре не откажешь. Никак не желает смириться, что сейчас никакие её манипуляции не остановят меня от развода. И поэтому решила выставить меня последней дрянью, а самой при этом остаться белой и пушистой, накинув на себя шкуру несчастной овечки.
Сука!
Сама она на меня больше воздействовать никак не может, поэтому хитромудрая жёнушка решила действовать через Руслана. Но при этом её нисколько не заботит, что будет чувствовать он сам.
— С твоей мамой я развожусь, потому что не люблю её, — отвечаю, глядя сыну прямо в глаза. — И никогда не любил, — всё-таки добавляю не самую приятную и явно шокирующую подростковое сознание правду.
— Но вы же жили вместе, — возражает.
— Жили, Руслан. Но больше так жить я не хочу.
— А как же мама?
— Руслан, твоя мама взрослая женщина, которая уже давно живёт сама по себе. Не думаю, что в её жизни сильно что-то изменится.
— Но почему вы не можете оставить всё так, как было?
— А ты бы смог? — задаю встречный вопрос, и Рус немного теряется. — Ты бы смог каждый день видеть того человека, которого тебе совсем не хочется видеть?
Вряд ли он сможет ответить на мой вопрос, но мне очень хочется, чтобы сын меня хотя бы немного понял.
— В классе наверняка есть девочка, которая тебе нравится. — Это не вопрос и не утверждение. Всего лишь предположение.
Хотя, я совсем ничего не знаю о его личной жизни. Это, конечно, большой минус, который, буду надеяться, у меня получится исправить. Но я сужу по тому, каким рос сам. А Руслан как раз в том возрасте, когда хочешь-не хочешь, но начинаешь обращать внимание на девочек. Да и категоричного возражения с его стороны не было, и это тоже убеждает, что я прав.
— А ещё я думаю, что найдётся и такая, которая тебе не нравится. Есть? — спрашиваю и получаю едва заметный кивок. — Вот ты бы смог дружить с той девочкой, которая тебе не нравится? Делать с ней уроки, ходить вместе в школу и гулять, и не только сидеть вместе за одной партой, но и находиться всегда дома?
По лицу сына я вижу, что такая перспектива его не особо радует.
— Вот и я не могу, Руслан.
А ведь девочки в школе — это такие мелочи по сравнению со всеми остальными проблемами.
— У тебя ещё будут ко мне какие-то вопросы?
Не думал, что объяснять свою позицию вроде бы уже взрослому, но в то же время ещё ребёнку, будет так сложно.
— То есть жениться ты больше не будешь? — своей упрямой прямотой снова выбивает почву из-под моих ног, заставляя меня глубоко вдохнуть и не торопиться с ответом.
В чём-то я его прекрасно понимаю, и его во всю проявляющийся юношеский максимализм ещё далёк от стадии зрелости, но и сказать сыну чистую правду — значит, сразу настроить его против любой женщины, которая будет находиться рядом со мной. А такие проблемы не нужны ни мне, ни, тем более, Ясе, потому что другой женщины рядом с собой я не вижу.
— Вот прямо сейчас — нет, — аккуратно обхожу опасный поворот и замечаю, что Руслан заметно расслабляется.
Представляю, какие страшилки могла ему напеть Динара по поводу присутствия другой женщины в доме и её новых порядках.
— Ты, кажется, хотел обсудить что-то по поводу ремонта? — увожу его от щекотливой темы. Пусть лучше займёт свой мозг обустройством своей комнаты.
После того, как все самые важные, по мнению Руслана, вопросы, касающиеся изменений в его комнате, мы с ним обсудили, я, забрав составленный им же список, оставляю сына и закрываюсь в рабочем кабинете.
Бросаю листочек на стол рядом с ноутбуком. У меня и у самого достаточно накопилось работы, к тому же нужно узнать, что нарыли умники Яна, напомнить о себе тестю, а то никаких телодвижений с его стороны я не наблюдаю, узнать, что там у Яси и Кнопки, но я первым делом набираю номер Динары.
Любимая жёнушка не спешит разговаривать со мной. Специально выжидает положенное время, заставляя себя ждать, и, когда я уже собираюсь отключиться, до меня доносится её слащавый голос.
— Да, дорогой? Ты что-то хотел? — мурлычет, неимоверно раздражая этой своей манерой.
— Хотел, — отвечаю ей в тон.
— Да? Как неожиданно. И что же?
Я буквально вижу, как она довольно улыбается, разглядывая свой безупречный кроваво-красный маникюр, в надежде услышать то, что я уже однажды проходил.
— Если ты ещё раз вздумаешь настроить
