Читаем без скачивания 1-17.docx.docx - Настя

Даниэль снова появился, давая те же обещания. Он взмахнул рукой, и я увидела, что на пальце с кольцом ноготь был обгрызен.

Глава 25

Я изучила, когда был нужен помощник режиссера по сценарию, а когда я часами могла прибывать в ожидании, поэтому и смогла выкроить час или два из своего графика. Моя первая остановка была в гараже на Горе Вашингтон.

Я села в свою машину, которую быстро отремонтировали, как-то поработав с зажиганием. Мой механик просто пожал плечами. Старый автомобиль. Немного согнуть и подтянуть. Видимо, такое случается. Я спросила, мог ли кто-нибудь сделать это нарочно, и он сказал что-то неопределенное, типа «Каждый может сделать что-нибудь намеренно».

Особенно, когда они задаются вопросом, вынюхиваешь ли ты что-то.

Я добралась до мастерской Антонио за рекордное время. Грудь сжалась от беспокойства, которое не проходило, пока я вела машину. Подъезжая, я не услышала звуков повышенной активности, как раньше. Территория была заполнена автомобилями только на половину, и я нигде не увидела парней в комбинезонах. Меня никто не приветствовал, когда я проезжала мимо ворот. Я припарковалась и направилась в офис.

— Здравствуйте, — обратилась я к женщине за столом. — Я ищу Антонио.

— Его нет. Вы можете просто заехать в гараж.

Она была новой, ее черные волосы были распущены, она жевала жвачку, которая торчала между зубов. У нее был акцент. Снова итальянский. Она была старше, но я не могла не задаться вопросом, трахал ли он ее.

— Я хотела бы увидеть его.

— Не получится, — она углубилась в какие-то бумаги.

— У вас есть идеи, где он может быть?

Она впервые посмотрела на меня серьезно. — Нет. Вы можете оставить сообщение.

Я думала об этом в течение секунды, а затем решилась. Я написала ему снова.

«Я по-прежнему хочу с тобой поговорить»

Я не ожидала услышать ответ, и не услышала. Я направилась назад, в центр города, заканчивать свой рабочий день.

* * *

Каждый раз, когда мой телефон звенел или гудел, я надеялась, что это был Антонио. Но эта была всегда Пэм с согласованием некоторых новых встреч или приемов. Я начала смотреть на мир через экран своего мобильника.

— Привет.

Я развернулась, ища источник голоса.

Майкл стоял у меня за спиной в костюме: грязные джинсы, серая футболка, замусоленный фартук и сетка на волосах.

— Мы получили место от РеВал для вечеринки по поводу окончания съемок в субботу. Некоторые корпоративные помещения они еще не подготовили.

— Вау. Хорошая работа. Мы начинаем съемки?

— Нет, они пока делают освещение.

Я шагнула вглубь стоянки. — Этот прикид действительно тебе подходит.

Ему бы подошло все, потому что он был знаменитостью, ждущей своего часа.

— Нравится? — он указал на особо вопиющий коричневый мазок. — Я только что поставил это шоколадное пятно, люди будут думать, что это говно.

— Смелый.

— Это мое второе имя. Кстати говоря, ну, нет, не совсем кстати. Это на самом деле главный ложный вывод.

Мы прошли через помещение, игнорируя деловую суматоху съемочной группы, тестирующей различные ракурсы освещения и регулирующей рассеиватели света и ламп.

— Мне нравятся хорошие ложные выводы настолько, насколько и человеку, который сейчас рядом со мной.

Он остановился и повернулся ко мне.

— Я слышал, мы потеряли наше пост-финансирование.

— Ты знаешь, голливудские сплетни - это мелочно.

— Мой агент сказал мне.

— А сплетни агента самые дешевые. Серьезно, Майкл, прими во внимание первопричину. Пилотный сезон пройдет, пока ты будешь сниматься в сценах у Катрины. Ему не может это нравиться.

— Ты не отрицаешь это.

— Ты, как главный герой, принимаешь все на себя в первую очередь.

— И все же не отрицаешь слухи. Ты мастер в своем деле, ты знаешь, — его улыбка казалась искренней, но это было не так. — Теперь, Миссис Защита Интеллектуальной Собственности? Не такой уж ты ас.

Он достал пачку сигарет и закурил. Я вспомнила плавные движения Антонио Спинелли, как он щелкал зажигалкой, как медленно выпускал дым, обрамляющий лицо. Майкл был менее интенсивным. Мои наблюдения, возможно, были окрашены сексуальным безразличием. Иногда сигарета была просто сигаретой между двумя людьми, которые отдавали так мало тепла друг другу.

— Я рада, что ты обсудишь это с Катриной первый, — сказала я. — Она должна знать, что подобные слухи расползаются по всему городу.

— За последнюю пару недель я сделал несколько своих лучших работ. Пилотный сезон не мое будущее. Но этот фильм...

— Я рада, что ты…

— Я действительно чувствую, что это так. Позволь мне закончить. Если этот фильм попадет на полку, я попаду на полку. Я вернусь домой в Форест-Парк, штат Иллинойс, буду работать в пиццерии на Блакхаук. У меня нет денег, чтобы дать ей, но я бы дал, и она это знает.

— Стоп, — когда он попытался выдохнуть дым на меня, я подняла руку. — Она не возьмет денег от меня.

— Я знаю.

— Ты думаешь, что знаешь достаточно.

— Мы даже нацарапали список, — он вытащил клочок бумаги из кармана фартука, как Рикки, новый помощник режиссера, названный талантом на этих съемках. — Этот парень для малобюджетных фондов, без дополнительных заработков союза, у которых потрачены все деньги.

Я посмотрела на бумагу, хотя уже знала имя, которое там увижу. Скотт Маббат, акула голливудского кредитования и по совместительству продюсер порнографии.

— Этот парень - убийца карьеры.

— Он создал Томаса Бренди, кто он был без него.

— Статистическая аномалия. Остальные не смогли бы окупить его и выкинули бы в канаву.

Он отступил в сторону гримерок, куда направлялась и я. — Я верю в эту картину.

С этими словами он развернулся и вошел внутрь, видимо делая вывод, что я не верю. Я считала дни, которые оставались до вручения денег Катрине.

* * *

Когда съемка закончилась, я помчалась в испанский дом на холмах. Калитка оказалась заперта, и подъездная дорога была пустой. Я вышла из машины и прислушалась. Не было слышно ни стука, ни ударов. Ни звука от кувалды, сносящей ненужные стены. Ничего, кроме трескотни сверчков.

Я вернулась в машину.

Где, Contessa?

Прошло уже четыре дня. Мало надежды его найти, или мне просто хреново от всего этого? Я по-прежнему не имела ни малейшего представления, где он жил. Место для машины, вероятно, закрывали на день. Где еще я могла его увидеть? Фронтаж. Офис WDE. На вечере Католических благотворительных пожертвований. В центре города на съемочной площадке Катрины, когда он принес ужин и вино. Стоп. Ресторан.

Зия.

Я набрала в телефоне название ресторана и получила адрес — Ранчо Палос Вердес. В тридцати минутах езды, если автострада будет очищена от всплеска беспорядков, у меня появилась возможность узнать хоть что-то или опять ничего об Антонио.

Глава 26.

Ресторан Зии не был похож на итальянский. Он выглядел приемлемо, но не имел национальных традиций. Если бы вы поехали в Италию, то естественно, ожидали бы увидеть там в каждом кафе или ресторане красные клетчатые скатерти, мисочки с пармезаном, корзинки с хлебом и тарелки со сливочным маслом. Сырный декор являлся все-таки главной составляющей, учитывая благосостояние города и изысканность жителей.

Я припарковалась на маленькой парковке и направилась ко входу, перед которым прямо на тротуаре стояли два столика. За одним сидело двое мужчин лет шестидесяти, сгорбившихся и занятых игрой в домино. Один из них, с белыми усами и огромным животом, взглянул на меня, кивнув, и бросил кубик. Другой, в фетровой шляпе и открытым воротом рубашки, никак не отреагировал на мое появление. Чувство опасности подкралось ко мне. Я ступала на территорию Антонио. Не было ли это именно тем, чего он не хотел?

Внутри ресторана с одной стороны вытянулась деревянная барная стойка, остальное пространство было занято кабинками и маленькими круглыми столиками, украшенными клетчатой скатертью, а также небольшими тележками, заставленными графинчиками с оливковым маслом и уксусом. Все свободное пространство стен было расписано видами горы Везувий.

В двух кабинках на столиках стояли таблички «Зарезервировано», в других сидели мужчины. Один из них, коротышка в коричневой рубашке и с козлиной бородкой, стоял между двумя столиками, рассказывая по-итальянски какую-то историю, пытаясь позабавить остальных. Когда я вошла, он окинул меня быстрым взглядом, потом вернулся к собеседникам, продолжая размахивать руками и вызывая дружный хохот.

— Я могу вам помочь?

Я обернулась и увидела Зию, ее толстые пальцы были сцеплены на груди.

— Здравствуйте, — сказала я. — Как поживаете?

Она указала на меня.

— Я узнала вас.

— Эм, я тоже вас запомнила.

Выражение ее лица сменилось от теплого к настороженному, словно пытаясь прочитать мои мысли.