Если перейти к современной Греции. У нас в период турецкого господства не хватало школ, где могли бы учиться будущие священники. Но духовные потребности должны были удовлетворяться, и священниками часто становились люди, чье образование ограничивалось знанием грамоты или тем, чему их научил в церкви предыдущий священник. Таких избирали потому, что они сами хотели быть священниками, у них была к этому склонность. Но необходимыми богословскими знаниями они не обладали.
После освобождения и образования нового Греческого государства увеличилось количество образованных людей. Необразованный священник из народа, даже высокоблагочестивый, учащий примером своей жизни, уже не мог преподать людям слово Истины должным образом. На смену пришли образованные священники, окончившие богословский факультет. Главным образом это были неженатые священнослужители, монахи, которые имели свободу передвижения. Наряду с ними появились и богословы-миряне из народа, часто тоже неженатые, которые по благословению Церкви приняли на себя служение проповедников, стали ездить по храмам и проповедовать православную веру. Они произносили проповеди на церковные праздники, какие-то торжественные события. Их задачей было активно распространять слово Божие.
– То есть для священника проповедь была необязательной?
– Да, это не было обязательным, и сейчас все еще не обязательно. В каждой митрополии, в зависимости от ее размеров, есть два-три проповедника. Хотя в целом институт проповедников-мирян ослабел. Раньше они служили в Церкви по распоряжению Синода. А сегодня миряне, такие, как я, к примеру, которые учились богословию, задействованы в качестве помощников постоянных проповедников в митрополии.
– У вас есть благословение архиепископа?
– Да, я получил благословение проповедовать в четырех митрополиях. Но сегодня священники образованные, и каждый может проповедовать сам. К тому же часто в отдаленные приходы направляются письменные проповеди, в которых доступно объясняется Евангелие, чтобы люди узнали основы своей веры.
– Как вы поняли, что имеете талант проповедника?
– Насчет таланта уж не знаю… Это, наверное, было эгоизмом – я хотел говорить. Я вел воскресную школу для детей, работал катехизатором, так что у меня был определенный опыт. И однажды я подумал: может, мне начать проповедовать в храме? В 2000 году состоялась моя первая проповедь, вторую я произносил в армии – о покаянии, и третий раз проповедовал в Вербное воскресенье – о встрече Небесного Жениха, на тему тропаря «Се, Жених грядет в полунощи».
– Как вы выбираете темы для проповеди?
– Основой всегда являются Евангелие и Апостол, которые читаются в этот день, или тема празднуемого события.
– Епископ указывает, что говорить?
– Нет, ничего не указывает. Нет никакого перечня «обязательных» тем. Кроме того, если проповедник получил благословение, то это значит, что он сам может справиться с выбором темы.
– Вы как-то связываете Евангелие с современной жизнью?
– Да, конечно, недостаточно только богословски анализировать Евангелие или событие праздника. Необходимо преподнести это современному обществу, показать, что Евангелие в полной мере соотносится с современностью, указывает нам путь решения наших проблем.
К примеру, в прошедшее воскресенье мы читали Евангелие о хананеянке, которая просила Христа исцелить ее бесноватую дочь (см.: Мф. 15: 22–28). Там содержится интересный диалог, где Господь с целью испытать веру женщины говорит ей: «Нехорошо отнять хлеб у детей и бросить собакам». На что хананеянка с верой и мужеством ответила: «Но и собаки едят крошки со стола хозяев». И Христос выполнил ее просьбу.
В этом отрывке из Евангелия можно увидеть многое. Я сделал такую ссылку на современность: Христос пришел не только для избранного народа, не только для иудеев. Он пришел для всех наций, следовательно, все люди являются детьми Божиими. И поскольку сегодня в Греции во времена кризиса и нелегальной иммиграции мы сталкиваемся с проявлениями расизма, который даже поддерживается рядом политиков, то это Евангелие дает хороший повод напомнить людям о словах апостола Павла, что во Христе нет ни раба, ни свободного, ни бедного, ни богатого, ни грека или чужеземца. Мы все перед Лицом Божиим равны, у всех есть возможность спасения. Я как христианин не могу разграничивать свою любовь и говорить: «Я тебя люблю потому, что ты христианин, а тебя я не люблю, потому что ты мусульманин. А вот тебя люблю потому, что ты грек, а тебя не люблю, потому что ты албанец». Настоящий христианин любит всех людей и свою любовь выражает через поддержку и помощь. Мы не должны забывать слова Самого Господа о том, что каждый человек хочет прийти к познанию Истины. Поэтому если я начну разграничивать людей: этот хороший, тот плохой, один избранный, а другой нет, тогда, думаю, я перестану быть христианином. Христианин не может быть одновременно расистом, потому что Христос никогда таковым не был.
Вот так проповедь помогает решать насущные проблемы…
Другим примером служит притча о богаче, который сломал свои житницы, чтобы построить новые, большие, куда он смог бы собрать все свое достояние (см.: Лк. 12: 16–21). А ночью к нему пришел Господь и сказал: «Что будет со всем этим? Я тебя заберу сегодня». И богач умирает. Не трудно связать эту притчу с современностью. Во-первых, легкое обогащение… Богач совсем не трудился, земля принесла ему богатую жатву, а он, используя труд других, только собрал ее с полей. Вот вам и сегодняшний кризис в Греции, когда кто-то обогатился за счет других людей. Во-вторых, богач собирал богатство, чтобы насладиться мирской жизнью, материальными благами. Но в итоге у него ничего не получилось, потому что сегодня человек есть, а завтра его нет. Приходит смерть и показывает человеку его бессилие. Имущество и все другие блага этого мира не имеют значения, не могут избавить от смерти, богатство не заберешь с собой, оно останется на земле.
– Как вы думаете, ваши проповеди приносят плоды? У людей что-то остается в душе?
– Я расскажу кое-что из моего личного опыта. Обычно проповедь длится в течение десяти минут – считается, что ровно столько может воспринимать человеческий мозг. Я же считаю, что это не так. Когда я только начинал проповедовать, то минут через десять я действительно наблюдал некий дискомфорт у людей, но это потому, что они не имели привычки слушать проповедь. Со временем мне перестало хватать десяти минут, мне нужно было минут пятнадцать – двадцать, а иногда и больше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
