и вид! Но я-то тут при чем, учитель?
САТАНА — Спасибо за внимание, мучитель! Люцифер где сейчас?
ЧЕРТ — Гитлера обжаривает.
САТАНА — Отлично! А Мефистофель?
ЧЕРТ — Сталина обваривает.
САТАНА — Что ж, не станем его отвлекать! Ну, а Вельзевул?
ЧЕРТ — Вельзевул? Он кипятит, кипятит…
САТАНА — Все понял! В общем, дело на месте не стоит!
ЧЕРТ — Да, стряпни хватает… Кандидатов на жарку и варку не убывает!
САТАНА — Ну и прекрасно! А ты? Что делаешь ты, я не знаю!
ЧЕРТ — Я? Я в отпуске! Отдыхаю!
САТАНА — Отдыхаешь, значит? И надолго твой отпуск, как считаешь?
ЧЕРТ — Э-э-э… Боюсь, что нет!
САТАНА — Молодец! Правильный ответ! У меня есть для тебя дело!
ЧЕРТ — Я, видите ли, страшно ленив!
САТАНА — Знаю! Лень твоя мне вот как надоела!
ЧЕРТ — И недотепа к тому же…
САТАНА — Ну и что? Подумаешь!
ЧЕРТ — Думать тоже не умею — глуп! Ужасно глуп! И трушу!
САТАНА — Велика важность! Может, ты меня, наконец, выслушаешь?!
ЧЕРТ — Да я же еще глух, как тетерев!
САТАНА /в сторону/ — Ох, обманщик! Ну, погоди! /Громко/ — Раз он глух, Пусть хорошенько парко́м подышит! Столкну-ка его быстренько в большой котел!
ЧЕРТ — Расслышал! Расслышал!
САТАНА — Я так и думал… Ну, так слушай дальше: отправляйся на землю и отыщи мне там душу, свеженькую, тепленькую душу для моего больного горлышка.
ЧЕРТ — Больного горлышка?
САТАНА — Ну да, глупый чертушка! Когда меня горло донимает — а такое со мной часто бывает, — мне нужно проглотить душу, душу свежего покойничка, и я тотчас выздоравливаю.
ЧЕРТ — Да где же я вам ее возьму, эту душу? Что-то не улавливаю!
САТАНА — А я тебе скажу, лапочка! Вот визитная карточка. Спросишь по этому адресу г-на Обжираля. Он славный человек, добряк, каких мало, кто бы в долг ни попросил — отказа не бывало…
ЧЕРТ — Стало быть, раззява. Это надо же — всем в долг давать! Что он, право!
САТАНА — Однако, на наше счастье, у него есть большой грех. Ты, надеюсь, догадываешься, какой?
ЧЕРТ — Догадываюсь? Я? Откуда?
САТАНА — А ты сообрази: Обжираль… ну… Обжираль… Не имя — чудо! Ничего оно тебе не говорит?
ЧЕРТ — Да нет.
САТАНА /в сторону/ — Никак не сообразит! Видно, и в самом деле глуп как пробка! /Громко/ — Поесть он любит, этот Обжираль, и все тут! Сейчас он как раз за стол садится. Самое время к нему явиться! И раззадорить его, чтобы ел побольше! Объестся и помрет от обжорства. Точнее, от заворота кишок. А ты его душу цап — и за порог!
ЧЕРТ — Понял! Понял! Попробую!
САТАНА — Однако смотри в оба! Ангел-хранитель станет его убеждать: ты, мол, черта не слушай, много не кушай… И ты тут…
ЧЕРТ — Сверну шею! Он и капут!
САТАНА — Кому? Ангелу? Да ты в своем уме?
ЧЕРТ — А в чьем же? Шеи отвертывать — это по мне!
САТАНА — Да нет у нас такого права, чтобы ангелам шеи отворачивать!
ЧЕРТ — Нет так нет! Но как же мне тогда Обжираля одурачивать?
САТАНА — Пусть ангел себе поет, силы тратит. У нас же как-никак демократия! Но и ты смотри не молчи! Вот и поглядим, чьи убеждения лучше. Вернешься без души — кипеть тебе в котле!
ЧЕРТ — Нет! Только не в котле! Уж лучше жариться на вертеле! О, Сатана, зачем меня терзаешь?!
САТАНА — Зато в случае успеха ты получаешь…
ЧЕРТ — Что? Что я получаю?
САТАНА — Удовлетворение от успеха!
ЧЕРТ — И только-то? Вот потеха!
САТАНА — В общем, так: уморишь Обжираля, посидишь возле него, ожидая, пока он отходит, не давая ему покаяться и от своего греха избавиться, а его последний вздох соберешь вот в этот пузырек — и тотчас назад — ко мне в ад!
ЧЕРТ — А вздох — это его душа и есть?
САТАНА — Ну, конечно! Так ты все понял?
ЧЕРТ — Все, ваша честь! Бегу со всех ног!
САТАНА — Куда же он? Ведь пузырек-то не взял… Эй! Вернись! Вернись! Кхе-е… Умчался! Тем хуже для него! Зачем мне глотку драть?! Сам виноват! Не будет забывать!
Явление ВТОРОЕ
ОБЖИРАЛЬ, ЧЕРТ и АНГЕЛ
ОБЖИРАЛЬ /сидя за столом/ — Ах, как вкусно пахнет! Какие сливки! Какой крем! Вот уж поем так поем!
АНГЕЛ — Смотри, Обжираль, не объешься!
ЧЕРТ — Не слушай, пернатого, Обжираль, как следует заправляться!
АНГЕЛ — Переедать опасно!
ЧЕРТ — Переедать прекрасно!
АНГЕЛ — У тебя может быть несварение…
ЧЕРТ — Вранье — вот мое мнение!
АНГЕЛ — Апоплексический удар…
ЧЕРТ — Да у него, видать, жар!
АНГЕЛ — Удушье…
ЧЕРТ — Неправда! Не слушай!
АНГЕЛ — Цирроз…
ЧЕРТ — Это еще вопрос!
АНГЕЛ — Заворот кишок…
ЧЕРТ — Мелет — черт знает что! И не стыдно так врать человеку, жалкий гусь?!
ОБЖИРАЛЬ /мечтательно/ — Странно, я как будто… колеблюсь!
АНГЕЛ — Не слушай, нечистого, Обжираль! Ешь-то ешь, но не переедай! Жизнь твоя на волоске! Берегись!
ОБЖИРАЛЬ — Что-то подсказывает мне: ешь поменьше, воздержись!
ЧЕРТ — Глянь-ка, Обжираль, на эти пирожные! Разве можно дать им пропасть, когда китайские и эфиопские малыши умирают с голоду… Нет, это было бы просто подло.
ОБЖИРАЛЬ — В то же время кто-то так и нашептывает мне поднажать…
АНГЕЛ — Умерь свой зверский аппетит!
ЧЕРТ — Ешь, пока шапка не слетит!
АНГЕЛ — Ты и так уже блестишь, словно сало!
ЧЕРТ — Коли помрешь — все пропало!
ОБЖИРАЛЬ — Чему быть — того не миновать! Не будем случая упускать! Ведь если я помру, все пропадет! Ам, ам, ам, ам… /Он жадно ест/.
АНГЕЛ — Меня он слушаться не желает!
ЧЕРТ — Вот это да! Как уминает!
АНГЕЛ — Одну тарелку уже вылизал! Готово!
ЧЕРТ — Блестит тарелка, честное слово!
АНГЕЛ — Больше не подкладывай! Это не шутки!
ЧЕРТ — А я только и жду этой минутки! Подбавь-ка себе еще, бездельник!
АНГЕЛ — Увы! Он опять схватил вареник! Два! Три!
ЧЕРТ — Браво, Обжираль, жми! А теперь тяпни винца!
АНГЕЛ — Постой! Не смей!
ЧЕРТ — Давай, давай! Допивай-ка эту бутылочку до конца!
АНГЕЛ — О, ужас — он ее допивает!
