Уже начало темнеть, когда путники вышли на большую прогалину. Небо темнело, и багровые, переливающиеся фиолетовым и темно-синим отблески зловеще двигались над вершинами деревьев.
— Небо явно чем-то недовольно, — сказал один из разбойников.
— Конечно, недовольно, — усмехнулся Рандис. Сколько его верных слуг погибло от рук злодеев. Рандис улыбался, явно довольный своей шуткой.
Один из разбойников ткнул Меча Неба кулаком под ребра. Рандис согнулся. Улыбка пропала с его лица.
— Поговори мне ещё, — пригрозил ударивший его разбойник. — До утра не доживёшь.
— Так, народ, кончай ерундой заниматься, — скомандовал Марэн. — Пока не стемнело, костёр раскладывайте. Пожрать, однако, не мешало бы. Только не забудьте этого, — он указал пальцем на Рандиса, — к дереву покрепче привязать. Из леса-то он никуда не денется, только искать его недосуг потом. Других забот хватает.
Разбойники действовали на удивление слаженно.
Одни очищали место для кострища, другие собирали хворост. Кто-то взял котелок и пошёл разыскивать ближайший ручей. Тильво хотел было помочь собирать хворост, но Марэн жестом подозвал его к себе.
— Они и без тебя справятся. Чай не первая ночёвка в лесу. Давай-ка лучше присядем да поговорим промеж собой. Я ж про тебя ничего не знаю, однако домой к себе веду. А та дорога чужакам заказана, паче чем служкам Неба.
Тильво с подозрением посмотрел на Марэна.
— Ладно, — примирительно улыбнулся Марэн. — Не тебя имел в виду. Ну, давай рассказывай.
— О чём?
— Да о житьё своём. Как дошёл до жизни такой, что за тобой кортеж посылают? Чем прогневал ты Великое Небо? — Марэн демонстративно показал Небу фигу, а потом сплюнул.
Тильво улыбнулся, но промолчал.
— Вижу, парень, досталось тебе на орехи. Не веришь ты особо никому. И правильно, надо сказать, делаешь. Людишки, они ведь злобные существа.
— И ты, стало быть? — спросил Тильво.
— И я тоже. Даже позлее некоторых буду. А что делать прикажешь? Раньше времени на Небо уходить не хочется.
— Да уж, — согласился Тильво.
— Куришь? — Марэн достал из кошеля на поясе трубку.
— Нет, голос хриплый будет.
— Как хочешь, — Марэн набил трубку и закурил.
Ночь внезапно обрушилась на лес. Единственным источником света был костёр. Один из разбойников зачерпнул каши из котелка и осторожно попробовал.
— Готово, — констатировал он.
— Так снимай с огня, — нетерпеливо пробурчали остальные.
Стоило Тильво почувствовать запах еды, как он понял, насколько проголодался. Несмотря на то что каша была очень горячей, Тильво уплетал её за обе щеки. По кругу стала ходить фляга. Разбойники делали несколько больших глотков и передавали флягу следующему.
— Осторожнее, это очень крепкая штука, — предупредил сидящий рядом Марэн.
Тильво принюхался. Напиток источал запах пряных трав. Певец выдохнул и сделал несколько больших глотков.
— Ух! — только и смог произнести Тильво. Разбойники одобрительно посмеивались. Певец даже не знал, как кого из них зовут. Единственный человек, который с ним разговаривал, был Марэн. Остальные, казалось, не обращали на Тильво особого внимания. Правда, и между собой они были не особо многословны, чего и следовало ожидать от людей, столько времени проводивших в лесу.
— Не увлекайся, — усмехнулся Марэн, глядя, как разом затуманился взгляд у Тильво.
— Мне и этого хватит. — Певец почувствовал, что язык его стал заплетаться, а очертания окружающего мира стали медленно расплываться.
— Тильво пойло больше не предлагать, — рассмеялся Марэн.
Разбойники довольно загоготали.
— А что, пленного вы кормить не будете? — ни с того ни с сего спросил Тильво.
Лица разбойников сразу же стали серьёзными. Кто-то витиевато выругался, поминая Небо.
— Простим нашего нового знакомого. Похоже, он мало что ещё понимает в жизни, — сказал Марэн, обращаясь к остальным разбойникам.
— Я, да я… — Тильво понял, что вдребезги пьян.
— Ты ещё не видевший жизни юнец. Вот этот ублюдок, — Марэн указал рукой в темноту, — сегодня двоих твоих друзей убил, а ты его кормить собрался?
— Пленных полагается кормить, — упорствовал пьяный певец.
— Это когда война. А тут дело совсем другое. Если бы ты попал к этим уродам, то они бы тебя накормили… — Марэн сделал паузу, — раскалённым железом.
— И кожу с тебя заживо содрали, — добавил другой разбойник. — У меня братишка младший был, тебя лет на пять моложе. Так у него Дар был. Этот самый. Ну, Силы. К посвящённым хотел идти. Сожгли его в родном селе, прямо у храма их проклятого. И никто пикнуть не успел. Ты даже в кошмарном сне не можешь себе представить, что они с людьми творят.
— Особенно Мечи Неба, — добавил другой. — Это те, которые налысо не бреются и в оранжевом не ходят. Этим только дай кого-нибудь замучить. Давно мы хотели хотя бы одного поймать.
— Приходилось мне с этими Мечами иметь дело, ответил Тильво. — Троих убил.
Кто-то из разбойников присвистнул.
— Да, крепко на тебя наше пойло подействовало, усмехнулся Марэн.
— Нет, правда!
Марэн только рукой махнул. Между тем разбойники продолжали разговор про Слуг Неба. После крепкого напитка они были гораздо разговорчивее. Из беседы Тильво понял, что у каждого имелись серьёзные счёты со Слугами Неба. Но больше всего они ненавидели именно Мечей, потому что Мечи Неба уже давно охотились за Людьми Леса. Если им удавалось захватить хотя бы одного из разбойников, то его изуродованный труп выставляли на перекрёстках дорог и тщательно охраняли, чтобы товарищи его не сняли.
Тильво поразило, с каким удовольствием разбойники обсуждают различные способы пыток и умертвления пленного Меча Неба. Судя по всему, быстро Рандису умереть не дадут.
— У меня волосы дыбом встают от таких разговоров, — прошептал певец на ухо сидящему рядом Марэну.
— А что ты хочешь? Как они к нам, так и мы к ним. Такова жизнь. Его дружков будет долго выворачивать наизнанку, когда они найдут его труп.
— Но это же не по-человечески. Да, у вас с ними вражда. Казните его. Ну, отрубите голову.
— Не, меня остальные не поймут. Вот придём в Укрывище, там народ решит.
— А ты, кстати, у них за атамана?
— Не-а, нами наибольший командует. Послушай, Тильво. Мы же не такие звери, как, например, в Тэрге Южном, где живому человеку крысу в живот зашивают. Так, может, конечности отрежем, железом калёным побалуемся. Но мы же не изверги какие-нибудь.
Тильво вздохнул.
— Я понимаю, ты певец, человек утончённый. А я вот десять лет наёмником под Небом бродил. Многое повидал. И понял тоже многое. Если тебя бояться не будут, то и уважать тоже. А слабинку проявишь, тут тебя и убьют сразу. Миром правят страх и насилие, а по-другому и не будет. Будь там Небо или ещё чего. Просто эти ублюдки мало того, что своей чушью мозги людям забивают, так ещё и делают что хотят. От хорошей, что ли, жизни мы в леса ушли? Я домой вернулся, а девушку, которую я любил, Слуги Неба в храм забрали. «Такова воля Неба». Знаю я, рассказывали. Там она у них по кругу будет ходить, пока старой не станет. Я знал, она невинной была, меня ждала. Я хотел деньжат подзаработать, да вот пришёл… — Марэн сплюнул. — Дайте выпить!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
