добиться эффекта грязных персонажей в кадре, статисты, которые должны были выйти на съемочную площадку в течение трех дней, когда снимался Мэтью, были отправлены Гором Вербински за пределы студии, чтобы пройтись по огромной гравийной площадке студии Disney под открытым небом, где они должны были находиться на солнце.
Сейчас только конец августа, а в Лос-Анджелесе все еще палит солнце.
На самом деле, источником всего этого стало недовольство Гора Вербински костюмами, подготовленными костюмерной командой, которые были потрепаны, но совсем не имели той грязной текстуры, которая была на пробных съемках.
Требования Гора Вербински к статистам были четкими: костюмы, предназначенные для них, должны были носиться под солнцем на съемочной площадке под открытым небом в течение трех дней в самую жару; никому не разрешалось снимать или мыть их, и всем актерам не разрешалось принимать душ в течение этих трех дней.
Конечно, за это съемочная группа предложила статистам в три раза большую зарплату.
Эффект был очевиден: после трех дней на солнце, которое периодически поднимало пыль, костюмы были абсолютно пропитаны потом и пылью, их тела были в грязи, волосы слиплись, а их вонючий, грязный средневековый гражданский стиль был воссоздан идеально.
Не только статисты, но и костюмы на съемках, за исключением актеров, играющих английских лордов, включая Мэтью, не были новыми, все они были состарены, а пятна и следы использования на костюмах были настолько очевидны, что подсознательно чувствовалось, что это настоящее пятно, а не временный эффект.
На самом деле Мэтью прекрасно понимал, что именно такого эффекта добивался фильм. В такой типичной первоклассной костюмированной постановке, а не в типичном жанре диснеевской сказки, пусть даже с фантастическим уклоном, и режиссер-продюсер, и производственная компания постарались бы соответствовать обстановке того времени.
Во времена разгула пиратства на Карибах кто мог ожидать от группы пиратов-разбойников улыбки с блестящими зубами, чситыми волосами и одеждой?
Дело не только в одежде, но и во внешнем виде.
В их случае макияж — это не скрытие недостатков лица, а подчеркивание грубых, жестких линий и демонстрация мужественной дикости.
Причина, по которой голливудские фильмы делают это, на самом деле соответствует эстетике общества в целом. Когда Мэтью практиковался в чтении, он прочитал в очень известной книге по стилистике кино, где говорится, что до сих пор эстетика Запада — это культ сырого гламура, полной дикости в атмосфере индустриального века.
То есть, основная часть общества по-прежнему предпочитает дикую красоту мускулистых «мужланов».
На самом деле, это видно по положению главных звезд Голливуда, как мужчин, так и женщин, «грубые» типы занимают подавляющее большинство, тип утонченной красоты встречается довольно редко.
Walt Disney Group, готовая вложить значительные средства в такой фильм, наверняка с оптимизмом смотрела на перспективы фильма, и ресурсы студии Disney также были отданы приоритет актерскому составу и съемочной группе.
Помимо огромной Студии 2, которая использовалась для создания пещеры и полуразрушенного средневекового города, Студия 3 служила офисом и тренировочным помещением для съемочной группы, а прилегающая Студия 4 также использовалась съемочной группой.
Интерьер дворца губернатора был построен в основном здесь.
Через неделю после начала съемок съемочная группа переехала из Второй студии в Четвертую, чтобы сначала снять сцены, в которых пираты еще не проникли во дворец губернатора.
Мэтью и Кира Найтли также впервые появились в одной сцене.
На съемочной площадке Уилл Тернер только что закончил снимать сцену, в которой он передает меч губернатору, и сразу после этого съемочная группа приступила к съемкам следующей сцены.
Кира Найтли, одетая как английская леди, стояла на вершине деревянной импровизированной лестницы и тут же спустилась вниз, как только режиссер объявил начало.
Раздался звук шагов, Мэтью посмотрел в ту сторону, как и губернатор напротив него, сказав при этом: «Элизабет, прекрасно выглядишь».
«Уилл!». — В глазах Киры Найтли, однако, был только Мэтью: «Я так рада тебя видеть!».
Она ускорила шаг и спустилась по лестнице.
Мэтью смотрел только на Киру, как будто это была его богиня, девушка его мечты.
Словно и не заметив отца, Кира сразу подошла к Мэтью и с нетерпением сказала: «Ты мне снился прошлой ночью».
«Я?». — Британский акцент Мэтью звучал не менее британским, чем у Киры Найтли.
«Элизабет». — с упрёком сказал её отец.
Кире Найтли было все равно, она снова обратилась к Мэтью: «Ты помнишь день, когда мы познакомились?».
«Как я мог забыть!». — Глаза Мэтью были устремлены только на Киру Найтли: «Тот день навсегда останется в моей памяти, мисс Свон».
Кира подошла поближе к Мэтью, хотя казалось бы, куда ближе: «Сколько раз я просила тебя называть меня Элизабет».
Эти двое смотрят глубоко в глаза друг другу, и кажется, что в их глазах нет ничего, кроме друг друга.
На этом сцена закончилась, Гор Вербински смотрел на нее на экране монитора, качая головой и крича: «Стоп! Давайте начнем сначала!»
Отделы быстро «перезагрузились», и съемки возобновились, но на этот раз не до конца, а только на полпути, когда Гор Вербински объявил о прекращении съемок.
Он вышел на середину площадки и сразу сказал: «Мэтью, Кира, чувства! Где чувства? Мне нужно, чтобы вы были эмоционально вовлечены!».
Мэтью посмотрел на Киру Найтли, которая, как оказалось, тоже смотрела на него, и они посмотрели друг на друга, а затем одновременно на режиссера Гора Вербински.
«Вот! Именно этого я хочу!». — Гор Вербински явно почувствовал маленький жест этих двоих: «Мне нужно единство!».
Он подумал, что этим все сказано, и покинул площадку, воскликнув: «Еще разок!».
Но съемки только начались, как Кира Найтли спустилась по лестнице, и он снова крикнул «стоп», потом снова начал заново, потом снова крикнул «стоп», и после трех повторений съёмки были временно остановлены.
Гор Вербински вошел на съемочную площадку, поднял свои очки в золотой оправе, на этот раз терпеливо, и сказал: «Мэтью, Уилл Тернер любит Элизабет».
Затем он обратился к Кире: «Элизабет тоже любит Уилла, оба испытывают чувства друг другу, и оба знают об этом, они — пара влюбленных, которые сознательно не признаются друг другу, есть ли между вами такой эффект? Я не вижу».
Мэтью молчал, а Кира прикусила губу.
«Вы должны быть эмоционально вовлечены и должны улавливать эмоции своих персонажей». — Гор Вербински увидел кадр и испытал только одно чувство: эти двое смотрели друг на друга, как на бревно, стоящее на съемочной площадке, он указал на Мэтью, а затем на Киру: «Ты обожаешь ее, а она обожает тебя, это просто»
Он заключил: «Мэтью, Кира, я даю вам десять минут, поговорите, к этому времени надеюсь что-то получится».
Услышав это
