накапливать в ней товары можно круглый год. Все-таки во время летней навигации путь короче будет. На месте виднее станет.
Впрочем, особо долго на эту тему Петя не размышлял. Только по пути к двери из кабинета. Шел, правда, медленно. Все равно, что-либо изменить — не в его власти. Надо приспосабливаться и извлечь из ситуации максимум пользы для себя.
Собственно, от ректора ему теперь нужны были только подъемные. Которые тот ему еще после первой практики обещал, когда кадет привез в оранжерею Академии редкие и ценные дальневосточные растения. Но стоит ли отвлекать его превосходительство по таким пустякам, тем более в присутствии Левашова?
Принял еще более жалкий, но трогательный, вид и с надеждой во взоре двинулся прямиком к помощнице ректора.
— Наталья Юрьевна, на вас вся моя надежда! В Мезень меня посылают, мерзнуть около Полярного круга. Вы, наверняка, в курсе. Как бы мне обещанные подъемные поскорее получить, чтобы успеть подготовиться? И желательно побольше. На голом месте обустраиваться придется.
Про отрез шелка, естественно, не напоминал, но смотрел так, что если бы мог себя видеть со стороны, остался бы доволен. Такая гамма чувств. Симфония!
Неизвестно, тронуло ли его лицедейство прекрасную магиню, сыграло ли ведущую роль новое платье или просто она Пете симпатизировала, но нужные документы оказались уже подготовленными. Или почти подготовленными, поскольку Наталья Юрьевна мило улыбнулась и что-то в листе исправила, сказав:
— После у его превосходительства подпишу.
Затем склонилась за правую тумбу своего стола, дверца которой оказалась вроде сейфовой. И вынула конверт, подписанный «Птахин П.Г.».
— Учитывая дальность вашего распределения, я рассчитала с учетом «северной надбавки» в тридцать процентов. Здесь две тысячи шестьсот рублей.
Петя рассыпался в благодарностях. И мысленно себя похвалил, что не пожалел сторублевого отреза ткани. Теперь на пятьсот рублей в прибыли оказался. В том, что никакой надбавки без Натальи Юрьевны он бы не получил, сомнений у молодого мага не было.
Задержался еще на пять минут, говоря комплименты. Ему доброе дело сделали, просто буркнуть «спасибо» будет явно недостаточно. Потом, маловероятно конечно, но вдруг судьба ему будет в Баян по каким-нибудь делам вернуться. Да и просто приятно полюбезничать с красивой женщиной. Тем более, что он теперь тоже маг и даже одного с ней разряда.
Ушел, когда магиня со вздохом попросила его больше не отвлекать и дать ей поработать. Но проводила она его теплой улыбкой.
Петю из общежития никто не гнал, хотя большинство выпускников уже разъехались, и в их освободившиеся комнаты переселились третьекурсники будущего учебного года. Комнат (квартир) на этаже было больше, чем кадетов. Но особо долго тянуть тоже было нельзя, тем более, что у Птахина к отъезду все было, практически, готово.
Те полтора месяца после экзамена, которые он расценил, как «период ничегонеделанья», молодой маг, на самом деле, постарался провести с максимальной пользой. Не тот у него характер, чтобы просто на кровати валяться или по кабакам шляться. Просто дел этих оказалось не так уж много.
Во-первых, обновил себе гардероб. Академическая форма, конечно, хороша, но больше ее ему одевать не придется. Для магов свой мундир предусмотрен. Значит, надо построить. Причем, как минимум, два, а лучше три. Специальные парадные мундиры для магов не предусмотрены, но надо один для торжественных случаев поберечь и выбрать для него ткань подороже.
Гражданская одежда тоже нужна. Брюки в полоску и однотонные — под «визитку» и сюртук. Фрак для торжественных случаев. И еще новомодный смокинг. Маловероятно, что в глуши понадобится, но чем черт не шутит… Вдруг столичные гости пожалуют или самому потребуется хотя бы в губернский город съездить. А к ним — рубашки и галстуки, как лентой, так и бантом. Не говоря о воротничках, манжетах, белье и всевозможных аксессуарах. Это раньше он в форменной гимнастерке на пуговицах ходил. Теперь ему запонки положены. И табакерка, и портсигар (не курит, а иметь надо). Хорошо хоть приличными часами от бандитов в Тьмутаракани успел разжиться, а то и их покупать пришлось бы.
Обувь тоже нужна новая. Сапоги, ботинки, туфли. И шинель.
В общем, две тысячи подъемных — если все посчитать, совсем не такие уж большие деньги. Одна шинель дороже двухсот обошлась.
Петя покупал (шил, строил) на свои и заранее. После того, как диплом защитил, но перстня еще не получил. Хорошо, у него еще деньги были, но с учетом трат на сестру издержался изрядно. В том числе и деньги, полученные у аптекаря, спустил. И к моменту назначения ему места службы «приданое» себе собрал. Но с учетом ожидаемых суровых зим, теперь еще меховой шубой обзавестись надо. Впрочем, шубы можно и на месте заказать. Разумно предположить, что мех в Мезени будет стоить дешевле, чем в Баяне.
Несмотря на обилие пошитых предметов туалета, на самом деле, Петя набрал себе только необходимый минимум. Чтобы по прибытии к месту службы не выглядеть нищим оборванцем.
С сестрой было сложнее. Сколько на женские туалеты денег ни потрать, все будет мало. То есть, конечно, пока Клава в Песте жила, у нее, хорошо, если два платья было — обычное и «нарядное». В Тьмутаракани форсить ей тоже было не с чего. Но к хорошему привыкаешь быстро. И при братце-маге ровняться ей хотелось уже не на мещан, а на дворянок. А для тех чего только модные кутюрье не навыдумывали. Приличной девушке в гардеробе надо иметь не только домашнее, обыденное (это разные вещи), вечернее и дорожное платье, но должны они быть в легком, теплом и обычном вариантах (каждое!). И желательно, не в единственном экземпляре. И платья-то непростые, с нижними и верхними юбками, кринолинами и жакетами. А к ним еще нужны шали, накидки, мантильи, шляпки и перчатки… А также веера, зонтики и, уже совсем обязательно, бархатные кошельки, украшенные золотой нитью, вышивкой и гравировкой. Не говоря уже о желательности ювелирных украшений. А там еще и обувь, и верхняя одежда…
Одно хорошо, на сестру и цыкнуть можно было. Совсем уж наглеть не пыталась. Но все-таки выцыганила у Пети целых три отреза шелка, вместо планируемого одного. Ну и денег тоже, сколько получилось. В том числе и из полученных у Натальи Юрьевны денег почти половину отдать пришлось, во избежание скандалов с портнихами. Но, все равно, осталось подозрение, что кого-то она крупно надула. Местных портних? Или собственной матери денег меньше отсылала, чем для нее у брата брала? Но, вроде, жалоб на нее ниоткуда не поступало, по крайней мере, до Пети они не доходили.
Хотя, вполне возможно, что никаких проблем
