— За семь месяцев пути при субсветовой скорости мы недалеко отсюда уйдем, — заметил Сендек, оглядываясь на вновь открывшиеся створки. — Хорус все равно нас опередит, и Терра ничего не успеет узнать о его предательстве.
Широкими решительными шагами в центр рубки прошел Гарро.
— Мы этого не допустим. Не для того мы зашли так далеко, чтобы сидеть здесь и ждать смерти. Мы должны действовать. — Он Повернулся к Гарье: — Капитан, отдайте приказ инженерным службам запустить варповые двигатели на полную мощность.
— Капитан, если только у святой, что распевает гимны внизу, не прорезался третий глаз и она не обрела способность прокладывать путь в варпе, у нас нет шанса осуществить межзвездное перемещение! — Голос Войена зазвенел от напряжения. — Сэр, у нас нет навигатора! Если мы войдем в варп, то затеряемся там навеки, у тех монстров, что нас атаковали, будет достаточно времени, чтобы разорвать всех нас в клочья!
— А я и не говорил, что мы собираемся входить в варп, — холодно ответил Гарро. — Гарья, сколько нужно времени для запуска двигателей?
Офицер взглянул на контрольную панель.
— Несколько мгновений, господин. — Он нерешительно помялся. — Сэр, ваш апотекарий абсолютно прав. Я не вижу никаких причин разогревать двигатели.
Гарро не стал отвечать на подразумевавшийся вопрос.
— Я хочу, чтобы субсветовые двигатели были готовы к запуску на полную боевую мощность по моему приказу. Отдайте приказ о полной готовности корабля и приготовьте к активации космические щиты.
Зазвенел сигнал тревоги, и Войен нервным жестом обвел рубку:
— Двигатели и щиты на полную готовность? Это что, учения, Натаниэль? Способ заставить экипаж работать и отвлечь внимание людей? Или эта проповедница предупредила о готовящемся нападении?
— Следи за своими словами, — предупредил его Гарро. — Мое терпение имеет пределы.
— Двигатели ждут вашего приказа, — доложил Гарья. — Щиты готовы к активации.
— Так держать, — приказал боевой капитан. Круз, стоя у противоположной стены рубки, задумчиво потер подбородок:
— Парень, может, ты изложишь нам причину такой бурной деятельности? Я понимаю не больше, чем твой костоправ.
Гарья поднял голову от контрольного пульта:
— Варповые двигатели полностью заряжены, энергетические батареи заполнены до отказа, господин. Что мне теперь с ними делать?
— Открыть выходной туннель и включить расцепляющие механизмы на варповых моторах. По моему приказу ты отключишь систему управления и выбросишь блок варповых двигателей, потом поднимешь щиты и запустишь двигатели на субсветовую скорость.
Круз невесело усмехнулся:
— Ты настолько же смел, насколько безумен!
— Выбросить варповые двигатели! — едва не задохнулся Сендек. — При всей набранной энергии они взорвутся, словно сверхновая звезда!
Гарро серьезно кивнул:
— Варп-вспышка. Взрыв отзовется как в Имматериуме, так и в реальном пространстве. Это послужит маяком для любого корабля на расстоянии сотен парсеков.
— Нет! — на всю рубку закричал Войен. — Ради Терры, не надо! Это чрезмерный риск, капитан! Это смертельная опасность!
Гарро окинул его суровым взглядом:
— Опомнись, Мерик! С тех пор как мы пошли против воли Воителя, каждый шаг грозил нам смертью, и все же мы еще живы! И теперь, когда этот полет нам так дорого стоил, я не могу отказаться от цели! — Он протянул руку и коснулся плеча Войена: — Поверь мне, брат. Мы переживем и это.
— Нет, — повторил Войен и, неуловимым движением выхватив болт-пистолет, приставил его ко лбу Гарро. — Я не позволю тебе это сделать. Ты погубишь всех нас, и все наши жертвы будут напрасны! — Его голос от страха стал глухим. — Скажи Гарье отменить приказы или я пристрелю тебя на месте!
Сендек и Круз схватились за оружие, но Гарро остановил их окриком:
— Не двигаться! Это дело касается только нас с Мериком, и мы разберемся сами. — Он смотрел прямо в глаза апотекарию. — Капитан Гарья, — продолжил Гарро, — ты выполнишь все мои приказы через шестьдесят секунд. Начинай отсчет.
— Есть, сэр, — с запинкой откликнулся офицер.
Как и все остальные в капитанской рубке, он понимал опасность предпринятого Гарро шага. Ветеран был прав. Подобные действия грозили фрегату полным уничтожением, если двигатели «Эйзенштейна» не успеют оттолкнуть корабль на безопасное расстояние от зоны взрыва варп-блока.
Войен взвел курок:
— Капитан, пожалуйста, не испытывай меня. Я выполню любой твой приказ, только не этот! Ты позволил пророчице затуманить твой разум.
Черное дуло болтера не дрогнуло перед лицом Гарро. На таком расстоянии даже единственный выпущенный снаряд превратит его незащищенную голову в кровавые брызги.
— Мерик, если ты меня убьешь, ничего не изменится. Приказы будут исполнены, корабль спасут, и наше предупреждение будет доставлено Императору. Я этого не увижу, но умру с уверенностью, что так и будет. У меня есть вера, брат. А что есть у тебя?
— Тридцать секунд, — доложил Круз. — Расцепляющие механизмы включены. Управляющая система заблокирована. В варп-двигателях зарегистрирована нарастающая перегрузка.
— Ты сам меня к этому принуждаешь, — кричал Войен. — Смерть, смерть, снова смерть, братья идут против братьев… Откуда тебе знать, может, мы заражены, так же как и Грульгор и его люди? Мы все станем такими, как они! Чудовищами!
Гарро протянул руку:
— Не станем. Я нисколько в этом не сомневаюсь!
— Откуда ты знаешь? — закричал космодесантник, качнув пистолет.
Гарро осторожно поднял руку и взял у него оружие.
— Император защитит, — только и сказал он.
— Пуск! — скомандовал Лунный Волк.
13
БЕЗМОЛВНАЯ СТРАЖА
БЕССТРАШНЫЕ
ОБНАРУЖЕНЫ
Сотни разрывных болтов вокруг выхода нижнего кормового туннеля вспыхнули в безмолвии космоса и отбросили наружу толстые листы корабельной обшивки. По рельсам выкатились цилиндры блоков межзвездных двигателей и рухнули в бездну, обрывая искрящие электрические кабели и расплескивая фонтаны охлаждающей жидкости. Внутри сброшенных варп-двигателей крутились и бились о стены потрескивающие шары сконцентрированной энергии. Мощность, которая в обычных случаях направлялась на пробой врат в Имматериум, не имела выхода, и вращательные движения уплотняли и нагнетали носитель энергии, быстро подводя его состояние к критической точке.
«Эйзенштейн» выбросил длинные реактивные струи и устремился вперед, подальше от только что сброшенного за борт груза. Под действием сил гравитации модули варп-двигателей сошлись ближе, и между ними заметались ослепительные нити бело-голубых разрядов, вслепую ударивших по корме фрегата. Защитная оболочка вспыхнула, но выдержала натиск. Настоящее испытание должно было последовать через несколько секунд.
Стержни двигателей начали плавиться и деформироваться, концентрация энергии достигла такой степени, что началась самопроизвольная реакция, подпитываемая разницей состояний между варпом и обычным вакуумом реального космоса. Из деформированного соединения материи и энергии вырвались кольца неуправляемой радиации, видимой в любом спектре. Слишком скоро варп-двигатели прорвали грань между реальностью и Имматериумом, слишком быстрой и мощной оказалась освобожденная разрушительная волна.
Реакция захватывала все большие области, и выброшенные части обшивки, оплавленные куски металла, пыль и отдельные молекулы водорода, даже само пространство послужили топливом для финального взрыва.
Если бы существовал глаз, способный увидеть настолько аномальное явление, или прибор, регистрирующий процесс, происходящий за гранью реальности, наблюдатель мог бы заметить визжащее и бьющееся существо в самом центре ядра, но уже через мгновение последовала детонация.
На границе двух измерений катастрофическое разрушение варп-двигателей породило сферу излучения, осветившую космос с силой умирающего солнца. В Эмпиреях явление вызвало неистовый визг, вспышку мертвенно-синего света, взрыв необузданной паники и миллион других вещей. В реальном мире за взрывом последовала потрескивающая разрядная волна, с убийственной мощью ударившая вслед убегающему «Эйзенштейну», так что он перевернулся кормой вперед.
В глубине темноты Эмпиреев рваный край взрывной волны затронул сверхъестественные чувства совершенного разума. В одно мгновение болезненное и грубое вмешательство спутало все мысленные образы. Оно вызвало вспышки безумия, коснувшиеся разума и нарушившие его сосредоточенность. Удар потряс и отшвырнул разум, и несколько бесконечно долгих секунд он следовал в потоке налетевшей волны. Затем вспышка погасла, воздействие уменьшилось и исчезло, оставив после себя лишь порожденное им эхо. Там, где только что бушевали бури и стоял туман, все прояснилось и успокоилось.
