— Разумеется. Не хотелось бы, чтобы покушение на понтифика превратили в судебно-развлекательный аттракцион, как любят это делать в некоторых странах вроде США.
— Это вы верно заметили. Дело в том, что статс-секретариат ищет человека, который бы мог за пределами Ватикана проследить за всеми перипетиями следствия, а после, и суда, чтобы иметь представление, что происходит вокруг дела о покушении на папу. — После краткой паузы монсеньор Ройбер произнёс. — Я предложил вашу кандидатуру.
— Но я всего лишь служащий конгрегации по делам духовенства, — тут же принялся отнекиваться отец Матео. — Я не имею не малейшего понятия как должно проходить судебное расследование. Всё, чем я занимался в последние годы, были жалобы на духовенство и имущественные дела Церкви. Я не разбираюсь в светском уголовном праве.
— Отец Матео, вам это и не нужно. Всё, что хочет статс-секретариат, так это, чтобы служащий Ватикана внимательно наблюдал за ходом расследования и будущего процесса. С вашей феноменальной памятью это получится идеально.
— Вы хотите, чтобы я посещал судебные процессы? — на всякий случай уточнил отец Матео.
— Конечно, нам нужно знать всё из первых рук. Никто, кроме вас, лучше не справиться с этим.
— Может лучше воспользоваться материалами съемочных групп из разных телекомпаний? — все же попытался отговорить его отец Матео. — Статс-секретарь или его помощники могут лично отсмотреть всё, что их интересует.
— Нет, отец Матео — твёрдо произнес монсеньор Ройбер. — Может, техника и в состоянии запечатлеть отдельные кадры, но живой человек может охватить своим взглядом всю перспективу, почувствовать настроения вокруг и увидеть куда больше чем камера, направленная в одну точку. Конечно, пленки будут заказаны и отсмотрены. Но вы нужны как живой наблюдатель. Статс-секретариат уже одобрил вашу кандидатуру, так что крепитесь с силами, это будет тяжёлая работа.
Поняв, что спорить с монсеньором и отговаривать его бесполезно, раз решение уже принято, отец Матео погрузился в размышления о своём нынешнем положении. Он представил, что будет, когда он пойдет в суд, сядет в зале, а Агджа из клетки увидит его и опознает как человека, который отдал ему приглашение, а значит, участвовал в подготовке покушения, как и тот Сергей Антонов. То, что Агджа его вспомнит, отец Матео почти не сомневался — Антонова ведь он вспомнил после полутора лет изоляции.
Тут же в памяти отца Матео всплыл образ той блондинки-ирландки, которая свела его с Агджой, втравила в эту историю с покушением, и видимо предполагала сделать его крайним. Кто тогда она? Агент КГБ с очень умелой маскировкой, узнаваемым ирландским акцентом и информацией о деятельности Опус Деи в различных странах? Нет, всё это слишком неправдоподобно. Откуда у соцстран информация о работе католического ордена в странах Запада? А судя по содержанию документов, данные собирались на местах. Может, конечно, информация досталась КГБ случайно или обманом, и они решили пустить его в ход, чтобы у блондинки был повод завязать с отцом Матео разговор.
И тут ему вспомнилось, как она обставила швейцарскую гвардию и проскользнула через тевтонское кладбище к Залу аудиенций. И как же он раньше не подумал, что о самом существовании тевтонского кладбища знают в основном только родственники или соотечественники тех, кто там похоронен. Голландцы, датчане, шведы, но главное — немцы. Если та женщина не ирландка, то может быть гражданкой ГДР, и тогда всё сходится — Агджу наняли Советы через своих союзников по восточному блоку, псевдоирландка подготовила вариант прикрытия, чтобы отвести подозрение от соцстран и переложить его на самого Мурсиа.
Но тогда остается непонятным сам факт, как фотография, где он запечатлен с Агджой, попала прямо на его рабочий стол? Подозревать, что агенты КГБ разгуливают по Ватикану, было всё-таки глупо, скорее всего, фотографию подложил тайный недоброжелатель, который хотел запугать Мурсиа — а за годы службы таких недоброжелателей у отца Матео накопилось множество.
Но как тот самый недоброжелатель получил доступ к фотоматериалам, если и сам не был частью заговора против папы? И от осознания этого Мурсиа стало не по себе. Соучастники покушения совсем рядом, здесь, в Ватикане и раз они захотели подставить отца Матео один раз, то не исключено, что командировка в суд поближе к Агдже, это вторая попытка.
Но раз так, тогда не так уж важно, кто замыслил покушение на папу, и чья страна к этому причастна. Главное, что преступление координировалось через Ватикан. Кто-то знал, что замышляет Агджа и молчал, а может просто ждал, когда тот завершит своё чёрное дело и предвкушал скорую смерть понтифика.
А что, если и болгарин Сергей Антонов стал жертвой чужих интриг? Ведь это очевидно — если бы он был причастен к спецслужбам и замешан в покушении, то сразу же после выстрелов на площади Святого Петра ему бы срочно приказали уехать из Италии и побыстрее, дабы не попасть в руки карабинеров после того, как Агджа начнёт давать показания. А Сергей Антонов никуда не уезжал, полтора года прошло, а он упрямо жил и работал в Риме, как будто ему нечего было бояться. Видимо действительно было нечего, пока на него не надели наручники.
В последующие месяцы отец Матео с особым вниманием изучал прессу, как итальянскую, так и зарубежную, благо в Ватикане всегда вовремя делали необходимые переводы.
Что только не писали о Сергее Антонове: и что он шеф отдела специальных операций при Варшавском Договоре, что его жена Росица управляет террористической сетью в Италии, что некогда болгарские спецслужбы организовали похищение и убийство Альдо Моро, и вообще за Красными Бригадами скрываются болгары — это они сейчас терроризируют архиепископа Парижа, перевозят контрабандой наркотики по Европе и вообще, где бы что не случилось за последние десять лет знайте — это проклятые болгары.
Турки писали, что Советы задумали рассорить Турцию и НАТО, поэтому и наняли Агджу убить папу. Какая связь между НАТО и никогда не входившим в него Ватиканом, отец Матео так и не понял.
Во Франции же нашёлся болгарский перебежчик, который признался, что будучи помощником атташе по торговле в посольстве Болгарии в Париже, он был осведомлён о готовящемся покушении на папу. Первым делом после прочтения отец Матео задался вопросом, с чего вдруг помощнику атташе кто-либо стал бы сообщать такие сверхсекретные сведения?
Из альтернативных источников отец Матео докопался до истины. Она, как водится, оказалась куда веселее. Беглец из страны тоталитарной кровавой диктатуры к дипломатии никакого отношения не имел вовсе. На самом деле он был всего лишь механиком сельхозтехники при болгарской торговой фирме во Франции, умудрившийся прикарманить деньги из кассы, за что и был отозван на родину. Но возвращаться домой так не хотелось, что пришлось выдумать себе пространный титул атташе, припасть к ногам западной разведки и наплести им небылиц о покушении на папу. Но отцу Матео подумалось, что может быть небылицы из уст проворовавшегося перебежчика и были платой французской разведке за предоставленное убежище подальше он неблагодарной родины, где на вора уже заведено уголовное дело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
