ведь, что ящиков много, а значит и сумма должна быть просто астрономической.
Все оказалось хуже, чем я предполагал… намного хуже. Знай бы я, что в ящиках окажется столько, то половину выкинул еще там в море… до прихода катеров, но поленился вскрывать все коробки, за, что сейчас и расплачиваюсь. А вот, парни, похоже, так и не поняли, в какую историю мы влипли.
В трюме сейнера было шестнадцать одинаковых ящиков. Один я вскрыл, в нем оказалось сумма равная семистам тысячам долларов, а вот если бы я вскрыл другой ящик, то нашел бы в нем плотно уложенные друг к другу пачки, в которых были купюры номиналом в пятьсот евро каждая. В таком ящике лежало пять миллионов евро… и таких ящиков было – десять… итого пятьдесят миллионов евро. В остальных шести ящиках, были деньги разного номинала и количества, золотые украшения, упакованные в плотный полиэтилен, чистые бланки различных документов и наркотики. Всего получилось, чуть больше пятидесяти трех миллионов евро (с учетом всех валют, что были в наличии), девять с половиной килограмм золота в ювелирных изделиях, два килограмма анаши, триста грамм героина и полкило «фена».
Парни прыгали чуть ли не до потолка, увидев содержимое тех десяти ящиков… шутка ли – пятьдесят «лямов» евриков… это же почти, семьдесят пять миллионов долларов, а если посчитать все, что мы сегодня захватили, с учетом золота и наркотиков, то получалось около восьмидесяти миллионов долларов… сумма, просто астрономическая… столько нельзя представить даже в самых смелых мечтах.
– Мля, мужики, это же фантастика! Столько бабла, что можно купить все! – держа в руках запаянные в целлофан пачки с европейской валютой, произнес Гриша. – Мы, богаты! Пусть теперь наводчик подавиться своими двуустами «кусками»… пофиг!.. нам столько останется, что уму не постижимо.
– И, что ты сделаешь с этими деньгами? – тихо спросил я, обводя тяжелым взглядом всех присутствующих – Что?
– Как, что? – не понял подвоха Гриша. – Потрачу. Куплю себе дом и до конца жизни не буду работать.
– Уверен? – снова спросил я. Судя по выражению лиц, всех кроме Испанца, парни так и не поняли, что мы влипли. – А, ну, расскажи поподробней: где, как и сколько ты будешь тратить.
– Понятно, что тратить буду не здесь, а в России… или нет, какая к черту Россия! Тратить буду на Канарах! Тут столько бабла, что можно купить целый остров, – неожиданно Гриша замялся, почувствовав мой взгляд. – Леха, только не говори, что мы не поделим эти деньги? Надеюсь, ты не хочешь от нас откупиться какими-то вонючими двадцатью тысячами?
– Да, бога ради, – щедро махнув рукой, произнес я. – Давай так: вот эти десять ящиков тебе, – моя рука указала на открытые коробки, в которых лежало тысяча пачек по пятьдесят тысяч евро в каждой, – а все остальное нам. Согласен?
– Согласен, – поспешно ответил Захаров. – Стоп. Я не понял, а в чем подвох?
– Ты не сможешь потратить эти деньги, – с горькой усмешкой, произнес Испанец, разливая коньяк по стаканам. Бутылку рома, выпили в один заход, а теперь центр стола занимала квадратная бутылка армянского коньяка. – Вариант только один: закопать эти десять ящиков и откопать их не раньше, чем лет через пять – шесть.
– Чего?! С какого это буя, я не смогу тратить деньги? Кто мне помешает? – завелся Гриша.
– Гриня, да ты не томи, расскажи нам: как и где ты будешь тратить эти деньги, – подколол я опера. – Только в подробностях. Начни с того, как ты один переправишь за один раз все эти десять ящиков на ту сторону. Ну, чего молчишь? Транжира! Понял, что нам эти деньги до одного места?
– Алексей Иванович, подождите, что-то я запутался, – влез в разговор Ветров. – То, что мы эти деньги не можем потратить на себя, это и так понятно. В Керчи, элементарно негде их тратить, а в Россию нас не впустят, а даже если и впустят, то деньги точно конфискуют. Но, почему мы не можем их потратить по назначению, для найма солдат и покупки вооружения? Мы же за этим только и шли.
– Данила, посмотри на вот эти вот ящики и на эти? Что ты видишь? В этих ящиках лежат деньги разного номинала и количества, а вот в этих ящиках, лежат пачки в банковской упаковке, да еще и в огромном количестве, как будто они только, что вышли из-под печатного станка, не удивлюсь, что там номера банкнот, идут по порядку. А, что это все означает?
– Не знаю. Что?
– То, что вот эти деньги и ценности, – моя рука указала на ящики в золотом, наркотиками и разномастными деньгами, – принадлежат частным лицам, и их мы можем тратить на наемников, не задумываясь, а вот эти десять ящиков в пятидесятью миллионами внутри – это деньги государства и как только мы их «засветим», так тут же нас и прижмут. Я не удивлюсь, что эти деньги предназначались тем же людям, которые будут поставлять нам наемников и вооружение. Теперь, понимаешь?
– И, что же делать? – лицо Ветрова, недоуменно вытянулось.
– Вариант Испанца, очень даже ничего. Надежно спрячем, а через пару лет, когда все устаканится выкопа…
Договорить я не успел, прогремело несколько выстрелов и фонтан крови, вперемешку с мозгами ударил мне в лицо – несколько пуль попали в затылок Ветрова, сидящего за столом напротив меня. Что-то горячее обожгло правое ухо и шею. Падая со стула, я видел, как Захаров поворачивается в сторону, перенося пистолетный огонь, на сидящего рядом со мной Витю Патрохова. Не знаю, то ли мне показалось это, за минуту до того, как я ударился затылком об пол, то ли это было на самом деле, но под столом, за которым мы сидели, прогремела пушка не хилого калибра – коротко и басовито! Ба-бах!
Сознание вернулось быстро… и года не прошло. Радужные пятна и мутные разводы перестали мелькать перед глазами, как в жутком калейдоскопе, я открыл глаза и уже через пару минут смог сфокусировать свой взгляд. Ох, и хорошенько же меня приложило! Как будто лошадь лягнула обоими копытами… хрясь – и душа вон из тела!
– Леша, ты как? – ласковый девичий голос, звенел от напряжения и тревоги.
Лера?! А, она как здесь оказалась? Или это меня переместили к ней?
– О, прекрасная валькирия, я умер, и ты меня перенесешь в райские кущи, где мы тут же займемся сексом, – голосом безнадежно больного прошептал я.
– Дурак! – облегченно взвизгнула девушка.
– Присоединяюсь, или как говорят в интернет сообществе: люто плюсуюсь, – судя по голосу, Испанец сидел где-то рядом. – Схлопотал две пули, и
