— Не придуривайся… Ах, блиннн… — Очередная молния отрезала изрядный кусок юбки, обнажив с одной стороны точеное бедро почти полностью. — В твоей башке есть еще какие-нибудь мысли, кроме похотливых?
— Э-э-э… Арахниты не могут существовать без хозяина. Они были созданы когда-то исключительно куклами без собственной воли. Потом они смогли размножиться и жить автономно, но их по-прежнему можно подвязать на свою ауру. И заставить выполнять все приказы посредством магического подключения в мозг. Надеюсь, за эти века ничего не изменилось и у этой должна быть связь с хозяином. Этот гад сидит где-то в безопасном месте и управляет этой штукой. Если связь разорвать, арахнита надолго уснет. Но увидеть связь может только сильная магичка. Ты случайно не видишь магической нити от ее головы?
— Ну есть такая. Зелененькая!
— Вот и оборви ее!
— Вот я ду-у-ура! Как же сама не догадалась?
Арахнита, или вернее ее хозяин, по всей видимости, услышали разговор. Натиск усилился. Уже не обращая внимания на огненные шары, арахнита поперла вперед, пытаясь достать Вику ядовитыми когтями. Но поздно! Вика выбросила руку вперед. Одно движение, и нить притянулась к ладошке. Второе движение. Резкое, словно девушка собиралась оборвать материальную нитку. И глаза арахниты подергиваются мутной пленкой. Паучье тело по инерции еще движется вперед. Но лапки уже подломились, и арахнита преодолела последнее расстояние, разделявшее ее с Викой, на брюхе. Девушка только небрежно подняла стройную ножку, когда ядовитый коготь проехал совсем рядом с ее ступней.
— Вот так-то, дорогуша! — пропела Вика и бросилась к телам, распростертым у входа.
Околоточный уже не дышал. Орк был еще жив. Его темная кожа посерела. Дыхание было прерывистым. Судорожным. Пальцы скрючены.
— Что с ними? — спросила Вика у черепа, который, покачиваясь, поднялся над ее левым плечом. — Я не вижу ран.
— Яд. Один укол, и яд мгновенно распространяется. У орка большая масса, поэтому он еще не умер. Впрочем, это ненадолго. От яда арахнит противоядия не существует.
— Я что-нибудь могу сделать?
— Способ только один. Освободить тело орка в этой реальности от яда. Но помнишь, что я тебе говорил про работу с живой тканью? Нужна такая точность и сила, которыми ты вряд ли обладаешь. И самое главное — знания. Малейшая ошибка, и организм подвергнется серьезным ранениям или необратимым изменениям.
— Надо попробовать! Все равно он сейчас умрет. — Вика упала на колени рядом с большим телом десятника. — Подскажи, с чего начать?
— Будет лучше всего, если ты предоставишь действовать Эраноэль.
— Ее больше нет, — твердо ответила девушка.
— Если нет ее личности, то призови ее сущность. Все равно алгоритмы оперирования с реальностью где-то записаны в твоем мозгу. Постарайся забыть, что ты ангел, и используй знания ведьмы.
— Ладно, твоя взяла… Я постараюсь, — вздохнула Вика и закрыла глаза.
Никто не мог наблюдать, как черные искорки в розовой ауре замерцали с удвоенной силой. Закружились в хороводе, сливаясь в сияющее свечение. И вдруг словно взорвались, мгновенно наполнив ауру чернотой. Затем Темнота клубящимся чернильным облаком накрыла тело орка. Истаивая одновременно вокруг белокурой головки.
Внешне ничего не происходило. Полуголая блондинка застыла над хрипящим телом, уронив руки на колени. Светящийся оранжевый череп покачивался над ее левым плечом. Изредка нетерпеливо постукивая челюстями: «Тук-тук… Тук-тук…»
— Прекрати! — Вика устало открыла глаза, под которыми легли отчетливые тени.
— А? Что? — встрепенулся череп. — Получилось?
— Вроде да… — Вика напряженно всматривалась в лицо орка. Дыхание его выровнялось. Скрюченные судорогой пальцы распрямились. Кожа хоть и была по-прежнему серой, но не выглядела больше мертвой. — Много повреждений внутренних органов, много тканей омертвело. Но жить будет. Поваляется пару недель и будет здоровее, чем был. А я пустая…
— Ничего, это поправимо. Я заметил, что ты восстанавливаешься очень быстро. — В голосе Ринара зазвучали ехидные нотки. — Кстати, я же тебе говорил, чтобы ты не очень-то рассчитывала на секс в ближайшее время? Хе-хе!
— Вот ты дрянь-то! — Вика лениво махнула ладошкой над левым плечом.
Череп легко увернулся:
— Я тоже тебя люблю! Хе-хе-хе…
— Эй-эй! — воскликнула Вика, пытаясь запахнуть обрывки блузки на груди. — Глазки не сломайте!
Орк пришел в себя и теперь рассматривал разодранную одежду девушки. Вернее то, что одежда едва скрывала.
— Где Думирий? — говорить орку было больно. Он с трудом сглотнул.
— Умер.
Лосик страдальчески скривился.
— А где чудовище?
— Уснуло.
— Вижу, вам пришлось постараться, чтобы его усыпить! Но как вам это удалось? Откуда вы взяли столько силы, чтобы сопротивляться этому чудовищу?
Вика показала язык. И позволила лоскуту блузки чуть приоткрыть аппетитную округлость. Другой лоскут, от юбки, уже давно сполз ее усилиями, обнажая золотистую кожу бедра и уцелевшую кружевную резинку чулка. Давно превратившуюся в подвязку. Можно сказать, конечно, что Вика сделала это из кокетства. На уровне инстинктов. Но вот именно инстинкт ей сейчас и подсказывал, что нужно отвлечь орка чем-нибудь. Чтобы он не очень задумывался. Задавал поменьше вопросов. Не хотелось пока Вике, чтобы кто-то знал ее настоящую силу. А тем более, чтобы кто-то догадывался о Темных сторонах этой самой силы. А чем привлекательной девушке лучше всего отвлечь мужчину? Пусть и орка? Пусть и едва живого? Вот то-то.
Жаль, что орк был все-таки едва живой. Потому что, несмотря на соблазнительные виды, продолжал задавать вопросы.
— А почему я жив? — Орк облизал потрескавшиеся губы. — Вы вызвали лекарей?
— Нет! Это я избавила вас от яда.
Брови орка удивленно поползли вверх. Почти к самым рожкам.
— Вы заканчивали факультет лекарей при Совете? Только они могут проделать это с такой, простите, несильной аурой, как у вас!
Вика предпочла неопределенно пожать плечами.
— Вы всю ауру потратили на мое лечение? Бедная, вам теперь придется восстанавливаться несколько десятиц. — Орк, постанывая и кряхтя, поднялся. Торжественно поклонился. — Огромное спасибо вам за спасение. Теперь я ваш должник и готов исполнить для вас все, что потребуете.
Вика игриво улыбнулась:
— Я учту. Когда вы выздоровеете, вам придется потрудиться, чтобы отдать должок.
И сделала вид, что не услышала презрительного фырканья над левым плечом.
— Для вас — все что угодно. А сейчас извините меня. Надо связаться с начальством.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
