— Вы оба.., хорошо устроились? — Блондинка бросила еще один любопытный взгляд через его плечо и увидела альбом, лежащий на кровати.
— Мы прекрасно устроились. — Совершенно ясно, что Криста желает выудить как можно больше информации. Впрочем, почему бы и нет? Узнать, увидеть, выведать.., многие женщины живут жизнью настоящих полицейских.
Конечно, Мэган права, что обвиняла его в скрытности. Глубокая складка залегла между бровей, когда Кайл понял, как мало поведал ей о себе.
Она имела право сердиться на него. Он всегда возводил барьеры в своих отношениях с друзьями и любимыми, но, возможно, пришло время разрушить некоторые из них. Между ними не должно быть места недоверию и подозрительности. Мэган обратила на него внимание не из-за богатства и славы, как это делали многие другие. Она даже не знала о том, кто он на самом деле…
— Я надеялась, что вы захотите присоединиться ко мне и пропустить пару стаканчиков. У меня есть великолепное немецкое бренди, которое тебе так нравилось.
Возможно, потому, что Кайл был привлекательным мужчиной, или из-за прирожденного кокетства Криста слегка наклонилась вперед, выставляя напоказ аппетитные выпуклости в глубоком вырезе белой шифоновой блузки.
Он быстро понял ее намек, но покачал головой.
— Не сегодня, Криста. Я думаю, Мэган нужно отдохнуть.
— На ее месте я бы думала не об этом. — На щеках Кристы появились соблазнительные ямочки. Впрочем, если Мэган устала, почему бы нам с тобой вдвоем не вспомнить старые добрые времена?
Кайл непринужденно улыбнулся и мягко спросил:
— Когда, ты говорила, должен приехать Джастин?
Округлив голубые глаза, Криста выдохнула:
— Ладно, намек понят. Как вижу, у тебя серьезные намерения, но ты же не отругаешь старую подругу за попытку? Твоя Мэган — счастливица, и надеюсь, она это понимает.
— Ты ошибаешься, — тихо поправил ее Кайл, закрывая дверь, — это я счастливчик.
Мэган совсем перестала узнавать себя, или, вероятно, все годы настоящая Мэган пряталась внутри, а теперь наконец раковина распахнулась.
Она улыбнулась своему отражению в огромном зеркале и уверенно затянула пояс на халате. Так вот каковы ее истинные возможности? Но если под возможностями она подразумевает распутное поведение… А как еще назвать то, что случилось около залива?.. Ее щеки вспыхнули, когда она дотронулась пальцами до припухших губ.
Нет, она не станет стыдиться страсти. Нечего Сожалеть о том, что произошло между ней и Кайлом. Всего лишь несколько минут назад она показала себя с совершенно иной стороны — она согласилась позировать ему практически обнаженной.
Да, ягодицы она обернула полотенцем, но плечи, спина были полностью открыты. Кайл убеждал ее отбросить излишний стыд. Глупо стесняться человеческого тела, когда даже провинциальные модели, подобные Кристе, позируют обнаженными для студентов в художественных колледжах.
Криста. Она красивая женщина.., чувственная.
А как она смотрит на Кайла! Жадные глаза блестят от возбуждения.., конечно, он ее бывший любовник. Мэган с трудом проглотила влагу во рту. Она справится с ревностью. У всех же есть прошлое.
Уж ей-то не знать. У них были близкие отношения в прошлом, но ведь это не значит, что они стремятся восстановить их? И к тому же Криста замужем… Остановись, Мэган. Дальше запретная зона.
Она обернулась на хлопок двери и нервно дернула за прядь черных шелковых волос у лица.
Кайл просил ее поднять волосы, чтобы можно было нарисовать тело, и теперь несколько локонов выскользнули из аккуратного пучка. Мэган открыла дверь и выглянула. Кайл задумался над рисунком, он словно не видел ничего вокруг, даже карандаш, зажатый в зубах, не мешал ему.
Девушка распахнула дверь пошире, раздался резкий скрип. Кайл поднял глаза и улыбнулся. И снова очарование его улыбки поразило ее. По меньшей мере раз в жизни каждая женщина достойна, чтобы ей так улыбались, решила Мэган.
Сексуальная улыбка, говорящая: «Ты та, которую я желаю, ты, и только ты».
— Почему ты убежала? — спросил он.
— Я не хотела.., мне неловко, если кто-то видит меня раздетой. — Да, именно это она и хотела сказать. Вероятно, Криста Маккензи чувствует себя свободно без одежды, а она, Мэган Бренд, нет. Конечно, она уже начала заново открывать для себя мир, но это процесс постепенный. Поигрывая поясом халата, она сделала несколько шагов, дернула прядь волос и увидела изумление в глазах Кайла.
— Что?
Она переступила с ноги на ногу, чувствуя, как лицо покрывается краской.
— Я стесняюсь.., своего тела, особенно с тех пор, как моя нога…
— Ты думаешь, что твоя травма портит тебя? Ты с ума сошла! У тебя одно из самых прекрасных женских тел, которые мне доводилось видеть. От одного взгляда на твои изгибы у любого мужчины глаза заболят.
— Ты необъективно ко мне относишься. — Мэган украдкой взглянула на него, не шутит ли, и удивилась его серьезности.
— Нет, правда. Не забывай, я смотрю на тебя глазами художника и говорю то, что вижу.
— Это Криста — девушка с картины? Я говорю про твою ванную комнату.
— Да, Криста. — Его лицо осталось таким же бесстрастным. — Она была хорошей натурщицей.
И ты стала бы такой, если бы я мог смириться с мыслью, что кто-то другой увидит тебя обнаженной.
— Ты спал с ней? — Вопрос вырвался сам собой.
— Нет. Почему ты спрашиваешь?
Она увидела в его глазах раздражение.
— Она красивая женщина.
— Но у нас не было секса. Следующий вопрос.
— Ты, должно быть, неплохо.., мне показалось, ты, должно быть, неплохо зарабатываешь живописью, да? — Она подошла к кровати и осторожно присела на покрывало. Про себя Мэган молилась, чтобы ее вопрос не разозлил его. Она так хотела знать о нем больше, а работа — часть жизни любого человека.
Кайл бросил альбом на кровать и скрестил руки на груди. Мэган выдерживала напряженную паузу. В его душе шла борьба, и это было видно по настороженности его золотистых глаз и бледности щек.
— Я хорошо зарабатываю, некоторые могут сказать, даже исключительно хорошо. Мои работы выставляются в галереях по всему миру, и в живописи мое имя не самое последнее. Ты это хотела узнать, Мэган?
— Ты знаменит? — Ее лицо исказилось от боли, она опустила взгляд и уставилась на толстый золотистый ковер. Свет постепенно мерк перед ней, а в голове стучала мысль: «Он знаменитый художник». Итак, они из разных кругов. О господи, опять она наступает на те же грабли.
— А что, если да? Можешь себе представить, как я устал от людей, жаждущих познакомиться со мной только потому, что я достиг в живописи определенного признания?
— Но ты мог сказать мне! — Мэган подняла вверх удивленные глаза. — Я так мало знаю о тебе.
