Читаем без скачивания Влада. Бал Темнейшего - Саша Готти

– Держи свой билет! – вампир с улыбкой вручил ей кленовый лист. – Вот там и расскажу тебе великую тайну про штучки моего брата. Хотя не понимаю, на кой тебе это сдалось, – добавил он.

– Куда ехать? Суперресторан? Сняли на сутки Эрмитаж или какой-нибудь палас на Невском?

– Ммм, – вампир прищурился, делая вид, что раздумывает. – Не-а, не угадала. Будет сюрприз.

Глава 12

Вечеринка в стиле «ностальжи»

Влада поначалу не могла понять, зачем с могуществом и богатством Мурановых закатывать вечеринку в обычной квартире, в стандартной новостройке около метро «Озерки», где за стенами сидят рядовые человеческие соседи. Зачем надо торчать около домофона у подъезда и ждать, пока кто-нибудь из соседей не произнесет им сакрал приглашения нечисти через порог.

Видимо, эти вопросы задавала себе не только она, потому что стоящие вокруг ребята перекидывались недоуменными взглядами. Кроме Влады, была приглашена Дрина, Янчес, Эля Флаева и свита Муранова в полном составе. Свита посмеивалась, а Эля удивленно оглядывала дом, вопросительно поглядывая на Гильса.

– Ностальжи, – коротко бросил Муранов, пожав плечами.

– Мураныч съездил к отцу, пожил там неделю среди лакеев и подсвечников, – пояснил Герка. – Типа… отходняк.

Свита захихикала, шутка понравилась и самому Гильсу.

И если роль Янчеса, как громоотвода от Муранова в Универе стала Владе понятна только что на экзаменах, то смысл таких дурашливых приятельских «свит» у властителей и царственных особ дошел только сейчас, у пиликающего домофона.

Чтобы не сойти с ума от заискивающих взглядов, поклонов домовых лакеев, бесконечной лести и ощущения того, что все на тебя смотрят и ловят каждое слово, перемену настроения, – Гильс хотел сохранить универских приятелей, не дав им превратиться в склонившуюся перед ним толпу. Они это тоже поняли и при Гильсе вели себя намеренно непринужденно.

– Э-э-э… – раздался в домофоне слегка перепуганный женский голос. – Приглашаю войти в этот дом Гильса Муранова, Германа Готти, Игната Дымова, Дениса Холодова, Эльвиру Флаеву, Яна Литвинова, Владу Огневу…

Дверь в подъезд открылась, но к лифтам пошли только девушки: ни один из парней не снизошел до поездки в лифте, когда так легко было взобраться по стене. Дрина при желании тоже быстро бы оказалась на крыше этого дома без всяких лестниц и лифтов, но тут дело было в драгоценном маникюре, а Элечка Флаева берегла от ветра укладку на волосах.

Весничи жили на двенадцатом этаже, и сейчас там были распахнуты все двери квартир до единой. В дверях одной из них маячила перепуганная тетенька, которая зачем-то быстро натягивала сапоги, при этом забыв снять домашний халат.

– Добрый день, добрый день! – лепетала она, таращась на группу парней, выходящих прямо из стены со стороны лестничной клетки. – Всех пригласим, кого изволите, будем дежурить… желаем хорошего праздника! Всех благ…

«Нечисть хорошо платит людям за сакралы приглашений, Мурановы сегодня щедрые», – подумала Влада, вежливо поздоровавшись в ответ.

Семья Дрины Веснич тоже среагировала правильно. Все кикиморское семейство: мать и две младшие дочери уже стояли в дверях при полном параде.

– Едем в БДТ на Чехова! Сто лет там не были и выбрались наконец-то, – мама Дрины, похожая на какую- нибудь кинозвезду с красной дорожки, благоухала духами и сверкала роскошным белым костюмом. – Ребятки, не разгромите полностью квартиру, в холодильнике еда… Здравствуй, Гильс! Как ты возмужал, поразительно! Я помню тебя совсем мальчиком…

Она знала Гильса с детства, поэтому наследника встретил неформальный поцелуй в щеку и великолепно выдержанная улыбка.

– Янчес, дорогой ты мой, поздравляю с назначением деканом, ты великолепен! – продолжала кикимора, перенеся улыбку на валькера. – Кстати, у нас сломалась спутниковая антенна, и вся надежда только на тебя…

– Роксана Елисеевна, все сделаем, не волнуйтесь, – пообещал за всех Герка и, когда дверь за родственниками Дрины закрылась, восхищенно сказал: – Ну, Дринка, и мать у тебя, прямо английская королева…

Квартира кикиморского семейства, несмотря на то, что Дрина никогда не упоминала о наличии отца, сверкала чистотой и прекрасным ремонтом. Кикиморы всегда умели так очаровательно улыбнуться, чтобы любой мужчина со всех ног бросался выполнять любые их прихоти. Мара Лелевна, к примеру, владела этим искусством просто мастерски. И единственное, что кикиморы обожали делать самостоятельно – это прихорашиваться, или же помогать это делать другим. Такое святое дело кикимора не доверила бы никому на свете.

Влада очутилась на уютной кухне, где хлопала дверца холодильника, шелестели пакеты и упаковки с едой, звенели бокалы, и пахло апельсинами.

Постепенно в квартире собирались еще ребята: приходили незнакомые Владе вампиры, ровесники Гильса или чуть старше, каждый из которых заглядывал в кухню и здоровался, и каждого вслед Дрина вполголоса комментировала.

Янчес после милой просьбы матери Дрины завис на высоте, пытаясь починить спутниковую тарелку, и его крылья мелькали в окне кухни.

Дрина занялась взбиванием коктейлей в шейкере, а Эля криво резала колбасу, сооружая бездарные бутерброды. Влада чистила гранаты, с удовольствием облизывая с пальцев красный сок и включившись в давно позабытую атмосферу уютной болтовни.

– Герка такой стал, ващ-ще, заметили? – восхищалась Дрина. – В свиту Гильса пролез, теперь гордый как лев! И девушку он сегодня приведет приятелям показывать. Любовь у нашего Герочки случилась…

– То-то его не узнать, – засмеялась Эля. – Для меня вампиры – это мой первый курс в Утесуме и постоянные нервы. Мы с Гильсом остались хорошими друзьями, он даже моей семье перебраться в Питер помог.

– Редкий случай, когда парень хорошо относится к своей бывшей, – вздохнула Дрина. – Эх, Владочка, вот мы все смотрим на вас с Гильсом и думаем – этот танец нервов плохо закончится.

Девчонки понимающе переглянулись и уставились на Владу.

– Почему же? – вопрос Влада задала из интереса. Все-таки Дрина и Эля старше ее на год, и в парнях разбирались гораздо лучше. Эля, хотя и давно рассталась с Гильсом, одинокой не выглядела, а у Дрины ухажеров всегда было море – и среди нечисти, и среди людей.

– С кикиморской точки зрения, ты ведешь себя совершенно неправильно, – заговорила Дрина. – Ты ведь добивалась Муранова, бегала за ним, – извини меня, Владочка, за откровенность. И чем-то ты его пробила, хотя никто не ожидал. Думали – поиграет он с тобой, посмеется и привет. Но у тебя получилось, понимаешь? Удивительно, что он выбрал тебя! Я не спорю, ты стала удивительно красивой, когда переродилась в вампира, но одеваешься как бедная провинциалочка, которая не знает что такое приличные джинсы и нормальные туфли. Но хуже всего это твое ужасное отношение к Муранову!

– Да уж, вот этого я вообще понять не могу!.. – подхватила шепотом Эля, оглядываясь на дверь кухни. – Ни улыбки ему, ни ласкового слова. Да другая бы не отходила от него ни на шаг! Гильс на фоне своей свиты смотрится одиночкой. Все они с девчонками, даже Герка, а он – один.

– А главное – за что ты с ним так, что он тебе сделал? – спросила Дрина, яростно взбалтывая шейкер. – Ни-че-го! Потому я предсказываю, что это плохо кончится.

– Все-все, вы меня убили! – Влада, подняв вверх выпачканные в соке граната руки, постаралась перевести все в шутку. – Можно я отнесу коктейли?

– Отнеси, но возвращайся, потому что у вампирского бомонда сейчас свой треп идет, а нас пригласят, когда начнутся танцы, – наставительным тоном сказала Дрина. – Гильс вообще затеял эту вечеринку, чтобы неформально пообщаться с ребятами из отдаленных кланов, а то на балу такая средневековая формальщина, что и не поговоришь ни с кем толком…

Из гостиной Весничей доносились голоса, и Влада остановилась, глядя из коридора на гостей и невольно прислушиваясь к разговору. Вампирская тусовка сидела на белом кожаном диване, не обращая внимания на экран телевизора, который со стены надрывался каким-то фильмом-катастрофой с огромным цунами.

На коленях у Герки сидела девушка, на вид очень скромная. Она только молчала и улыбалась, глядя на Герку с обожанием.

– …Если мне будет позволено высказаться, то сейчас нет смысла добивать светляков и их некроманта, – раздался голос кого-то из вампиров. – Мы просто ждем бала, а подконтров больше, чем сейчас, уже не будет. Я очень хочу увидеть отмену домового права.

– Будет вам отмена, – отозвался Гильс. – Все-таки Канву мы перегнем в свою сторону. Тут ведь как – постепенно надо. Вот в янв сейчас свободно заходим, год назад мечтали о таком?

– А подключить ведьмовство к этому? – спросил у Гильса другой. – Они же мутят с магией, вдруг были бы полезны…

– Не думаю, – пожал плечами Муранов. – Могли бы они ворочать такими магическими силами, как отмена домового права, так не боялись бы ничего. А они, сами знаете, – бегут в Питер, умирают от страха перед светлыми. А они их убивают, тех, кто не успел убежать, их главному сейчас любая жизнь нужна.