Читаем без скачивания Куколка - Андрей Кивинов

Музыкант бросил жалобу обратно на стол.

Несколько дней назад из одной квартиры была похищена трехлетняя девочка. Женщина, сидевшая с ней, убита. Ей проломили череп. Ты, случайно, не знаешь, кто это сделал и где сейчас та девочка? А?

– Чего? Какая девочка? Какой череп? Вы знаете, кто я такой? Вы завтра же вылетите из органов.

– Да слышали, слышали, кто ты такой. Экономический советник бандита Зелинского, одного из лидеров партии диабетических реформ, ползущего к власти, как червяк к луже. Дальше-то что? Я тебя не спрашиваю, кто ты такой, я тебя про девочку спрашиваю.

– Послушайте…

– Сидеть! Пока дубину не взял. Не знаешь ничего, значит… Ладненько.

Музыкант вздохнул и оглядел свой маленький кабинет.

– Нет, Сергей Витальевич, думаю, что знаешь. Как и то, кто резанул Шерифа. Нет, нет, конечно не ты… Ты в этом не спец. Ты спец по коммерции. Торгаш. И поэтому я предлагаю чисто торговую сделку. Я покупаю у тебя информацию о девчонке. Я выкупаю у тебя девчонку!

– Что за дурь?!

– Дурь у тебя в штанах! Слушай внимательно, тезка. Я выкупаю у тебя девочку за десять миллиардов рублей, а рубль сегодня равен, тьфу ты… Рассчитаться могу прямо сейчас, здесь. Как предложение?

Сергей посмотрел на порванную викуловскую куртку и ехидно усмехнулся.

Белкин и Казанова тоже почему-то посмотрели на куртку. Десять миллиардов? У Музыканта точно температура. Еще три часа назад он стрелял на сигареты.

Викулов встал с подоконника:

– Ты думаешь, у меня нет таких денег? Пусть тебя это не смущает, они есть. Мне сейчас важно принципиальное согласие, тезка. Ведь все на свете продается и покупается! Жизнь, власть, совесть, душа. Подумай, тезка, десять миллиардов – неплохой куш за какую-то девчонку. Или, может, ты хочешь больше? Назови цену, поторгуемся. Сколько сейчас стоит жизнь?

– Я не собираюсь с вами торговаться. Вы обещали дать мне телефон.

– Конечно. Чуть погодя, после торгов. Похоже, я назвал маленькую сумму. Сергея Валентиновича этой мелочью не удивишь. Поэтому я добавлю к этим деньгам стоимость нескольких лет свободы. Как, тезка? Ты никогда не был в прекрасном городе Приблудске?

Сергей вздрогнул.

Музыкант располагающе улыбнулся:

– Что, тезка? Понравился городок?

– Я не понимаю… – Голос Сергея утратил прежнюю уверенность.

– Да брось ты, конечно не понимаешь. Из тебя никудышный экономист. И чего тебя Зелинский пригрел?

– Мужики, – Музыкант обратился к присутствующим операм, – вы, наверное, не в курсе. Тут одна смешная история приключилась. Некая малоизвестная фирма “Рикошет” закупила в городе Приблудске мясных консервов для нужд родной Российской Армии на сумму аж десять миллиардов рубликов.

Приехал туда к ним какой-то майор Смирнов, красавец офицер, посетил пару заводов, помахал липовым генеральским поручительством и предложил прикупить по случаю мясца – для питания частей, базирующихся в Чечне. Вполне, вполне достоверно, армия должна быть сытой. Тяп-ляп, договоры по факсу, без предварительной оплаты. По рукам? По рукам! Консервы едут в Питер, сгружаются на складе, никакие деньги, разумеется, в Приблудск не переводятся.

Спустя некоторое время консервы со склада испаряются, а директор погибает в подъезде при попытке ограбления. Чисто случайного ограбления. Конечно, конечно, читали, знаем. У нас сейчас грабят днем и ночью, успевай только на трупы выезжать.

Но что же фирма “Рикошет”? Где ж она, родимая? А-у-у! “Майор Смирно-о-ов!” – “Так точно, ваш скобродие! Вызывали?” – “Вызывали. Откуда взялся “Рикошет”?” – “Докладываю! “Рикошет” куплен за пятьсот баксов у гражданина Каланчевского, о чем составлен документ! Акт! Разрешите идти?” – “Не разрешаю. Кто подписался в акте?” – “Виноват, ваш скобродие, не могу знать, ваш скобродие, запамятовал!” – “Как не можете? Чья вот это подпись?” – “Ах, эта? Это подпись господина Бермудина Сергея Витальевича, экономического советника их высокоскобродия генерала Зелинского”.

А это чья подпись? – Музыкант хлопнул ладонью по свеженаписанной жалобе. – Надо ж, тоже Бермудина. Что этот Бермудин, центр Вселенной? Бермудин там, Бермудин тут! Что потух, тезка?

Сергей нервно щелкал замочком наручных часов. Почувствовав легкое раздражение где-то в районе виска, потер пальцем. Черт! Капелька пота упала на брюки.

– Жарко, тезка? Скинь пальтишко.

Так проколоться! Все предусмотреть и оставить подпись в какой-то левой бумажке! Проколоться? Нет, нет. У этих твердолобых мусоров не хватит мозгов так глубоко залезть. Если даже они вышли на Каланчевского, то ни шиша от него не узнали бы. Каланчевский понятия не имел, кто у него покупает фирму. Стало быть… Застучали, суки. Свои. Или…

Шерифовская кассета. Комбинация могла быть записана на ней. Фу, жарища, как в парилке. Неужели они зацепили кассету? Нет, нет, не может быть… Если только им не подсказали… То-то Спикер заварил непонятную кашу. Однако надо взять себя в руки. Можно еще побороться. Пасовать перед этими лохами?

– Ну и что? Что вы мне подписи суете? Да, это моя подпись. Я и не отрицаю. Я действительно в свое время купил этот “Рикошет” по объявлению в газете. Но примерно через неделю у меня из машины украли печать. Я оставил машину незапертой буквально на пару минут – остановился купить сигарет у ларька, ну и… Тот, кто украл, мог воспользоваться печатью.

– Я разве говорил, что кто-то воспользовался печатью “Рикошета”? Ха-ха, тезка, ты не прав.

– Я просто догадался – договор ведь должен быть с печатью.

– Молодчинка. Как правильно догадался. Может, ты заодно догадался, куда подевались консервы? Ну-ка, попробуй с трех раз! Угадай мелодию.

– Я понятия не имею, о чем идет речь. Какой-то Приблудск, консервы. У меня, в конце концов, намечалась важная встреча, а вы мне ее сорвали. Как я буду объясняться перед человеком?

– Гопака станцуешь. И не играй желваками, рожу перекосит. Не помнишь, значит? А чем у нас покойный Шериф занимался? Рекламный агент фирмы “Прилив” – в таком звании он, кажется, пребывал. Мальчонка на побегушках на шестисотом “мерее” рекламные листочки развозил. Так за что ж его по горлышку?

Музыкант во все горло расхохотался. От этого неожиданного проявления чувств Сергей вздрогнул во второй раз.

Смех резко оборвался, и голос опера неожиданно приобрел иные тона:

– Где девочка, ублюдок?! Можешь подавиться этими миллиардами. Черт с тобой, я не поеду в “Прилив” и не стану переворачивать бухгалтерию и склады. Не буду закладывать тебя приблудским ментам и потерпевшим мясникам, хотя мне и обещана хорошая Деньга в случае твоего задержания. Даю слово! Слово мента! Где девочка?!!

Сергей прикусил язык. В прямом смысле. Хотел облизать губы… Спикер! Ну, гандон рваный… Все-таки продал кому-то информацию, раз она просочилась даже сюда.

Впрочем, Сергея это ничуть не удивило. Устранить Зелинского мечтали многие. Желательно чужими руками. Законным манером. Но даже не это сейчас занимало Сергея. История с Приблудском может дойти до Александра Михайловича. А Сергей прокрутил махинацию по-тихому. Без уведомления патрона. Конечно, Шура оттяпал бы как минимум половину, прикрываясь фанерными лозунгами о партийном общаке и духовном братстве. Ссориться же сейчас с Зелинским совсем ни к чему. Во-первых,

Он на подъеме, а во-вторых, кто знает, какая блажь взбредет ему в головушку, узнай он про Приблудск. Да и мотать срок из-за собственной ошибки как-то не тянет.

– А ну, не спать! – прервал размышления Сергея бас Музыканта. – Быстрее, быстрее! Если с девчонкой что-нибудь сделают, я всю вашу компанию раскручу на полную катушку! Или в самом деле в лесок вывезу. Когда начинают играть не по правилам, я тоже имею обыкновение забывать об уголовном процессе. И тоже начинаю игру без правил!

– Ладно…

Сергей решил рисковать. Девчонка, в принципе, уже и не нужна, а весь риск теперь сводится к вшивости этого мента. К надежности обещания не копаться дальше в приблудской истории.

– Ладно, я скажу, где девочка. Если вы гарантируете…

– Гарантирую! Сказал же – слово мента!

– Квартира в Дачном. Я знаю телефон.

– Так, понял! Кто в адресе?

– Не знаю.

Сергей действительно не знал, кто конкретно сейчас на квартире. Возможно, Спикер, возможно, его сумасшедшие воробышки.

– Зачем забрали бабу и девчонку?

– Надо было поговорить… Девчонка как приманка.

– И о чем же намечался базар?

Сергей сжал кулаки, чтобы никто не заметил его дрожащих пальцев. Кажется, он слишком глубоко заглотил крючок. Не соскочить. Сказал “а”…

– Я жду, тезка.

– Не знаю точно. Баба кого-то опустила. Хотят разобраться.

– Не кого-то, а Шерифа. Хватит прятаться за туман. Отвечай внятно и четко. Как можно меньше слов “не знаю”, “кажется”. Самый главный вопрос. Кто их забрал?

– Спикер. Это кличка, я фамилию не помню.

– Что, на хер, за Спикер?