А. Дидон. С. 125–126.
Нет ничего проще этих домов, с греющимися на крыше голубями, с виноградными лозами, которые растут под окнами. Циновки или ковры раскинуты по стенам; башмаки или сандалии поставлены при входе; посреди потолка висит лампа, составляющая единственное украшение комнаты; в небольшой нише в стене помещен деревянный расписанный яркими красками сундук для хранения книг и других более или менее дорогих семейных реликвий; на довольно широком месте для возлежаний, тянущемся вокруг стен, скатаны цветные одеяла, которые служат постелями, и на том же месте установлена в порядке глиняная посуда для обыденного употребления. Около двери стоит обыкновенно кувшин из красной глины, со множеством ветвей, покрытых листьями и воткнутых в горлышко для сохранения прохлады в воде. В обеденное время в центре комнаты помещается расписной деревянный стол, куда на большом подносе подают блюдо из риса и говядины или печеные плоды. С этого подноса берет себе всякий, кто сколько хочет. Перед обедом и после служанка или самый младший член семейства поливает на руки обедавших воду из медного кувшина над медным тазом. Так же, должно быть, спокойно, просто, смиренно, без приключений проходила и жизнь Святого Семейства в Назарете.
Ф. Фаррар 2 . С. 30–31.
Меблировка самая незатейливая: несколько скамеек, стол, подушки, разложенные вдоль стены, матрасы и плетенки, подсвечник, лампада в одном углу стены, широкий сундук для белья и платьев, плетеная подушка, несколько ваз, базальтовый жернов для хлеба. Камин или очаг иногда бывает расположен посреди комнаты; при двери каждого жилища привешен маленький продолговатый ящик «мезуза», содержащий пергаментный сверток, на котором написаны два отрывка из Библии, взятые из книги Второзакония.
А. Дидон. С. 125–126.
Он вышел из народа. Его отец Иосиф и мать Мария были люди простого звания, ремесленники, жившие своим трудом, в том состоянии, столь обычном на Востоке, которое не может быть названо ни достатком, ни нищетой.
Э. Ренан. С. 72.
Эта бедность была не жалкая и отвратительная нищета, а состояние приятно-простое, довольное, счастливое и всегда радостное. Мария, как и все женщины ее состояния, пряла, готовила пищу, ходила за покупкой плодов и каждый вечер с глиняным кувшином на плече или на голове посещала источник, после того названный источником Пресвятой Девы. Иисус в детском возрасте учился, а в субботние дни ходил в синагогу.
Ф. Фаррар 2 . С. 31.
Полнейшая простота жизни в этих странах, устраняя потребность в комфорте, делает привилегию богатства почти не нужной и превращает всех в добровольных бедняков. С другой стороны, общее отсутствие художественного вкуса и любви к изяществу в окружающей обстановке придает даже жилищу того, кто всем обладает, вид недостатка.
Э. Ренан. С. 72.
Кто видел назаретских детей, в их красных кафтанах, в светлых шелковых или суконных туниках, в разноцветных поясах, а по временам в широких белых или голубых жакетках; кто наблюдал идиллическую живописность из забав и слыхал их звонкий смех, когда они бродят вокруг холмов своей родной долины или играют партиями на скате холма, возле красивого и обильного источника, тот может, пожалуй, составить себе некоторое понятие, как выглядел в то время отрок Иисус и чем забавлялся. Путешественник, который, как это однажды сделал я, пойдя следом за возвращающимися домой детьми, при виде незатейливых домиков, скудной обстановки, обыкновенной, но свежей и здоровой пищи, счастливой, патриархальной, без всяких особых событий жизни, мог бы, пожалуй, составить живое представление о среде, в которой жил Иисус.
Ф. Фаррар 2 . С. 30–31.
Домашнее воспитание у евреев, исключительно религиозное и патриотическое, сосредоточивалось на законе, уроках нравственности и истории. Цель его заключалась в том, чтобы развить силы ума в детях и запечатлеть в сердцах Закон Божий, верность заповедям Божиим и любовь к народу. У домашнего очага зарождается патриотизм в душе ребенка; в сердце отца и матери он, вместе со страхом Божиим, черпает познание божественных велений и изучает религиозный дух Израиля и его великое предназначение. На воспитание родители взирали, как на свою священную обязанность. Первенец был для них продолжением рода и знаком благословения Божия; семейство без потомства представлялось заброшенным и проклятым: оттого-то между родителями и детьми в Израиле установилась любовь, придававшая израильским семействам такую устойчивость, какой никогда не знали язычники. Римлянин имел право убивать своих детей, лишать их наследства и бросать на произвол судьбы, еврей самой религией обязывался беречь их для будущей пользы семьи и народа, полагавших славу свою в многочисленности и благочестии своих потомков.
А. Дидон. С. 125.
Воспитание еврейского мальчика из низкого сословия ограничивалось изучением Писания и уроками нравственности. Родители обыкновенно сами бывали единственными его учителями. Нет никакого повода сомневаться, что и наставниками Иисуса в изучении Шема, Аллилуия, а также других простейших частей Св. Писания были Иосиф и Мария.
Ф. Фаррар 2 . С. 43.
Прямыми постановлениями требовалось от всякого отца, чтобы он прилежно преподавал детям священную историю своего народа с великими делами и разнообразными превратностями в жизни его предков, равно как и постановления закона, и беседовал о них с ними, сидя ли в доме или находясь в пути, удаляясь на покой, или вставая с постели.
А. Лопухин. С. 48.
Но никакой раввин не мог требовать Его себе в ученики.
А. Дидон. С. 127.
…Кстати, это не означало, что Иисус не был образован. Вероятно, евреи той поры были грамотнее всех других народов Римской империи. И хотя в Иерусалиме высокомерные люди сочли Иисуса «неученым», по всему видно, что Он мог бы поспорить ученостью со знатоками Писания.
Ч. Додд. С. 100.
Его ум, однако, сохранил свою первобытную свежесть, которую всегда ослабляет обширная и разносторонняя культура.
Э. Ренан. С. 79.
Те, кто говорят об ограниченности Галилеянина, расписываются в собственной ограниченности. Несомненно, Он верил в то, во что не верит ни одна современная секта; но в это верили не только в Его время или в Его стране. Вернее будет сказать, что в это не верят только в наше время. Еще вернее, только в наше время меньшинство, не верящее в это, может играть видную роль в обществе. Христос верил в бесов и в духовное исцеление недугов совсем не потому, что родился в Галилее при Августе. В то же самое верили в Египте при Тутанхамоне и в Индии при Моголах. Материалистам приходится отстаивать свои взгляды против свидетельств всего мира, а не против провинциальных предрассудков Северной Палестины времен первых императоров.
Г. Честертон. С. 215.
В этом отношении Иисус нисколько не отличался от своих соотечественников. Он верил в дьявола и смотрел на него, в некотором роде, как на гения зла. Он воображал, как и все, что нервные болезни были делом демонов, которые овладевают больными и терзают их.
Э. Ренан. С. 82.
В благоустроенном и благочестивом доме не терялось ни одного благоприятного обстоятельства — за обеденным столом, утром или вечером за рукоделием — для того, чтобы внушать юным умам благоговение к Богу и постоянно преподавать им заповеди и законы, пока они не заучивались наизусть.
