— Да, — отрывисто бросила я и перехватила испуганный взгляд иномирянки. Интересно, если бы я не лишила её голоса, ответила бы она на оскорбление, или всё—таки жизнь в нашем мире хоть чему—то её да научила?
— Зайдёте — поклонитесь. В глаза правителю не смотреть, и не смей первая говорить. Уяснила?
— Да уж знаю, как с оборотнями общаться, — процедила сквозь зубы и решительно пошла вперёд, крепко сжав влажную ладошку Алины.
Полог шатра расступился, и я почувствовала, как мы прошли магический барьер. Открытую кожу закололо мелкими иголочками.
Шаг, другой. Алина дёрнулась назад, но моя рука удерживала её крепко подле меня. Ещё шаг, и мы вошли в просторный светлый зал, какие обычно бывают в замках.
Камень для строительства здесь использовали светло-серый с красивыми розоватыми прожилками кварца. Кое-где виднелись сияющие вкрапления фиолетовых кристаллов. Такие камни обычно используют, как накопители. Но в таком большом количестве раньше я их не видела. Гномы не часто продавали камни из-за сложности разработки жил. Очень часто такие попытки заканчивались обвалами породы со смертельным исходом.
Всё вокруг удивляло даже меня, что уж тут говорить об Алине. У неё глаза стали, как плошки, и она с любопытством завертела головой. Ну, пусть лучше молча разглядывает, чем трясётся от страха.
В целом зал был практически пуст. Только у дальней от входа стены на возвышении стоял трон. Он напоминал пень с высокой спинкой из переплетённых цветущих лоз. Искусно сделанные цветы из драгоценных камней выглядели живыми. Даже капельки росы поблёскивали на лепестках. Пожалуй, этот трон был самым «живым» в этом лесу.
Я не сразу заметила Альфу. Мужчина стоял у окна, заложив руки за спину, и молчал. Молчала и я, выдерживая паузу. Правитель лисавцев не мог не заметить, что в зале он уже не один, но не спешил поворачиваться. И вдруг заговорил:
— Дракон скоро пробьётся сюда.
У меня внутри всё радостно сжалось. Этот точно Эйгарон! Ммм… Лейер Драг-Арон. Нас не бросили!
— И нарушит древнее соглашение между нашими народами о неприкосновенности территорий, — лисавец повернулся, опаляя взглядом угольно-чёрных глаз без белков. Альфа был стар, но силён. Его девять хвостов поднялись вверх, раскрываясь веером за спиной. Одет он был в чёрное кимоно и просторные штаны. В треугольный вырез на груди проглядывала белая шёрстка. — Из-за кого из вас дракон в своём истинном облике так рвётся сюда, а, магисса?
Я несколько помедлила, прежде чем опустить глаза и склониться в низком поклоне, подталкивая Алину, и успела увидеть, как глаза мужчины изменили цвет, становясь тёмно-фиолетовыми.
— Лейер Драг-Арон — куратор моей практики, Альфа. Девушка рядом со мной — наше задание. Он беспокоится о нас двоих. Позвольте узнать: зачем вы пригласили нас в гости?
Формулировка была самой дружественной. Конфликтовать с самого начала не видела смысла.
— Поднимись, — со смешком разрешил правитель. — Ты не далека от истины, магисса. Вы действительно не пленницы, — хотя начало нашего пребывания здесь указывало на обратное, я никак не прокомментировала это. Молча слушала, что ещё скажет лисавец. И он продолжил: — Мне хотелось первым познакомиться с иномирянкой.
Мягкой поступью правитель подошёл к нам и указательным пальцем с острым когтём поднял лицо Алины за подбородок. Рассматривал он её несколько минут, недовольно кривя губы.
— Вы ведёте её к моему сыну Азарвилу. Хочу понять: зачем она ему понадобилась? Для меня скрыта эта часть будущего. Смотрю и не понимаю… — мужчина задумчиво прищурился. — Обычная квартеронка. Не чистая кровь. Нет в ней духовной силы… Зачем ты нужна Оракулу? Что было в его послании к магам?
Последние вопросы он задавал хлёстко, даже я внутренне сжалась от ментального посыла. Уверена, если бы не мои манипуляции с голосом Алины, она бы уже всё выдала, а так только отрицательно качала головой и хваталась за горло.
Лисавец недовольно ощерился, вдруг резко развернулся ко мне и уставился немигающим тяжёлым взглядом.
«Не смотреть в глаза!» — напомнила себе и стала рассматривать волоски на правом ухе альфы. Хорошо, что у меня был опыт общения с подобными индивидуумами, обличёнными властью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Это ты постаралась, магисса, — вдруг довольно сообщил мужчина. — Кандалы не удержали твой дар жизни! Значит, я не ошибся. Ты та, что мне нужна.
После его слов я удивлённо взглянула на него. Стало любопытно, откуда он знает о моём даре, и для чего я ему понадобилась.
— Простите, Альфа, зачем я вам?
— Расскажу немного позже. Всё-таки вы у меня в гостях. Почистите шёрстку и разделите со мной поздний ужин. Отдохнёте, пока дракон перейдёт границу сам. Будет ему потом наука, как давние соглашения нарушать. Вот тогда и поговорим.
Лисавец никого не звал, но из неприметных дверей вышла молодая женщина в красивом лёгком платье, струящемся серебром по статной фигуре. Лисавка была низкорослой, на уровне с Алиной. Черты лица в целом были, как у мужчин, но по-женски мягкие, и белоснежный пушистый хвост был только один.
— Фрея, возьми наших гостей под опеку. Я жду их к ужину.
Лисавка низко поклонилась и поманила нас за собой.
Как-то задерживаться и пытаться что-то ещё выяснить я не стала. Альфа сказал всё, что хотел сказать на этот момент. Аудиенция прерывалась до ужина. Оставалось следовать его воле. И ждать, когда правитель соизволит объясниться.
Что же, воспользоваться передышкой, немного отдохнуть и нормально поесть я бы не отказалась. Вот только кандалы.
— Господин, а кандалы? — я звякнула цепью. Лисавец ухмыльнулся во всю пасть, но ничего не ответил. Подошёл и провёл рукой над цепью между наручниками. Цепь исчезла. Сами антимагические наручники — нет.
— Это для твоего же блага, магисса. Чтобы не было соблазна что-то разрушить в моём доме и случайно кому—то навредить. И так твой дар жизни ты будешь чувствовать острее. Стихии в твоём случае отнимают внимание. И можешь квартеронке вернуть голос. Я хочу услышать за ужином ответы на свои вопросы.
____
Квартеро́н — в колониальной Америке так называли человека, у которого один предок во втором поколении (дед, бабка) принадлежал к негроидной расе, то есть потомок мулатного и белого родителей.
В контексте произведения автор использует вольную интерпретацию понятия, связанную с чистотой крови и наличием/отсутствием магии.
Глава 19. Квартеронки
Помещение, куда нас привела Фрея, по назначению оказалось небольшой купальней. Чаша бассейна, размером локтей пятнадцать на десять, уже была наполнена водой. Сверху плавала шапка сбитой ароматной пены. У бортиков стояли керамические плошки с разными средствами для ухода за телом и волосами; лежали скребки, новенькие мочалки из люффы.
— Вы можете раздеться здесь, — сопровождающая указала на широкую скамью-лежанку. — И положите грязную одежду и обувь в эту корзину. После стирки вещи принесут в комнаты, где вы проведёте ночь.
Фрея выдвинула из ниши плетёный из лозы короб и достала с полок большие, мягкие даже на вид, белые полотенца. Женщина всё делала без суеты и не выказывала своего отношения к незваным гостям.
Немного помедлив, я отстегнула цепь, связывающую меня с Алиной, и вернула девушке возможность говорить. Что удивительно, иномирянка продолжала добровольно молчать, сосредоточенно о чём-то думая.
Расспросы о её знаниях о цели миссии я оставила на то время, когда мы останемся одни. По крайней мере, хотя бы условно. Сомневалась я, что за нами не приглядывают тайно охранники. Угрозу воина я запомнила.
Без стеснения я первой полностью разделась и направилась к купели. Вдруг за спиной раздался удивлённый возглас Алины:
— Киария, а где все твои шрамы?
И правда, опустив глаза, я не обнаружила на теле ни одного белёсого росчерка от полученных в драках ран. Это было странно. Не менее странно, чем затянувшаяся рана на плече после драки с парнями на поляне в лесу. И дело ведь не в магии жизни. Раньше же я сама себя не излечивала. Да и не прикладывала я никаких усилий, не плела заклинания, не читала наговоры.
