— Значит, я могу надеяться на положительное решение моего вопроса? — обрадовалась та, что всё так легко получалось. Затем вспомнила, что ещё так и не рассказала о новых доводах для создания поселений. — Это действительно необходимо. По сведениям некоторые работы…
— Можешь не продолжать, — скучающе произнёс Ал’Берит. — Причины для утвердительного ответа у меня есть. Так что считай, что оно уже принято. Все необходимые данные о предпочтительном количестве, возрасте, после запросишь у Кварзиотто.
— Я благодарю вас, повелитель, — пожалуй, это было самой замечательной новостью за последнее время. Естественно, что её тут же омрачили новым замечанием.
— Отбором людей для переселения тоже будешь заниматься лично. Приступишь сразу, как только первая волна пройдёт, и на Земле образуется некое подобие порядка.
А вот это было уже намного хуже.
Когда ты спасаешь некое абстрактное человечество, то всё ещё довольно просто. Посмотрела на Питомник. Решила, что даже предлагаемые им ужасы лучше, чем ничего. Теперь вот стоило узнать — сколько человек можно было вытащить с Земли. А там следовало постараться организовать наиболее приемлемый быт для них… Но вот когда из нескольких сотен предстояло лично выбрать двух-трёх? Собрать кучку, чтобы пройти мимо тысяч?
Ал’Берит знал, что делал. Прекрасно понимал, что действительно стоило доверить своей марионетке, чтобы та ни на миг не прекращала ощущать свои тонкие ниточки. И ведь было не подкопаться. Сама всех взбаламутила. Самой и стоило идти до конца. И начинать с самого начала.
— Я поняла, — ответила, в миг побледневшая, Лея.
— Замечательно, — спокойно ответил наместник и достал новый свиток.
Его пальцы ловко вытащили из подставки для письменных принадлежностей огромное чёрное перо с серебряным наконечником. Рука привычно начала выводить изящные символы, а затем и сделала внизу заключительную подпись, больше похожую на схематичный рисунок. Документ, написанный виконтом Ал’Беритом — непревзойдённым наместником города Аджитанта, можно было смело вешать в рамку, как произведение искусства, а демон лишь просто и буднично передал свиток в её слегка вспотевшие ладони.
— Вот указ. Исполняй.
Лея взяла свиток, встала с кресла и хотела было уйти, но вспомнила про фолиант. Пусть повелитель думал бы себе что угодно, но от «подарочка» она не отказалась бы. Пальцы ухватили книгу за обе стороны низа обложки, но та ни в какую не хотела подниматься. Тогда в голову пришло, что можно было и «по старинке». Прилагая немало усилий, девушка пододвинула фолиант к самому краю стола, чтобы документ чуть свисал. Наместник наблюдал за сим цирковым фокусом не отрывая глаз. Помогать ей, чтобы лишить себя подобного увеселительного зрелища, он явно не собирался.
Наверное, только богатое воображение, нарисовавшее, как она всё же взяла бы книгу, спустилась по ступенькам, а там, стараясь сделать поклон, так и рухнула бы со своей ношей, позволило избежать подобной ошибки. Умница предварительно поклонилась на прощание и, всё-таки сумев удачно ухватить том, начала спускаться с постамента. Мумия, понимая, что малейший неосторожный взгляд и эта кипа каллиграфической писанины рухнула бы на многострадальную черепушку, затаилась, заставляя Лею злорадно ухмыльнуться. Увы, вес ноши соглашения не позволял подбросить его, чтобы припугнуть ту ещё сильнее. А дверь из кабинета по доброй привычке раскрылась вполне самостоятельно.
В коридоре уже маячила фигурка Дайны. Демонесса вальяжно опиралась спиной о перила ограждения, поджидая свою госпожу. Узрев оную, та лениво покинула пост и неторопливо подошла к девушке.
— Держи, — не терпящим тоном возражений сказала её госпожа. В конце концов, силёнок у воительницы поболее было.
— Милая книжечка, — угрюмо прокомментировала Дайна, но всё-таки приняла фолиант.
Мышцы рук телохранительницы слегка напряглись, но видно было, что удержание документа не доставляло ей таких уж неудобств. Лея, передав свою ношу, свободно вздохнула. От тяжести кисти рук слегка задрожали, но это было временным явлением. Хотя, скрыть его стоило. Поэтому молодая женщина прямиком направилась к себе. Её желание отдохнуть и выспаться никого не волновало здесь.
«Время рабочее — так что соизвольте и проводить его соответственно, госпожа Пелагея… А не то вон там Питомник некий есть. Всегда добро пожаловать», — ехидно прокомментировал мозг, и на душе стало обидно, что такие комментарии отпускал её собственный разум.
В кабинете царило безмятежное спокойствие. Дарра развалилась в кресле своей госпожи. Дорра полулежала на ковре и над чем-то звонко хихикала. Даже Дана и то не занималась бумагами, а спокойно сидела на диванчике с неестественно прямой спиной и закрытыми глазами. Их она не собиралась открывать даже несмотря на то, что руководство соизволило де явиться. Дайна оглядела своих сестёр хмурым взглядом и направилась к письменному столу. Соглашение с глухим, но раскатистым гулом, рухнуло на столешницу. Глаза Даны резко открылись, а остальные Дагна с любопытством уставились на это чудо письменности.
— И чёй-то такое? — поинтересовалась Дарра, не решаясь дерзить раньше времени.
— Подарочек, — Лея ласково погладила кожаную обложку. Белая половина отдавала бережным теплом. Чёрная — ледяным холодом.
— Увесистый, — авторитетно заявила Дайна, наконец-то решив рассмотреть заголовок. Видимо тот её не порадовал, настолько кислым стало лицо Кхалисси.
— Познавательный, — реабилитировала тот девушка, и Дана оглядела фолиант убийственным взглядом.
Кажется, умная демонесса моментально поняла, кому на самом деле предстояло «познавать» сиё чудо юриспруденции. Правда, на её счастье госпожа от этого взора смутилась. Просьба о переводе буквально застряла в горле. Уж и так слишком много возложено было на плечи этой Дагна. Поэтому Лея обрадовалась, когда Дарра повела разговор в иное русло. Пусть и такое.
— Как поездка?
— Это было… познавательно, — повторила она те же слова, что и в кабинете наместника. Однако на этот раз грустно добавила. — Честно. Я думала, что такое от меня не будет скрываться. Неожиданно и неприятно!
— А ты действительно хотела бы знать всю правду? — даже не думая оправдываться, возмущённо сказала Дайна.
«Да!», — хотелось вскрикнуть вслух мозгу, но он понимал, что демонесса оказалась права, и только заставил голову опуститься.
— Я бы не хотела её узнавать так, — наконец решительно произнесла девушка.
Воительница усмехнулась и подошла совсем близко, смотря только в глаза Лее. Этот взгляд вышел очень тяжёлым, но она его выдержала.
— А теперь ответь. Спасая людей, чтобы отправить их в Питомник, ты бы рассказала им всю правду?
— Нет, — пришлось признаться тихим голосом.
Наверное, действительно, чтобы простить кого-то, нужно было его понять. А это всегда оказывалось невероятно тяжело. Ведь каждый из нас пропускал информацию через маленькую призму, называемую «Я». Ничтожный нюанс, а смысл порой менялся кардинально. Одно и тоже событие имело уйму сторон и разночтений. Поэтому понять кого-то всегда намного сложнее, чем могло бы показаться. Понять — это полностью примерить «шкуру» другого существа на себя. И сейчас Лею просто ткнули носом, как щенка, в этот факт. Она и сама бы сделала то же самое, что и Дагна. Какое же тогда имела право осуждать их?
— Тогда давай не будем говорить о том, что мы невежливо или несколько нехорошо поступаем с тобой, — заключила демонесса. — Во всяком случае, наш клан хоть как-то старается тебе помочь.
— И я очень ценю это Дайна. Очень… Наверное мне просто ещё больше не хочется терять уверенность, что это действительно так. Что я хоть на кого-то могу положиться в этом мире, — призналась Лея и поняла, что это действительно было правдой. От осознания истины стало невероятно жалко себя, и она горько пожаловалась. — Вокруг все только и пытаются использовать меня на своё усмотрение!
— Использовать! Это называется взаимопомощь без взаимности. И Питомник тому яркое подтверждение, — фыркнула в ответ Кхалисси и хитро прищурилась. — Так ли уж ты ничего не получаешь взамен, чтобы столь расстраиваться?
