class="p1">– Миш, у тебя есть дома бар?
– Есть, но пустой. Я себя сознательно ограничиваю. Но по дороге мы что-нибудь купим. Виски, ликер, коньяк?
– А как себя можно ограничивать бессознательно?
– До бессознательного состояния. Только в этом случае ограничений не существует. Так виски, ликер, коньяк?
– Нет. Купи мне бутылочку шардоне. Если, конечно, этот сорт будет в ваших магазинах. Я просто обожаю шардоне. В Москве это не проблема.
– В Риге может статься не так. Город просто соткан из проблем, в отличие от всевосхищающей Москвы.
Мы заехали в ночной маркет. Убожество поселилось в нем раньше хозяина. Я купил бутылку вина, орешки, несколько не внушающих доверия упаковок конфет.
– Шардоне было, милый? (Быстро я перекочевал в разряд милых. Стало даже тошно.)
– Да, Анжелика. Конечно же, было. Сказали, что последняя бутылка. – Я достал из пакета пузырь.
– Фи-и-и… Это же калифорнийский розлив. О, господи! Это калифорнийский розлив!
Не знал, что Господь ведает наполнением бутылок.
– В Калифорнии криво льют?
– Нет, там другое солнце.
– Ну да… Лучи зеленого цвета.
– А ты не купил фруктов… Я буду плакать, если ты не купишь мне фруктов.
Мне захотелось, чтобы она рыдала. Мне хотелось поставить ее под кокосовое дерево и загнать наверх выдрессированную мартышку. Может, удар ореха в темечко выправил бы извилины этой невесты. Я подъехал к заправке и набил пакет бананами, киви и яблоками… Не успели мы тронуться, как она вспомнила, что просто не мыслит своей жизни без минеральной воды «Эвиан». Потом была зубная щетка, непромокаемая шапочка для волос и женский дезодорант. Очутившись в квартире, она тут же нарекла ее холостяцкой берлогой.
– Я хочу переодеться. У тебя нет какого-нибудь халатика?
Халатик был, и причем не один. Но девочка с таким низким стартом могла закатить сцену ревности.
– В ванной – шкафчик. В шкафчике – хоккейные майки. Они длинные и просторные, как халаты. Новые – на нижней полке. Можешь выбрать любую.
Я просто не сомневался, что она выберет майку в крупную сетку. Под черной материей хорошо просматривались белоснежные трусики. Лифчик она сняла. Нежные ступни, красный педикюр на загорелых ножках, аристократические лодыжки, распущенные волосы. Это был вызов. Я забыл, что она стерва. Я хотел ее. Оружие, которое не дает осечек. Тоненькая полоска с кружавчиками. Выпирающие соски, длинные ножки, томный взгляд, гордо вскинутый подбородок. Закинув ногу на ногу, Анжела вальяжно развалилась в кресле напротив меня: «Я восхитительна и желанна. И сейчас я вытяну из тебя все соки».
– За нашу встречу, Миша. (Мы первый раз за вечер чокнулись.)
– Да, Анжелика. За нашу встречу. – В моем голосе не было прежней уверенности.
– Ответь мне на один вопрос. Тебе он может показаться нескромным, но все же я задам его. Только не лукавь и не строй из себя строптивца. Ты ведь хочешь меня? – Вопрос был задан безапелляционным тоном.
Обычно все начиналось по-другому. Ну, не так резво. С ответом я помедлил:
– Отрицательно на твой вопрос мог бы ответить импотент или педераст… Маленький мальчик засмущался бы и застенчиво промолвил «не знаю»… Древний старик задохнулся бы от счастья… Я не импотент, не пидор, не мальчик, и до старости мне еще далеко.
– Значит, пошло, но оригинально упакованное «да». А знаешь, ведь я тоже хочу тебя. Но… Есть одно маленькое «но». Я должна испытать оргазм.
– А его не нужно испытывать. Его получать нужно.
– Не перебивай, пожалуйста. Так вот. Я не сомневаюсь, что ты опытный и страстный любовник. Я почему-то уверена, что своими ласками ты можешь довести меня до безумия. Но ведь оргазм должен быть не только физическим. Да… это сладкие волны, обволакивающие все тело, это приятные судороги, этот океан блаженства. Но… Этого мало. Есть еще и моральный оргазм. Когда ты чувствуешь не только горячую плоть, но и душу, когда блаженство продолжается дольше. Ты когда-нибудь испытывал моральный оргазм, Мишка?
– Да. Когда шайбы в ворота забивал, из-под шлема так и текло.
– Не пошли. Тебе это не подходит – раз. В душе ты не такой – два. Способ этой защиты вышел из моды – три… Так вот. Я не могу без морального оргазма. И боюсь, что если лягу с тобой в постель сегодня, мне будет не дано его испытать во время нашей первой близости. А это страшно. Это может даже оттолкнуть. В одной составляющей этого сладострастного чувства я уверена. А во второй, увы, нет. А я должна испытать оргазм в полной мере. И обязательно моральный. Я тонкая натура.
– Я тоже тонкая, и я уже испытал. Только виртуальный. Я мысленно кончил. И вообще я хочу спать.
– Грубо и снова пошло. Постели мне, пожалуйста.
– Белье – в шкафу. Подушки и одеяло – там же. Спокойной ночи, Анжелика.
Форменная садистка. Ей нужен моральный оргазм. У нее тонкая натура. Наверняка перед сном будет мастурбировать. Ну, ничего. В левый кулак нужно сжать волю, в правый – член. Сжать и заснуть.
Перед сном я долго ворочался. Заснул на спине. Мне снились оранжевые мышки в черную полосочку. Они водили хороводы, грызли сервелат и занимались любовью. Они звали меня к себе. Зоофилическое путешествие по тайникам человеческого сознания…
Открыв глаза, я увидел стоящую в изголовье кровати Анжелику. У девушки был тяжелый взгляд. Мне кажется, от него я и проснулся. Часы показывали девять. Сонным голосом я пробормотал:
– Может, приляжешь, Анжел? Еще спать и спать можно. Я тебя побаюкаю, сказку расскажу…
– Я хочу ку-у-ушать. А у тебя в холодильнике только яйца.
Надо же. Фантастический аппетит. Не успела проснуться и уже влезла в холодильник.
– М-да… И те, что в холодильнике, не болят. Им холодно, и они не болят. У тех яиц анестезия. А у меня не яйца, а колокола.
– Ну сколько можно пошлить, Мишка? Я правда хочу есть, – канючила Анжела.
– Значит, поедем есть.
Я мысленно прикинул, где могут кормить в такую рань. Тем более в воскресенье. Только в гостиницах. Но там шведский стол для постояльцев… Еще в эти часы завтракают в тюрьмах и больницах. Тьфу, тьфу, тьфу… Вспомнил про ресторанчик «Стабурагс». Настроение было не воскресным. Член гудел и делал зарядку, играя с кровопритоком. Хотелось спать. По дороге я чуть не врезался в ограждение. Анжелика сказала, если я буду вести себя так всю неделю, она разочаруется в женихе. Она собирается ошиваться здесь целую НЕДЕЛЮ!..
«Стабурагс» был открыт. Заведение в стиле придорожной харчевни времен Лифляндского герцогства. Стены и полы – из дерева. Потолок – из соломы. На полках – дубовые венки и фотографии умирающих от воспаления альвиол
