Через некоторое время она опустила ресницы. Взгляд скользнул вниз по его телу, медленно, изучающе, так, будто она старалась запомнить каждую клеточку, каждую напрягшуюся мышцу. Он почувствовал себя обнаженным под этим оценивающим взглядом. Почувствовал, что не в силах больше сдерживаться.
– Уходите, Мэриан. Сейчас же!
Взгляд остановился на застежке его панталон. Доминик напрягся так, словно она коснулась его. Сейчас он не сомневался в том, что может схватить ее в объятия, может поцеловать, может сделать с ней все, что угодно. Она не будет сопротивляться. Она любопытна. Чувственна от природы. И, кажется, под этим просторным восточным одеянием на ней ничего нет…
Он повернул ее кругом и решительно подтолкнул к двери.
– Исчезни, плутовка. И больше никаких менди до самой брачной ночи.
Если Кайл не поддастся этому завораживающему сочетанию чувственности и невинности, значит, он вообще не способен что-либо чувствовать, его трижды проклятый братец, которому он, Доминик, все еще хранит верность, хотя тот ее и не заслуживает.
Он захлопнул за Мэриан дверь и повернул ключ. Прислонился к стене, не в силах двинуться с места. Его била дрожь.
Она наткнулась на Роксану и едва не упала. Собака радостно забила хвостом при виде хозяйки; Мэриан остановилась, пытаясь осознать то, что сейчас произошло.
Он поистине прекрасен. Ей понравилось ощущение его гладкой тугой кожи, намного темнее, чем ее собственная, с густыми зарослями волос на груди, так интригующе сужающимися книзу. В то время как она рисовала менди, его энергия ожила, преобразовалась в ярко-красный нимб желания. Ей так хотелось потрогать его всего, ощутить его на вкус и дать ему вкусить себя.
Сгорая от странного нетерпения, она круто повернулась и пошла по коридору к задней лестнице, к своему персональному выходу. На этот раз она оставила Роксану дома. Ей захотелось побыть одной. Все чувства и ощущения были обострены. Она вдыхала прохладный ночной воздух, его пряные запахи. Покрытая росой трава холодила босые ступни.
Бесшумно передвигаясь сквозь лунный свет и тень, она достигла участка «диких» посадок. Эта иллюзия природной дикой чащи больше всего соответствовала ее теперешнему настроению. Мимо с уханьем пронеслась сова, едва не задев ее своими крыльями. Через некоторое время откуда-то издалека раздался чей-то смертный крик. Сова настигла свою добычу. Еще чей-то крик, громкий, загадочный, пронесся по лесу. Наверное, барсук. Хотя они чаще рычат или лают. Любопытно, кто же это… Мэриан пошла на звук.
Шагов примерно через сто она вышла на небольшую поляну, где пара барсуков прыгала и резвилась в любовном танце. Самка встала на задние лапы, подняв мордочку к лунному свету. Словно партнер в танце, самец сделал то же самое, явно желая произвести на нее впечатление. Они слились в объятии и покатились по траве, как один меховой клубок. Поддразнивая, самка ударила самца лапой по спине. Он подался назад, потом прижал ее к земле, укусил за шею, после чего принялся лизать ее темный мех с нежностью собственника. Самка издала звук, похожий на кошачье урчание, предвкушая то, что последует дальше.
Они настолько увлеклись друг другом, что даже не заметили ее присутствия. Мэриан отвернулась и как слепая пошла дальше. Возбуждающие образы проносились перед ее мысленным взором. Они с Ренбурном так же восторженно и страстно катаются по траве на лугу. Ее зубы покусывают его крепкое разгоряченное тело. Постепенно игра переходит в страсть. Его губы, его руки доводят ее до умопомрачения, его сила покоряет ее, он овладевает ее телом.
Как в тумане она дошла до сада, не замечая ничего вокруг. В воздухе висел возбуждающий аромат, белые цветы на клумбах казались призрачными в лунном свете. Мэриан без сил упала на прохладный каменный постамент древней римской статуи, стоявшей в центре сада.
Все живые существа спариваются. Она это давно знала, не раз наблюдая птиц и животных Уорфилда в страстном слиянии. Самки и самцы теряют головы от желания. Их поведение когда-то заинтриговало ее, и она стала наблюдать, как соединяются их тела. Однако до сих пор не могла понять, что же ими движет. Благодарила судьбу за то, что сама она избавлена от такого.
Теперь она осознала, что до сих пор не испытывала этого только потому, что не встретила своего партнера. Сегодня она впервые ощутила это дикое желание соединиться, слиться с другим существом. Все тайные местечки на ее теле пульсировали от возбуждения, хотя она инстинктивно чувствовала, что испила лишь малый глоток из кубка страсти. О, сколько там еще осталось!
Но человечество в своей непроходимой глупости все усложняет. Ренбурн тоже хочет ее. Она видела желание в его глазах, ощущала страсть во всем его теле, заметила, как вспыхивает нимб энергии при каждом ее прикосновении.
И все-таки по какой-то непонятной, противоестественной причине он отступил. Какая досада… Но ничего. Он молод, он мужчина, самец, кровь в нем кипит. Ее время еще придет. Она это чувствовала кожей.
Он ее пара, и она его получит. Очень скоро.
Глава 12
Не спать, дожидаясь, пока подсохнет хна, не составило никакого труда, а вот заснуть потом оказалось гораздо сложнее. В конце концов Доминик забылся беспокойным сном. Грезил о том, как занимается любовью с Мэриан. Проснулся с бешено бьющимся сердцем и обнаружил, что тело его участвовало в этом процессе так, словно это происходило наяву.
Умывшись, он смахнул засохший порошок хны с рисунков. Узоры напоминали воротничок из тонких бледно-оранжевых линий. Увидев свою кожу разрисованной, он в первый момент ощутил какое-то варварское чувство восторга, совершенно несвойственное англичанину.
Представил себе ее маленькие искусные руки, снующие по его телу, и резко отвернулся от зеркала. Теперь, после вчерашнего вечера, уже невозможно скрывать от себя самого, как сильно его к ней влечет. Ну что же, очень хорошо. Он ею увлекся. И какой мужчина бы устоял? Найдите такого. Теперь значение имеет только одно – как совладать со своим непозволительным желанием.
Дальше все пошло еще хуже. Спустившись к завтраку, он узнал, что лорд Эмуорт уже уехал, и почувствовал себя полным невежей. Не мог подняться вовремя, чтобы проститься с человеком… Он налил себе кофе, надеясь восстановить равновесие.
Миссис Ректор вплыла в столовую, когда он допивал вторую чашку. Налила себе чаю, уселась за стол.
– Лорд Эмуорт в восторге оттого, что вы с Мэриан так хорошо ладите.
Доминик вежливо кивнул и сказал:
– Я очень высоко ценю Мэриан, но все же не могу решить, разумно ли ей вообще вступать в брак. Что говорят врачи по этому поводу?
