Ну да — в отсутствии гаджетов мы вернулись к старым, добрым настольным играм.
Вечерами, при медленно оплывающих свечах или рваном, потрескивающем свете костров — рубимся. С удовольствием и азартом. «На интерес» и без оного. Прямо как наши родители и деды.
Хорошо, что еще остались представители тех поколений, кто помнил человеческое существование без интернета.
Но прямо здесь — мы пока обходимся без «дискотек» под гитару и баян, которые вовсю практикуются поселенцами в мире нугари. Там даже пара скрипачей со своими струнными аппаратами имеется. Да еще и «эльфы» с их национальными пищалками не отстают, в благородном деле налаживания культурного обмена между двумя цивилизациями. Если еще и новые знакомые инструменты расчехлят, да американцы свои банджо из-под седел достанут — можно будет такой нехилый сводный межпланетный оркестр создавать. Имени Мирового хаоса!
А вообще хорошо у них там: и танцы по вечерам и футбол и светская жизнь бьет ключом как в пионерлагере: роковые страсти, просто мимолетные интрижки, первые стремительные и обжигающие влюбленности молодняка, ревность, скандалы и чьи-то «залеты» и внезапно выросшие «рога». Ну а куда же без этого? Едва лишь ощущение обреченности самую малость отпустило и понеслось!
People are people!
Ладно — сейчас речь не об этом санатории — где они, а где мы?
А мы сидим в «замке». В очередной раз балансируем на лезвии клинка.
Что высиживаем? Да просто всё: операция на Балканах откладывалась. У Бекима пока не срасталось. То одно, то другое мешало претворению в жизнь обговоренного плана «угона» чужого портала и успешного побега порталиста от своих соплеменников.
Ну и ладно — у нас и в Азии тоже дел хватает. Так что — пускай Европа подождет. К тому же — албанцу это нужно поболее чем нам.
Ну а раз уж я пообещал Арворну межпланетный круиз с кровищей и приключениями — надо выполнять. Так что настало время плотно заняться этими таинственными «сектантами». Тем более, Арворн явно выражал желание — хотя бы просто посмотреть на них вживую. Ну, а на территории Вайоминга таковых пока не наблюдалось.
Вот мы и полетели из американской глубинки в сибирское захолустье. Транзитом через планету Нугари естественно.
Реакция «альбиносов» на «чистый» мир Нугари была сдержанной, но их засверкавшие глаза, жадно оглядывающие окружающее, без лишних слов говорили всё сами за себя.
Собственно, а что я их до сих пор «альбиносю»? Сами «белоснежки» именуют себя — атрейцами. По названию своей планеты — Атрея.
Мы в «замке», а вокруг него за периметром, расположилась моя «армия тьмы». Далеко не вся конечно, но вполне весомая часть. Вонища от неё стоит просто неимоверная. Троглодиты уже по колено засрали все окрестные поля. На следующий год можно было бы рекордные урожаи собирать. Если, конечно в следующем году здесь найдется кому пахать и сеять.
Вот и коротаем время за игрой, дожидаясь послания от лазутчиков «альбиносов». Атрейцам в том таборе своими проще выглядеть. Внешне-то совершенно «одинаковы с лица». И репутация и у тех и у других зелена, аки трава на замковом дворе.
Один особо одаренный малый из банды Арворна, вообще сейчас внутри монастырских стен тихарится. Сумел-таки за своего проканать, отчаюга отмороженный. А что: судя по уже имеющимся у нас сведениям — много их там поднакопилось, так что вполне возможно какое-то время в этой куче затусить.
…Плюнув на все возможные минусы и последствия, решительно передвигаю «коня» и еще раз уточняю у вождя белокожих:
— Так ты уверен, что не стоит даже пытаться вызвать ваших сектантов на переговоры?
— Абсолютно! — категорично отрезает он, — Конечно, если ты хочешь попробовать — действуй. Только рекомендую использовать в качестве парламентеров — тех, кого совсем не будет жалко или даже — от кого ты хотел бы избавиться. Вот тогда от этой затеи хоть какая-то польза будет, да и тебе не придется ничего делать своими руками.
— Даже так, — задумываюсь я, — Значит их экспансия будет только расширяться, а геноцид коренного населения углубляться?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Думаю, что так. Более того — я просто в этом уверен. — кивает лидер атрейцев.
— И что нам делать?
— Ты и сам знаешь. Зачем тебе нужно, чтобы именно я это озвучил? — вопросом на вопрос отвечает он.
— Слушай, а у вас на планете евреи имеются? — я хмыкаю.
Арнворн предсказуемо не догоняет. Ну, наконец-то! Хоть как-то я этого «филолога-лингвиста» сделал.
— Забей! — советую я, — Специфический местный юмор. Может, со временем поймешь.
…Стук в дверь. Негромкий, но деловой. Сразу понятно — не абы кто, а человек занятой и крайне ответственный ломится.
— Что там еще?
Под скрип несмазаных петель в образовавшуюся неширокую щель просовывает свою вихрастую, всклокоченную головушку — некто Данила Зимин. Он же — Данька. Он же — разгильдяй, каких на трех планетах ещё поискать придется. Сей прыткий отрок четырнадцати лет от роду теперь постоянно обретается при мне в качестве ординарца, адьютанта, коновода, ученика, баристы, хлебореза и «прислуги за всё». Ну а куда деваться? Все равно, хочется мне того или нет — взрослеть пацану пора… И если ранее еще имели место быть какие-то сомнения и надежды на то, что в один прекрасный миг все восстановится и прежняя жизнь вернется на круги своя, то после появления инопланетных сектантов и Арнворна с его атрейцами — лично мне окончательно стало понятно, что все происходящее сейчас — это всерьез и навсегда. Возврата к прежнему не будет. Разве только во снах. Хотя, положа руку на сердце — все и так было ясно с самой первой ночи. Так что Данька теперь постигает воинскую науку и прочее — под суровым взором и неласковым крылом своего вождя. Так спокойнее. Мне. Прикипел я к этому чертенку. Правда к «обратившимся» ему строго-настрого на арбалетный выстрел приближаться запрещено. Под страхом вечного заточения в должности свинаря, в поселке нугари, причем без права вступления в интимные отношения с местными поклонницами.
Аккуратно подвинув шахматную доску и поставив на обшарпанную тумбочку между игроками кофе для своего командора и чай для лидера новых союзников, мелкий демон на удивление быстро удаляется. Даже ни одного вопроса не задал…
Провожаю его внимательным взглядом. Чуть ли не над землей ангелом бестелесным парит. Хм…
— Стоять, вороные!
Не оборачиваясь на голос, Данька застывает на месте каменным утесом среди надвигающегося шторма.
— Где опять накосячил? Отвечать! Быстро!
Меня подобным не проведешь! Я-то этого афериста на раз просекаю! Уж больно благостное выражение на юном лике закреплено. Такое просто так не одевают.
— Да я… — пытается изобразить оскорбленную невинность мальчишка.
— Ладно, некогда с тобой сейчас. Все равно ведь узнаю! Если что — «увольнения» неделю не увидишь. Свободен… Пока… — профилактически подкошмариваю его я. Хотя — этого субьекта ничем не проймешь. Знает ведь, что мелкие косяки ему с рук сойдут, как и всегда. А по-крупному смышленый детеныш не грешит. Умный негодяй — весь в меня молодого!
Кстати о молодняке: «сектанты» стали захватывать и уводить с собой не только «молодых и здоровых» как докладывал мне Алеша, но теперь еще и наших земных детей. Об этом рассказали сразу двое людей, лично присутствующие при том и буквально чудом ускользнувшие от смерти. Беженец из мирного населения, который еще и ухитрился уволочь с собой полусумасшедшую мать одного из тех самых похищенных ребятишек. Запавшие безумные глаза еще совсем молодой женщины и её дистрофичное, костлявое лицо живого скелета, до сих пор то и дело всплывают в памяти. Вот как сейчас…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Не первый человек уже об этом говорит. — после того как убитую горем мать и спасшего её парня увели, мрачно озвучил тогда Зимний. — И что эти твари там с ними делают — непонятно. Может педофилят, суки белобрысые?
Я задумываюсь. Кто же их знает? Может и «педофилят», как выражается Валерон. А может и «янычарят», как правители османской империи в свое время.
