– Гипноз это был, вот что! – авторитетно пояснил Рафаил. – Почти все жрецы владеют гипнозом. А этот – просто чудодей!
– Значит, на самом деле, ничего не было? – с надеждой воскликнул Луи. Главный геолог был бледен и еле стоял на ногах. Он находился на грани обморока. – Ни этого чудовища, ни разговора с ним?!
– Конечно, не было! – усмехнулся Рафаил. – Разве человек может разговаривать со змеей? Тебе все привиделось!
– Слава Богу! – Луи Дюран перекрестился. Мертвенная бледность стала проходить, лицо заиграло красками жизни. Обрадованный, он повернулся к окружающим и больше для себя, чем для них, повторил: – Гипноз, это был гипноз!
Его спутники тоже оживились. Такое простое объяснение ставило происшедшее на твердую почву реальности и всех устраивало. Они оправились от шока и оживленно заговорили.
– Я видел гипноз в цирке, – рассказывал ободрившийся Луи.
– Это вполне научное явление, иногда мы его используем при допросах, – понизив голос, сказал Жак на ухо Кире.
– Вольф Мессинг был гипнотизером, – вдруг вспомнила девушка.
– А кто это? – спросил Жак.
– Один провидец, живший еще в СССР. Он читал мысли и предсказывал будущее.
Только Абиг Бонгани не разделял всеобщего облегчения. Лицо его было мрачным. Он не верил в простые объяснения сложных вещей. А в силу своего организма, неподдающегося сторонним воздействиям, в том числе и какому-то гипнозу, – верил. К тому же Директор Бюро Безопасности был осведомлен о слухах и суевериях, ходивших в джунглях, и знал, что некоторые имеют под собой реальную основу…
– Почему все так радуются? – спросил он у жреца, показывая на ликующую толпу.
– Потому, что Маоли вас отпустила, – бесстрастно ответил тот. – Значит, вы не враги. А раз не враги – значит, друзья! Вот вас и приветствуют, как друзей!
– А если бы она решила не так?
– Тогда и мой народ вел бы себя по-другому…
Бонгани мрачно улыбнулся.
– То есть они бы убили нас? Разорвали на куски?
Жрец развел руками.
– Если бы Маоли выпустила вас, то да. Но она сама могла убить всех восьмерых, разорвать на куски и съесть!
Бонгани передернуло. Он перехватил взгляд Рафаила и понял, что тот придумал версию гипноза, чтобы успокоить остальных. Сам бывший легионер и многолетний жрец племени буру слишком долго жил в джунглях и был слишком опытен, чтобы поверить в столь поверхностное объяснение. Да и Траоле – не мальчик: пораскинув умом он наверняка тоже пришел к менее правдоподобному, но более вероятному объяснению…
Полковник оглянулся и внимательно посмотрел на зловещую черную дыру, из которой им посчастливилось выбраться. Серые воины разомкнули перекрещивающие дыру копья и стояли, как солдаты почетного караула, приставив их к ноге вместо карабинов.
– Вы закрываете вход на ночь?
– Никогда! – потеряв обычную невозмутимость, отрезал жрец. – Маоли в любой момент может осмотреть деревню или поплавать в реке. К тому же под деревней множество туннелей, и она может выйти во многих местах, даже в некоторых домах…
– Вот как?! – ужаснулся полковник, но замаскировал истинное чувство радостным удивлением, которое, впрочем, получилось очень убедительным.
– В том числе, и в моем, – после короткой паузы добавил жрец без особого энтузиазма в голосе.
– Да, это очень удобно, – кивнул Бонгани, содрогаясь от такой возможности, но не выказывая подлинных чувств.
– Чем мы можем скрасить ваше пребывание у нас? – спросил жрец. – Как обычно, начнем с праздника? Сытный обед, танцы, воспевание доблестей наших гостей молодыми красивыми девушками, готовыми выполнить любой ваш каприз… Или у вас есть другие пожелания?
Единственным пожеланием полковника, как и всех его спутников, которые имели возможность вникнуть в ситуацию и всесторонне оценить ее, являлось стремление немедленно убраться из этой «гостеприимной» деревушки, причем как можно скорее, и оказаться как можно дальше! Но для исполнения этой мечты нужно было иметь волшебную палочку. А несмотря на многочисленные рассказы о могуществе африканских колдунов, волшебные палочки у них не водились, и даже в самых правдоподобных рассказах, заслуживающих доверия очевидцев, не фигурировали. Правда, вертолет мог быстро и далеко унести их от страшного места, но экспедиция еще не выполнила своей основной задачи.
Бонгани почтительно наклонил голову.
– Очень благодарны, но вместо праздника прошу выполнить желание, о котором я уже говорил: помочь нашему доктору взять пробы воды из Кванзы.
Жрец кивнул. По его жесту жители перестали ликовать и довольно быстро разошлись. На площади остались несколько крокодилов: двое, помельче, гуляли сами по себе, роясь по углам в отбросах, словно свиньи в сельской глубинке, а четверых покрупнее мальчишки повели по каким-то своим делам.
– А это что?! – закричал Луи, показывая на покорно подчиняющихся детям бронированных земноводных. – Это тоже гипноз?!
– Нет, обычная дрессировка, – успокоила Кира. – В цирках всего мира укротители даже кладут свою голову в разинутую пасть – и крокодилам и львам…
– Пусть никто не боится кроков – их даже близко не будет в воде возле вас, – сказал жрец. – Я дам помощников, они вам помогут…
Через несколько минут Луи, в окружении двух амбунду и шестерых туземцев племени Самаки Рофу, направился к Кванзе. Бонгани предложил Жаку и Кире присоединиться к ним для прикрытия.
– Думаю, нам не стоит разъединяться, – возразил Жак. – Кулак не следует разжимать, если не исключена драка… Луи вряд ли что-нибудь угрожает. А пяти вооруженным людям всегда полезней держаться вместе. Это уже боевая единица…
– Только в специальных подразделениях, – усмехнувшись, уточнил Бонгани, выразительно глядя на Жака, который в списке экспедиции был записан гражданским лицом, сопровождающим жену-эксперта по алмазам.
Жак оставил этот взгляд без внимания.
– Поэтому мы останемся с вами, – закончил свою мысль Жак.
– Дело в том, что я хочу пойти проведать лейтенанта Барасу, с его парнями, – попытался разъяснить Бонгани.
– Ну, и прекрасно, пойдем вместе, – улыбнулся Жак, и Бонгани вспомнил, что француз ни о чем не догадывается.
– Дело в том, что когда нас лишили свободы выбора и собирались тащить на суд к этой… Маоле, я отдал приказ огнем проложить нам дорогу, – пояснил полковник.
– Поэтому вы и положили нас лицом в пыль! – вырвалось у Киры.
– Да. Но они не выполнили приказ!
– Это мы уже поняли, – кивнул Жак. – И вы полагаете…
– Не выполнить приказ Бараса и его парни могли только в одном случае – если их убили. С учетом особенностей места, где мы находимся, с учетом специфики местного суда, боюсь, что на месте засады мы можем обнаружить печальную и противоестественную картину…
– Что вы имеете в виду? – спросила Кира.
– Разорванные на куски, изуродованные тела четырех моих подчиненных, мадам, – угрюмо пояснил полковник. – Щадя вашу психику, я бы предложил вам остаться здесь!
– Рядом с логовом Маолы, дикими туземцами, и десятками неизвестно на что надрессированных крокодилов?! – воскликнула Кира. – Лучше я рискну столкнуться с вашими фантазиями, которые могут и не исполниться…
– Ваш риск, мадам! – пожал плечами Бонгани. – Тогда пошли!
* * *
Бонгани шел первым – быстрым маршевым шагом и не оборачиваясь. За ним едва поспевали Траоле и Рафаил. Они о чем-то оживленно переговаривались, время от времени оглядываясь на Жака с Кирой, – не отстали ли слишком далеко? Но молодожены успевали. Никто из местных их не сопровождал: улица была пустынной, только иногда чье-то лицо мелькало в окошке, мимо которого они проходили. До околицы деревни дошли очень быстро. Вот миновали место первой встречи – здесь еще торчало из земли копье, которое воткнул Рафаил, казалось, целую вечность назад. До опушки леса оставалось метров двести, все пятеро невольно замедлили шаг. Что они увидят там, в кустах?
– Рассредоточьтесь! – приказал Бонгани. – Иначе нас можно скосить одной очередью! И приготовьте оружие, но не явно…
