общее настроение.
Так, стоп. Ещё полчаса назад он думал, что вообще нет шансов, а сейчас сожалеет о каком-то мясе, когда надо радоваться такому удачному спасению. Почему ему обязательно нужно сверх того, о чём он ещё недавно с жадностью просил у жестокого мира?
Отогнав плавник на всю ману, что у него была, он вынул кристаллы изо рта и посмотрел на их синие грани. Вся их экспедиция планировалась, чтобы узнать тайну происхождения этих малюток. Лежа на животе, он ловил блики заходящего солнца через призму синего цвета кристалла. Где-то там, внутри него, огромное скопление маны и всем людям очень важно понять, как она работает. По крайней мере, так говорил Гург и...
Проснувшись, Мик первым делом измазался в глазной жиже и снова включил пневмодвижение. Он не знал в какую сторону плывёт. Может быть в сторону материка, а может и вовсе отдаляется вглубь океана. Во втором случае, его ничего хорошего не ждало. Ведь жидкость кончится рано или поздно и его сожрут.
Новые перспективы не обнадёживали. А ещё сильно хотелось есть. Он не кушал, наверное, уже дня полтора-два. И сейчас желудок жалобно стонал как побитая собака.
— Заткнись, я сам всё понимаю, — зачем-то вслух сказал ему Мик.
Мана снова закончилась, а делать было совсем нечего. Поэтому он смотрел на облака, терпел возмущение в животе и думал, как быть дальше. Вот если бы он магией мог создавать пищу, то прямо сейчас не отказался бы от сочной куриной грудки, томного батата, испускающего пар и всё это томатной подливочкой залить. Ммм...
Время тянулось как назло долго. Скучая, он изучал толщу воды. Жалко у него нет удочки. Так бы выловил себе рыбки и пожарил. Кстати о рыбке. Неожиданно Мика осенило, что плывёт-то он на плавнике. А это часть рыбы!
Достав нож, он отрезал небольшой кусочек и с опаской сунул в рот. Ну, ничего такого, обычная сырая рыба. Так он себя убеждал, а на самом деле это была жуть какая гадость. Выбора не так много. Поэтому к его списку дел добавилось медленное разжёвывание кусочка плавника.
Третий день прошёл, как и предыдущие два, только в этот раз он отрезал кусок побольше. Он старался не думать, что будет, когда он не сможет больше уменьшать площадь его плота.
На четвёртый день Мик лизнул глазную жидкость и долго проблёвывался желудочным соком, извергая и так скудные запасы пищи в виде плавников. Пришлось даже сделать меньше пневмодвижений, чтобы попить воды. Кстати он заметил, что если желудок полон воды, то есть хочется меньше. Поэтому он решил пожертвовать немного передвижением, чтобы снизить сосущее чувство голода.
На пятый день его доконало сраное солнце. Вся кожа потрескалась. Губы и вовсе напоминали заплесневелый мякиш. От скуки он выпил солёной воды и пожалел об этом. Разболелся живот. Пришлось долго испражняться лёжа на боку. Мысленно он пометил, что кусок плавника, где была его жопа, он кушать не будет. Он пока ещё сохранил остатки гордости.
На шестой день Мик валялся в изнеможении не в силах что-то сделать. Еле-еле он заставил себя толкать эту чёртову съестную лодку. Глазная жидкость закончилась. Её остатки высохли и превратились в камень. Вчера он огнём растопил последнее. Как же плевать. Поскорее бы его уже съели. Ничего не хочется.
Опустив руку в воду, он включил пневмодвижение и упёрся головой в рыбный пол. Вперёд не смотрел. Зачем? Что он там не видел? Одна вода кругом. Не зная зачем, он поцеловал плавник. А потом ещё долго облизывал его. Всё равно никто не видит.
Его любвеобильность прервалась криком чайки. Ну что там ещё? Чего разорались? Он как раз фантазировал, как будет есть сегодняшнюю порцию. Однако голоса птицы ещё долго надоедали ему. Тогда он выпрямил свои похудевшее за это время руки и привстал. Щурясь, Мик бросил взгляд вперёд. Вдали виднелась земля.
Отбросив все прошлые мысли, он жадно рассматривал это место. Не похоже на большую землю. Это даже не остров, а какая-то скала. Но не это было главное. Птицы жили в том месте. А значит, там есть яйца! Яйца это еда. Рот наполнился слюной. Он слил ещё не все остатки маны. Развернув плот, Мик изменил курс на остров.
Маны чуть-чуть не хватило, и он стал грести руками, пока не упёрся в берег. Кое-как затащив полусъеденный плот на берег, он повалился от усталости на землю. Лишь потом почувствовал этот запах. Его чуть не вырвало. Что это? Пахло дерьмом. Без преувеличений. Это не должно его пугать. Он проспал внутри куталика целый день, так что и здесь справится.
Карабкаясь по склонам, Мик распугал несколько птиц. Видно они не знали, что такое человек. Потому так лениво реагировали. Это позволило ему убить одну камнем. Это на ужин. Найдя гнёзда, он захрустел яйцами, чуть ли не вместе со скорлупой.
Поменьше куриных, но их тут много. С голоду в ближайшее время не помрёт. Быстро ощипав пернатое создание, он выпотрошил и приготовил к жарке тушку.
Спустившись вниз, Мик состряпал первое за долгое время нормальное блюдо и наелся до отвала. Чего он не ожидал, так это проблем с желудком, предательски скрутившимся от колик. Мик полночи думал, что так и умрёт на вонючем острове. Ближе к утру он смог заснуть.
Седьмой день встретил его болью во всех конечностях. Сказалась привычка спать на относительно ровном плоту. Мик не заметил, как отрубился прямо на камнях. Отмыв и высушив куталлову ткань, он нашёл удобным использовать её как одеяло. Ветры обдували остров со всех сторон, и ночью было достаточно холодно.
Поев яиц и убив ещё одну птицу, он осмотрелся на самой верхушке скалы. На востоке маячил ещё один такой остров, а далеко за горизонтом ещё парочка. Значит ли это, что его мучениям пришёл конец? Очень похоже на то.
Для птиц эти скалы были домом, но это пока не значило, что материк где-то рядом. В его случае крайне плохо, что он не имеет больше пятидесяти маны. Если бы Гург об этом узнал, то никогда не взял бы его в такое плавание. Ведь этот минимум нужен для запуска сигнального фаербола.
Мик не в силах подать сигнал, даже если вдалеке увидит корабль. Они просто его не заметят. Чтобы не думать об этом, он облазил весь остров и понял, что переоценил размеры этого клочка суши. Мик не стал собирать все яйца, так как это отпугнуло бы птиц, и он больше не
