Читаем без скачивания Сибирских улиц тихий ад - Андрей Бурцев

- Нет, с нами со всеми, - перебил его Ганшин. - Что теперь будет дальше?

- Я не пророк, - безразлично пожал плечами Иванов. Кроме того, поскольку вы выбываете из игры, то в дальнейшем не будете получать от нас никаких материалов. Finita la komedia, как говорят французы. Что будет? Это вы увидите сами. Со временем. Ну, а теперь прощайте. Больше мы с вами не встретимся. Все, что вы получили за это время, останется у вас. Включая и девочек, если они захотят. Впрочем, вы, кажется, неплохо сдружились.

Иванов встал, кивнул, не протягивая руки, и вышел из комнаты. Ганшин не последовал его провожать. Он сидел в одиночестве, уставившись на серую папку с рукописью. Он услышал щелчок захлопнувшейся наружной двери. И наступила окончательная тишина.

Вот и все, жужжало у Ганшина в голове надоедливой мухой. Вот и все кончено. Завершился еще один этап истории. А впереди, как всегда в таких случаях, неизвестность.

Ч А С Т Ь 3. СЛЕДСТВИЯ (Перед рассветом).

1

В длинном сером мрачном здании, построенном когда-то на месте красивейшего в городе комплекса церкви, ряд кабинетов был выделен для работы Следственной Комиссии, организованной при городской мэрии после возврата власти к прежним рубежам. Впрочем, о "прежних рубежах" говорили лишь не в меру ретивые газетчики. В городе царили хаос и неразбериха, более смахивающие на полную анархию, чем на развивающуюся демократию. Да и сам город изменил свой лик. В самом центре его, на месте Крестовоздвиженской церкви, а позднее страшного Храма, теперь красовалось необычно круглое озеро со странной черной жидкостью. Озеро окружили оградой из колючей проволоки, расставили военную охрану, и за ограду пускались лишь представители власти и местные ученые, рвущиеся изучать небывалый феномен. Такие вот дела.

- Такие вот дела, - с печальной улыбкой сказал Ганшин, - сидя в кабинете серого здания напротив навалившегося на письменный стол Светозара. - Вот и тебе отломился кусок пирога. Помнишь наш разговор? Только не думал я, Зарка, что ты еще будешь вызывать меня на допросы.

Ганшин прищурился, отчего стали отчетливее бегущие из уголков глаз морщинки. Навалившись грудью на стол, Светозар пристально, не смущаясь, глядел на него.

- Кончай пороть чушь, Лешка, - устало сказал Светозар. - Ни на какие-такие допросы я тебя не таскаю. Я просто вызвал тебя для того...

- Вот именно - вызвал, - прервал его Ганшин. - В прежние времена, когда тебе требовалось что-то узнать, ты запросто забегал ко мне сам. Что ж, власть накладывает свои обязательства.

- Да не в этом дело, - Светозар оттолкнулся от стола и откинулся на спинку стула. - Мы тут все замотались окончательно. Вкалываем по пятнадцать часов в сутки...

- Старая песенка, - усмехнулся Ганшин. - Власти много работают, их нельзя обижать. Они трудятся для народа. Все это было, Зарка. Ничего нового ты не говоришь.

Вместо ответа Светозар щелкнул рычажком селектора и, не обращая внимания на невольно напрягшегося Ганшина, сказал в микрофон:

- Валентин, сделайте мне, пожалуйста, два кофе.

Выключив селектор, он с силой провел ладонью по лицу от лба до подбородка.

- Лешка, можешь ты меня выслушать? - с просительными интонациями в голосе проговорил он. - Мы единственная организация в городе, способная внести ясность в происшедшее. За два месяца своего существования мы провернули громадную работу. Чуть позже я расскажу тебе о результатах... Так вот, а теперь дело обстоит так, что Следственная Комиссия дышит на ладан. Мы на грани закрытия. Нас в Комиссии осталось всего три человека - остальные были отозваны для текущих и, как было сказано, "более важных дел". Ясно, что кого-то из власть предержащих очень не устраивают результаты нашей работы. А если нам еще не будут помогать такие, как ты... Светозар безнадежно махнул рукой. - Или ты тоже считаешь, что мы занимаемся пустопорожней болтовней?

- Да нет, - ответил Ганшин, заложив ногу на ногу и обхватив руками колено. - Я вообще не знаю, чем вы занимаетесь. Не считая слухов, которым никогда нельзя верить, но надо прислушиваться, о вас не было опубликовано ни строчки ни в одной газете.

- До сих пор - да, - кивнул Светозар. - Мы считали - и совершенно правильно, - что это помешает нашей деятельности. Но сейчас пришло время обратиться к народу. Впрочем, об этом тоже чуть позже. Можешь мне поверить, Лешка, магнитофон у меня выключен - хотя он существует. В конце нашей беседы я запишу твои официальные показания, а пока я хочу поговорить с тобой, как с другом, узнать твое мнение о том, что же все-таки произошло.

- Показания... - протянул Ганшин. - Значит, все же допрос.

- Не цепляйся к словам, - досадливо поморщился Светозар. - Показания свидетеля, очевидца. А уж ты-то, насколько я знаю, стоял у самых истоков интересующих нас событий.

- Преувеличиваешь, как всегда. Я был не более, чем наблюдателем, и не собираюсь брать на себя чью-либо вину.

- Ну, знаешь! - ошарашенно уставился на него Светозар. - Об этом не может быть и речи. Какая вина? О чем ты?

- В нашем веке случалось и похлеще, - жестко проговорил Ганшин. - Это вообще в духе народа - искать в первую очередь не причины, а виновных.

- Теперь ясно, в чем твоя ошибка и почему ты так враждебно ко мне настроен. - Светозар пригладил непокорные волосы и тяжело вздохнул. - Ты просто не в курсе. Нашу Комиссию не интересуют никакие виновные. Мы хотим понять суть, собрать доказательства и порекомендовать меры, которые следует принять, чтобы подобное не повторилось никогда.

- Хотелось бы мне в это верить, - печально глядя на него, сказал Ганшин. - Ну, ладно, оставим пикировку на следующий раз. Итак, что ты хочешь узнать от меня, принимая во внимание, что я уже много рассказал тебе тогда, в нашу предыдущую встречу?

- Тогда ты говорил, в основном, загадками и предположениями. И с тех пор немало воды утекло. И немало чего произошло. Может, на этот раз у тебя есть более твердые факты...

В дверь постучали.

- Входите! - крикнул Светозар.

Вошел высокий молодой парень в милицейской форме с подносом в руках, поставил поднос, на которым дымились чашки с кофе и стояла сахарница, на стол перед Светозаром.

- Спасибо, Валентин, - улыбнулся ему Светозар. - Можете идти.

Милицейский, не говоря ни слова, удалился.

- Двигайся к столу, - пригласил Светозар Ганшина. - Кофе тут заваривают неплохо.

- Ты вообще тут прилично устроился, - улыбнулся Ганшин, пододвигая стул. - Прямо, большой босс из зарубежных фильмов.

- Давай к делу, - сказал Светозар, кладя в кофе сахар. - Сейчас я хочу изложить тебе основную схему событий, как мы их представляем, а потом послушать твои дополнения и комментарии. Идет?

- Идет, - согласился Ганшин, осторожно отпивая черный, как уголь, кофе. - А кофеек у вас действительно прилично готовят.