Читаем без скачивания 40k способов подохнуть. Том 3 - Hydra Dominatus

контраста эмоций. Все вокруг такие серые, но от того редкие эмоции ощущаются лишь сильнее. Почему ты молчишь? Я не мешаю?

Я же просто игнорировал Птичку, ведь в скором времени нас выгрузят и мы помчимся на укреплённые позиции врага с целью поиска уязвимых мест. В такие моменты мне не хотелось с кем-то говорить, что уж там, в большинстве случаев я предпочитал даже не думать. А в голове продолжали звучать наставления наших идеологов и святых, что каждый день неустанно вели беседы с нами с самого первого дня в кадетских корпусах.

— Открытый разум подобен крепости, врата которой распахнуты, а стражи погрязли в беспутстве, — даже грохот тысяч орудий и взрывы бомбы не могли заглушить шепота старика, взгляд которого невозможно было забыть. — Закрой его и изолируй, ведь та радость открытий нового не стоит риска пасть жертвой Архиврага.

По началу мне казалось, что Империум та ещё дыра, прогнившая до самого основания, где людей просто эксплуатируют, угрожая всякими внешними врагами. Но чем больше времени я проводил здесь, тем больше смысла было в словах казалось бы фанатичных и безумных последователей культа Бога-Императора. Ведь как не крути они были во многом правы.

Знания были крайне опасны, чем больше человек узнавал, тем сильнее становился его страх. Чем больше он познавал, тем уязвимее становился для тех, кто был несоизмеримо опытнее и жил по ту сторону реальности. Какой смысл обучать людей, взращивать в них стремление к развитию, если они падут жертвой Тёмных Богов? Казалось бы, как вообще невежество может быть добродетелью, спроси любого и он скажет, что именно стремление к знаниям есть единственный правильный путь. Так считал и я.

Но с текущим опытом, озираясь на своё прошлое, я всё сильнее сомневался в этом. Ведь что дало знание людям? В моём мире это была война и атомное оружие. Это низкая рождаемость и вырождение наций, ведь более умный человек не захочет заводить детей, понимая что его финансов и возможностей хватает лишь на покрывание потребностей. Как и сами потребности с ростом знаний становятся всё выше. Эти же знания уничтожили природу, создав общество потребления.

Конечно, само знание понятие куда более широкое и вбирает в себя и позитивные стороны, но факт остаётся фактом. Тёмный человек недалёкого ума куда легче наполнить верой в Бога-Императора и таким образом защитить его от Архиврага. Нерушимые и неоспоримые догмы будут монолитной стеной его разума, лишённого способности к критическому мышлению. И этот разум будет чище всех тех еретиков, медленно падающих на самое дно.

Молитвы заменили науку и духовное развитие раздавило технологический прогресс, ведь такова была плата за существование и вечную войну с теми, кто никогда не даст развиться человечеству как виду до чего-то большего, достойного этих самых знаний.

— Мне нужно думать, я знаю своего врага, — мысленно произнёс я, закрываясь как от неуместного щебета Птички, так и от каких-либо сомнений, делая свой разум максимально простым и невероятно прочным.

И в этот момент «Горгону» сильно тряхнуло от чудовищной мощи взрыва. Тяжёлый бронетранспортёр задымился и остановился, двигатель заглох, а канонир с правого фланга превратился в расплавленную груду мяса. Враг обладал весьма обширным арсеналом вооружения, как и полностью подавить его не удалось из-за чего он активно оборонялся. Но сколько бы техники он не выбивал, наступления Корпуса Смерти было не остановить.

С грохотом опустился ковш, который не только хорошо справлялся с разминированием, но и был дополнительной бронёй. В лоб выбить «Горгону» было практически невозможно, однако оставаться на месте всё равно было нельзя. Стоящая в чистом поле техника вскоре будет уничтожена концентрированным огнём вражеской артиллерии. И хоть до позиций врага ещё было прилично, но дальше придётся пробиваться в пешем строю.

Но едва мы только начали вываливаться наружу под грохот выживших канониров «Горгоны», как прямо из наших рядов заработали гранатомёты, стреляя как осколочными, так дымовыми выстрелами.

Дымовая завеса увеличивала шансы на выживание каждого гвардейца. И хоть вражеский пулемётчик продолжал работать, стремясь уложить нас в грязь лицом, но его пули проходили куда выше наших голов. Боятся стоило лишь артиллерии, которая уже начала работать с грохотом взрывом разбирая на кусочки оставшуюся позади «Горгоны», выполнившей свою задачу.

Мы бежали только вперёд, опьянённые верой и адреналином, даже упавшая перед нами бомба разорвавшая с десяток бойцов не смогла остановить дальнейшее продвижение. Боковым зрением я также видел и другие «Горгоны», которым повезло больше нашей. Под прикрытием танков они начали нас обгонять и будто бы оскорбившись этим наш командир взвода отдал приказ:

— Ускориться! — по воксу пронёсся его суровый голос и началась самая настоящая гонка с союзной бронетехники.

Десяток метров за другим, прыгая в воронки и укрываясь за лошадиными тушами и пылающей огнём техникой, мы продвигались всё дальше и вот уже наши гранатомётчики начали замедляться, но не для того чтобы создать ещё одну дымовую завесу. Мне хотелось верить, что в этот раз нами будет применено газовое оружие, да оно было крайне опасно и довольно неизбирательное, но эффективность того стоила.

Но взрывы и огненные вспышки укутали пламенем позиции врага. Преодолев последнюю финишную прямую мы добрались до траншеи врага в числе первых, потеряв по меньшей мере половину личного состава, не учитывая экипажа «Горгоны». И после такого враг даже мог не мечтать на плен, ведь гнев каждого павшего передавался выжившим.

Единой волной мы обрушились на них, желая встретиться лицом к лицу и с дезертирами Кровавого Договора, но лишь пушечное мясо оставили на этих позициях. Они выматывали нас, заставили проливать реки крови и делая всё, чтобы наше продвижение в конечном итоге разбилось о неприступные бастионы крепости.

И всё же несмотря на очевидность вражеских намерений наше командование не вносило никаких корректив и продолжало массированное наступление по всем направлениям. Дело было не в тупости или нежелании пробовать что-то новое, просто командиры полков знали что такое война и понимали, что лёгких побед не бывает. Жизнями солдат завоёвывались планеты и звёзды, и цена за них всегда будет огромной.

— МЫ СДАЁМСЯ!!! МЫ НЕ ХОТЕЛИ СРАЖАТЬСЯ, НО ДРУГИЕ ПРЕДАТЕЛИ НЕ ОСТАВИЛИ НАМ ВЫБОРА!!! — доносилось из блиндажа, перед которым мы остановились.

Остановились только для того чтобы достать из подсумков гранаты