В этот раз было также страшно, но адреналин уже прибавил мне азарта.
— Готова?
— Да, — уверенно ответила я.
Снова глубокий вдох, и в третий раз я уже позволила себе открыть под водой глаза и прокатиться на спине Бергмана подольше. Я вдруг ощутила эйфорию от тотальной зависимости и своей полной беззащитности без моего Хозяина. И снова я почувствовала свою значимость. Ведь если Бергману хочется не только спать со мной, но и просто проводить время, значит, я ему нравлюсь?
В третий раз я всплыла уже без помощи Арона, но он тут же подхватил меня на поверхности. Адреналин бешено выделялся в кровь, заставляя меня мелко дрожать от восхищения и радости очередного преодоления себя.
Я снова обняла Арона за шею и робко попросила:
— Еще.
— Моя ненасытная девочка, — двусмысленно улыбнулся он и снова нырнул.
Глава 27
Бергман учил меня плавать больше двух часов. Строгий и назидательный тон Бергмана контрастировал с его чуткими руками. Он словно знал все мои действия на несколько шагов вперед и едва я только начинала паниковать под водой, его руки тут же обхватывали меня и возвращали на поверхность.
И каково было мое удивление, когда я впервые смогла оттолкнуться от бортика и проплыть к Бергману целый метр! В этот момент я радостно взвизгнула и обвила шею Арона руками.
— Нравится? — чуть надменно спросил он, словно не замечая моей радости.
— Д-да! — дрожала я от нервного возбуждения.
— Продолжим в следующий раз, — Бергман потянул меня к бортику.
— Но у меня только н-начало получаться! — недоуменно воскликнула я и тут же прикусила язык.
Не слишком ли фамильярно я себя сейчас повела?
— Селин, — укоризненно произнес он. — У тебя уже губы синие. Давай поужинаем и поедем домой.
Арон помог мне выйти из бассейна и завернул в большое полотенце.
— Д-домой? — я задрожала сильнее.
— Тебе нужно отдохнуть, — строго продолжал он, будто я не понимала очевидных вещей. — Я останусь с тобой. Но учти, что такое будет очень редко.
Я понимающе закивала.
Вскоре мы приехали в какой-то очень томный и уютный ресторанчик с приглушенным светом. Почти все столики ограждались друг от друга непроницаемыми ширмами, сделанными из широких деревянных бревен. Сами же столики были выполнены из цельного дерева, расколотого пополам. А тот самый раскол был заполнен лазурной эпоксидной смолой. Выглядели они завораживающе. Будто прямо через стол протекал прозрачный искристый ручей.
Однако Бергман как обычно не стал довольствоваться общим залом и провел меня в закрытую VIP-кабинку, которую и кабинкой-то язык не повернется назвать. Шикарнейшая комната с огромным аквариумом во всю стену. Освещение в комнате исходило только от аквариума и от атмосферных соляных ламп на столе. Они были похожи на обработанною глыбу застывших солевых кристаллов, внутри которых горел уютный желтый свет. Стол также разделялся эпоксидным «ручейком», но здесь он уже переливался от нежно голубого до цвета индиго.
И я бы так и застыла в изумлении на пороге, если бы не увидела за столом Маера Вирта и Мел.
Боже! Бергман пригласил Мелиту только ради меня?
Я посмотрела на Арона просящим взглядом, словно спрашивая разрешения, и он позволил мне оторваться от него и пойти к Мел.
Ну вот. Я уже спрашиваю разрешение на все подряд прямо как Мел!
Однако не могу сказать, что я чувствовала себя ущемленной или униженной. Наоборот, теперь я понимала всю прелесть доверия к своему Хозяину и подчинения. Когда ты словно под надежным крылом своего Доминанта.
— Селя! — обрадовалась Мел. — А я беспокоилась куда ты пропала! Что с коленом?
Я уже и забыла, что у меня небольшое ранение. Словно это было не сегодня, а в прошлой жизни!
И пока мужчины говорили о своем, я тихо пересказала Мел события этого утра, а она лишь сочувственно кивала.
— После этого, — почти шепотом отвечала Мел, — Алина и Марго были просто в бешенстве. Завтра я тебя одну уже не оставлю!
Мел осеклась, испуганно взглянув на Бергмана, хотя он продолжал говорить с Маером и кажется, не расслышал наш диалог.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Но мужчины не оставили нас надолго без присмотра. Бергман собственнически притянул меня к себе за талию и принялся угощать красным вином из черной смородины. Оно было невероятно вкусным и как оказалось крепким. Так что я после первого бокала осоловела и уже не могла ни есть, ни говорить.
Однако Бергман все же втолкнул в меня нежное рагу из кролика, а когда я после третьего бокала уже не стесняясь склонила ему голову на плечо, он извинился перед Виртами и, обняв меня за талию, потянул к выходу.
Весь обратный путь до дому я отчаянно боролась со сном. Все мое тело мелко трясло от утомительной сессии, первой тренировки по плаванию, да и в целом от стресса.
Когда же Бергман в очередной раз раздел меня и обнаженную уложил на кровать, я прижалась к нему всем телом и прошептала:
— Я люблю Вас, господин Бергман!
Вряд ли Бергман воспримет всерьез слова своей пьяненькой сабочки. Да и я могла откровенно воспользоваться этой ситуацией и на утро «забыть» о сказанном. Но сейчас, в эту минуту, я произнесла то, что действительно чувствовала внутри. То, с чем я хотела просыпаться теперь каждое утро.
Глава 28
Бергман задумчиво смотрел на спящую Селину. На ее маленькую грудь так беззащитно поднимавшуюся при вдохе. На худенькие бедра, что так манили взять девушку вновь. На чуть приоткрытые во сне губы, за которыми прятался любопытный, но неумелый язычок.
Ему нравилось в Селине все: и внешность, и характер. Все, кроме ее последних слов. «Я люблю Вас, господин Бергман».
Как она могла такое сказать? Только все испортила! Вот единственный недостаток всех неопытных сабочек. Они не умеют переключаться от Темы к реальной жизни. Обычно случается обратное: после череды сексуальных унижений, неопытная сабочка обижается и воспринимает Тему как нечто оскорбительное.
Но тематические отношения это не просто «секс, чтобы попробовать». Опытные Доминанты всегда ищут себе саб на долгую постоянную основу. Ведь именно вместе они могут пройти этот путь до конца и узнать себя. Прежде всего — себя, а не друг друга. Тематические отношения — это рост обоих партнеров, но каждого в отдельности — одного за счет другого. Сабочка познает свои грани допустимого, доверия и удовольствия, а Доминант — грани своего контроля, жестокости и ответственности. Это путь каждого по отдельности, но его невозможно пройти без партнера. Причем постоянного партнера. Иначе это бег на месте.
Селина совершила ту же ошибку — перенесла тематические отношения в реальную жизнь. Смешала чувства. Запуталась. Наверное, всему виной излишняя мягкость, которую проявлял Бергман. Он хотел приручить Селину постепенно, чтобы не ломать ее. Она бы и так все делала для него, но, если сломать сразу, то она бы так и не попыталась познать себя. Она бы не проявляла инициативу и, скорее всего, каждую сессию бы начинала со слез отчаяния. Поэтому с ней надо было осторожнее.
Однако вот к чему привела эта осторожность! Теперь девчонка влюбилась в него! Этого еще не хватало! Бергман готов принять ответственность за все, кроме разбитого сердца Селины. Неужели она не понимала, что между ними не может быть ничего другого, кроме тематических отношений! Хотя куда ей! Эта девчонка вечно витает в облаках!
Теперь же ничего не остается, как развеять ее детскую влюбленность. Пора ужесточить контроль над этой неумелой сабочкой и перестать сдерживаться. Пусть узнает кто ее Хозяин на самом деле и как впредь она должна себя с ним вести.
Селина глубоко и с тихим стоном выдохнула во сне, а затем забросила свою ножку на бедро Бергмана и сильнее прижалась к нему промежностью.
Арон раздраженно выдохнул в ответ.
«Она издевается? Хочет его даже во сне! Несмотря на такую долгую сессию!»
