человека?
– С другой стороны, чего еще я ждала от всех этих группировок? – вслух произнесла я, глядя на свое отражение в зеркале.
Из комнаты донесся резкий стук. Словно кто-то отчаянно колотил в дверь номера. Взглянув напоследок еще раз в зеркало, я направилась к двери ванной, и тут до меня донесся оглушительный грохот.
Я поспешила выйти и замерла буквально на пороге, широко распахнув глаза, когда увидела, как Дэниел прижимает Майка к стене, заломив ему руки за спину.
– Дэни?.. – недоуменно произнесла я.
На мгновение он повернул голову, чтобы взглянуть на меня, и Майк воспользовался этим. Резким движением он вывернул запястье из чуть ослабшей хватки Дэни и, развернувшись, нанес ему удар в челюсть.
Я ахнула. Дэни же сориентировался мгновенно и сделал ответный выпад. Майк отшатнулся, прижав ладонь к губе, с которой теперь сочилась кровь.
Мой мозг лихорадочно пытался придумать, как остановить это безумие.
Следом все закрутилось столь стремительно, что я не сразу сумела осознать происходящее. Еще одна атака Майка, удар и перехват Дэни, и вот он уже вновь прижал противника к стене. Затем легкое движение рукой к поясу, щелчок, и в следующий миг в подбородок Майка упирается дуло пистолета.
– Предупреждал же: уничтожу, если из-за тебя она пострадает, – отстраненным и стальным тоном произнес Дэни.
Сегодняшний вечер продолжал разбивать мои привычные представления о реальности. Все прошлые заявления Дэни про его темную сторону казались преувеличением. Но прямо сейчас передо мной предстала совершенно иная версия моего лучшего друга. Я видела ее отголоски прежде. Однако прямо сейчас лицезрела в ярчайшем проявлении. Он был сосредоточен, серьезен и решителен. И нажал бы на курок без сомнений.
– Дэниел, – тихо позвала, подходя ближе, но одновременно боясь спровоцировать и подтолкнуть к действиям.
Майк же, напротив, только подначивал:
– Давай, – оскалился он, чуть опустив подбородок, сильнее вжимая металл в кожу, – стреляй.
– Дэни, – вновь позвала я, осторожно коснувшись его руки. – Я в порядке.
Он продолжал прожигать взглядом Майка, никак не реагируя на мои слова.
– Майк не виноват, – попробовала еще раз, хотя паника уже начинала подступать к горлу. – Дэни, пожалуйста, отпусти его.
Еще пара мучительных мгновений, и он отступил, опустив пистолет.
Я с облегчением выдохнула, а Майк, нервно рассмеявшись, опустился на пол и утер ладонью снова выступившую на губе кровь.
Дэни тем временем сосредоточил все свое внимание на мне. Холодная маска сменилась обеспокоенным выражением. Он принялся осматривать припухшую щеку и содранную кожу на локтях.
– Как ты узнал о нападении? – спросила, наблюдая, как обеспокоенность на его лице сменялась настоящей тревогой по мере обнаружения новых ссадин.
– Мне позвонил Антонио, – произнес он, затем встретился со мной взглядом. – И поверь, я очень зол, что узнал о произошедшем от него, а не от тебя.
– Мой телефон разбит, – попыталась оправдаться, даже не солгав. Майк нашел мой мобильный в том переулке, и экран не реагировал.
– У тебя тоже телефон вышел из строя? – с сарказмом спросил Дэни, бросив недовольный взгляд на Майка.
Тот пожал плечами и поднялся с пола.
– Я не обязан тебе отчитываться. Не нанимался в слуги.
– У нас был уговор, – со злобой возразил Дэни. – Ты заверил меня, что рядом с тобой ей ничего не грозит. Ведь отчасти это и твоя территория.
– Да, признаю, облажался. Доволен? Но, как видишь, она жива. Слово я сдержал.
Дэни сжал кулаки, а я не выдержала:
– Может, хватит говорить так, будто меня здесь нет?!
Друг обратил взгляд на меня. Голос его чуть смягчился:
– Больше никаких отлучек без моего сопровождения. Исключение – репетиции, где ты точно не будешь одна, ясно?
Майк фыркнул и выпалил:
– Черта с два.
– Хорошо, – произнесла одновременно с ним. – Я и сама больше не намерена лишний раз покидать стены отеля.
Майк закатил глаза, сложив руки на груди, а Дэни заметно расслабился. Он еще раз осмотрел мои руки и произнес:
– Сейчас вернусь. Никуда не уходи.
Когда мы с Майком остались вдвоем, я повернулась к нему и выпалила:
– Тебе правда жить надоело? Зачем подначивал его?
– Остынь, детка, – вальяжно прислонившись к стене, ответил он. – Дэниел бы не выстрелил.
Я часто заморгала, недоуменно уставившись на Майка.
– О чем ты? Еще пару мгновений – и он бы спустил курок.
Майк рассмеялся и покачал головой.
– Он слишком о тебе заботится. Не стал бы стрелять и травмировать твою психику подобным зрелищем без крайней необходимости. Просто напомнил, что способен осуществить угрозу. Я бы на его месте тоже так поступил.
В словах Майка был смысл, вот только я не разделяла его уверенности.
– Больно? – спросила, указав на разбитую губу.
– Не больнее, чем тебе, – последовал ответ.
Майк дождался возвращения Дэни – тот вернулся с аптечкой – и отправился к себе, чтобы переодеться.
После пережитого меня клонило в сон. Хотелось упасть лицом в подушку и проспать ближайшую неделю, отринув спутанные мысли и жестокую реальность.
Но Дэниел усадил меня на кровать и принялся сосредоточенно обрабатывать мои раны. Я молча наблюдала за его действиями. В каждом движении чувствовалась забота и нежность. Дэни склонился над моим локтем, аккуратно дул на обработанную ссадину, а в голове у меня всплыло его признание. Появилось ощущение, что теперь раскаленную сталь не просто приложили к коже, а пронзили ее, намереваясь задеть сердце.
Знаю, мы с Дэни разрешили этот вопрос. И все же… Атмосфера показалась слишком интимной, и я попробовала отдернуть локоть.
– Дэни, я могу сама.
Он выпрямился и посмотрел мне в глаза. Вероятно, заметив мою тревогу, тут же произнес:
– Не глупи. Когда ты захотела прокатиться на лошади, а она тебя сбросила, я точно так же обрабатывал твои раны. Это обыкновенная дружеская забота.
Я закрыла глаза, вспоминая свою минуту позора в преддверии окончания старшей школы. Мне захотелось попробовать что-нибудь новое. Я жаждала выплеска эмоций, но лошадь решила, что мне будет достаточно поездки длиной в тридцать секунд, и незамедлительно сбросила меня на землю, неожиданно встав на дыбы.
Дэниел прав, мой мозг сам зачем-то искал подтекст в безобидных действиях.
Какая глупость.
– Больно? – спросил Дэни, едва касаясь моей щеки.
Я поморщилась. Будто тысячи мелких иголок разом вонзились в кожу.
– Да, но не думаю, что тут есть о чем беспокоиться, – тихо произнесла я, отстраняясь от его прикосновений.
– Если завтра станет хуже, отвезу тебя в больницу, – заявил Дэниел.
– Вставай в очередь, – раздалось со стороны двери. В проеме, сложив на груди руки, стоял Майк. – Ники пообещала: если станет хуже, я сам отвезу ее.
Они с Дэни схлестнулись взглядами. В воздухе вновь почувствовалось напряжение.
– Дэни, если
