- Это нормально. – Задумчиво произнес Лирад, возвращая меня в реальность. – Лицо пока не трогай. Губернатор слишком активно интересуется.
- Цветы от него?
Цветы на столе появлялись каждое утро. Если бы не старания Халли, комната уже давно могла превратиться в оранжерею. А так, волк нещадно уничтожал растения, а потом довольный результатом, укладывался прямо ко мне на колени. Ох, если бы кто-то мне сказал, что у меня появиться ручной монстр….
- Да, переворачивайся. Хочу еще твои стопы посмотреть. Ходить пробовала?
- С трудом. Как будто никогда этого не делала.
- Это из-за восстановленных связок. Все разработается. Нужно время и тренировки. От завтрака до обеда запрещу к тебе заходить.
- Спасибо.
- Я ничего не сделал. Покажешь технику восстановления?
- Конечно. Это почти не сложно.
Лирад тихонько засмеялся. Он вообще все делал тихонько: ходил, лечил, одевался. Даже ругался он тихо и почти без эмоций. И очень редко. Ну, если дело не касалось Ияда. Хороший магический резерв мог позволить барону стать отменным лекарем. Но ученика манила кулинария. Он категорически не желал сращивать чужие кости, лечить сопли и устранять последствия незащищенного секса. Кстати, в городе, где основу населения составляли военные, жалобы на амурные недуги пользовались завидной популярностью.
Лирад всеми правдами и неправдами пытался привлечь Колобка к врачеванию. Тот отчаянно сопротивлялся. Даже заручился поддержкой больничного повара, взамен на рецепт таинственной хляпы с рулей. И я попала между этих двух огней. Сначала жаловался Ияд, потом приходил Лирад. Второй, конечно, старался сдерживаться. Но периодически его прорывало на откровения. И тогда я не выдержала, предложив применить талант барона в комнате с зельями. Тоже своеобразная кулинария.
Сначала, оба мужчины сомневались в разумности этой идеи. Но потом, согласились на эксперимент. В детали договора меня не посвятили. Зато между учителем и учеником наступило перемирие.
- Я пойду. А ты попробуй поспать. – Лирад осторожно вернул мне на ноги меховые носки. – Вечером принесу новую одежду.
- Спасибо.
Мужчина кивнул и вышел, оставив меня наедине с волком. Еще минут двадцать после его ухода пыталась ходить по комнате. Именно пыталась. Часть пути пришлось пройти, опираясь на холку халли. За эту неделю зверь стал почти родным.
- Ладно, - проворчала, когда совсем выбилась из сил, - помоги вернуться в постель.
Халли терпеливо пошагал вперед. А я еще раз поблагодарила то ли небеса, то ли Фирса за этот подарок. Залезла под одеяло и почувствовала, как наваливается дрема. Наверное, разумно было провалиться в сон. Вот только, если ночью ко мне приходил Лиам, и мы долго тренировали мои дар, то во время дневного отдыха снились совсем другие сны.
Ко мне приходил мужчина. Я не видела ни его лица, ни фигуры, даже цвет волос определить не могла. Но я его чувствовала. Чувствовала так остро, что становилось страшно. Он подходил близко, очень близко. Так близко, что я чувствовала, как быстро бьется его огромное сердце. Он ничего не говорил. Обхватывал мое лицо руками и нежно целовал: лоб, глаза, нос, подбородок, каждый шрамик, каждый сантиметр чувствительной кожи.
Он молчал, но я знала, что он извиняется. Чувствовала, как тоскует. А иногда…. Иногда казалось, что любит. И глупый мозг плавился как шоколад на солнце. Забывал о благоразумии и миллионе опасностей. Он просил верить, умолял дождаться, а я даже ответить ничего не могла. Потому что не понимала ни где нахожусь, ни что происходит.
Когда просыпалась, натыкалась на встревоженный взгляд волка. Зверь жалобно скулил и прижимался носом к животу. Будто прятался или чего-то боялся. Хотя, чего мог бояться этот монстр?
Фирс
Каллеб вернулся в лагерь. Побратимы собрались на поляне, недалеко от лагеря, чтобы обсудить сложившееся положение без свидетелей. Бейрат, с остальными помощниками, раскинули над поляной изолирующий купол, и ушли в сторону поселения.
- Как Кардинал Теней узнал о ритуале? – Спросил Биллар.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вопрос носил риторический характер. Все знали, в тенях служили либо безликие, либо пересмешники. И те, и другие, с легкостью меняли личину, передвигались по Амонну теневыми тропами и могли проникнуть куда угодно. Опасаясь Теней, многие правители строили свои сокровищницы и переговорные так, чтобы ни один предмет не волочил за собой черный шлейф. Укрепляли помещения поглощающими письменами, добавляли артефакты родовой защиты.
- Ему можно верить?
- Нет. – Покачал головой Каллеб. – Но насчет ритуала он не врал.
- Значит, Регина свободная ламира? Это правда? – Невпопад спросил Вайрот.
- Сначала, нужно узнать, что это все значит. – Рыкнул Фирс. – Делать поспешных выводов мужчина не хотел.
- Мне не нужна девушка. – Словно заученную мантру повторил вампир. – Если это шанс от нее отказаться, я согласен на предложение айхов.
В Вайрота впились три пары глаз. Каллеб не знал что ответить. Фирс промолчал. А Биллар поддержал.
- Это не уменьшает твоего долга перед призванной. – Спокойно произнес Фирс.
- Принц прав. Сначала, нужно найти девушку. А потом решим, как быть. – Каллеб потер подбородок. – Пока, лучше держаться вместе.
- Пора снимать лагерь. Люди устали. И здесь искать больше нечего. – Закруглил разговор Халли. – Каллеб, ты сопроводишь леди Олли до Сирана. Марат все подготовил, чтобы разорвать искусственную связь.
Глава 24
Регина
- Ты почти здорова.
Лиам протянул мне маленький красный цветок. На вид обычное растение. Ничего необычного: алые лепестки, желтая сердцевина, тонкий салатовый стебель.
- Видишь?
Вот уже третью ночь мы учились определять вид магии в предметах. Лиам настаивал, что это необходимо для безопасности. Я не знала, так ли это необходимо. На всякий случай запоминала все, сказанное Хранителем. И жалела о том, что под рукой нет толстой тетради и шариковой ручки.
- Вижу.
Вокруг растения плясали короткие алые искорки. Они перепрыгивали с одного лепестка на другой, рисуя в воздухе огненные кружева.
- Это его пламя чуть не убило нас.
- Надо же.
- Растет на вершине Рихи. Собирать их можно только одну неделю в году. Большая часть урожая погибает до того, как собиратели спустятся с горы. Из погибшей части урожая пытаются добыть семена. Цветы консервируют. Потом это все продают на черном рынке.
- Их запрещено разводить?
- Опасно. Сама видела, что может сделать одно единственное зернышко. Если бы принц не закрыл шатер куполом….
Лиам замолчал. Я посмотрела на растение. Оно казалось совсем безобидным.
- Что будешь делать дальше?
- Не знаю. – Пожала плечами. – Лирад предлагает пока пожить в его доме. Где-то в столице. Говорит, там будет проще затеряться. А потом решим.
- Хороший план. – Кивнул ребенок. – Сделаешь еще солдатиков?
- Сделаю. – Улыбнулась малышу и протянула руку, чтобы взять металлический брусок.
- Просыпайся! – Резко скомандовал Лиам.
В следующее мгновенье открыла глаза. С потолка на меня смотрели два красных…. Хрень какая-то на меня смотрела с потолка. Страшная бледная хрень. Фонарики моментально среагировали на мое пробуждение. Зажегся теплый вечерний свет. И лучше бы он не включался. Я бы предпочла умереть, не видя убийцы.
На потолке сидело оно. Нечто с шестью руками, черным туловищем, белоснежной головой в форме яйца. Два светящихся пятна выполняли функцию глаз, черная полоска изображала рот и ничего ужаснее этого порождения анимэшной фантазии я в жизни не видела. Даже гигантский змей казался душкой в сравнении с этим. Но больше всего ужаса вызвал не вид монстра. А то, что он не был живым.
Он не был не зверем, не человеком, не существом. Он был магией. Чужой, агрессивной магией. Спустя мгновенье поняла, все тело урода состояло из магического эфира. Руки, ноги, туловище, голова. И эта магия пришла убивать. Убивать меня. Ее нельзя было разжалобить, запугать, уничтожить. Как робот, запрограммированный на решение одной единственной задачи. Очень ни кстати вспомнила Сару Коннор.
