В коридорах наступила такая тишина, что кладбище мирно отдыхает в сторонке. Ведьмочки навострили ушки и теперь внимательно следили за каждым моим движением. Странные, слов нет! Толи дело наши ведьмы — любименькие змеюки подколодные, как я уже скучала по ним! Колоссальные различия между менталитетами наших общин. Россия — народ гостеприимный! В смысле, если явились по приглашению, то да. А если без, то пинок под мягкое место и маршируй назад в свою берлогу. Если бы у нас верховная по приглашению ожидала какую-нибудь ведьмочку, как я, то у ворот её бы встречали с танцами, чаем и плюшками. Традиционно русское приветствие! Мы — славянские ведьмы обычаи древнерусские чтим и помним, поэтому иногда это даже интересно, выйти в кокошнике и сарафане станцевать для гостя средиземноморского.
— Да, Боливия, — спокойно ответила директриса. — Как раз направляемся к озеру.
— Могу я вас сопроводить? — попросилась ведьмочка с нами.
Директор повернулась ко мне, подождала моего кивка и разрешила Боливии идти с нами. Сейчас хоть разведаю, как она проходила обряд инициирования в своё время. Директор продолжала шествовать впереди нас, а девушка пристроилась рядышком со мной. Так, значит, ей тоже что-то любопытно узнать про меня или у меня.
— Каким образом ты проходила инициацию? — наклонившись к ведьме поближе, шепотом спросила я.
— О, я свою инициацию магических способностей никогда не забуду! — с улыбкой ответила Боливия. — Это своего рода персональный экзамен для каждого, в процессе которого духи воздействуют на твои страхи и больные места. Лично я, жуть как, боюсь воды, что духи, несомненно, знали. На протяжении получаса я тонула и тонула, цепляясь за остатки жизни и ища единственный путь к спасению. И только тогда, когда расслабилась и позволила телу сначала затонуть, а потом всплыть наверх, поняла, что стала светлой ведьмой! — ведьма замолчала, ожидая от меня какой-то реакции, но я тоже не спешила говорить. Тогда Боливия решилась спросить: — Чего боишься ты?
В ответ я только пожала плечами, уставившись прямо перед собой. Чего боится Алексис? Воды? Нет, стихия воды по знаку зодиака — моя стихия. Плавать я люблю с детства. Раньше могла часами не вылизать из воды, пока кожа не становилась синей. Потеря близких, их смерть? Да, я очень боюсь этого, но понимаю, что у каждого из нас своя судьба, если суждено умереть, смерть не переубедишь. Чего же я боюсь? Впервые в жизни не могу ответить на этот вопрос. Боли? И даже тут нет. Как можно бояться того, чего не знаешь. Хотя, если говорить про физическую боль, то с этим и подавно проблем нет. Два слова, одно имя, а столько страданий — Василий Степанович! Что это за мужик такой? Отвечаю. Мой тренер по карате. Тренер с садистками наклонностями, ну это я сейчас пошутила. Но именно благодаря ему, физическая боль для меня не самое страшное. Чего же, тогда? Может, потеря свободы? Да, это больше похоже на меня. Никогда не смогу смириться, если кто-то попытается манипулировать мной, ограничить свободу, подчинить или сломать. Пожалуй, это и есть мой страх. Опять же я предпочту бороться до последнего, а если не получиться, то лучше смерть, чем полное и беспрекословное подчинение кому-либо.
— Алекс, — меня легонько толкнули в плечо, вырывая из водоворота размышлений. — Что с тобой?
Я мило улыбнулась Боливии, не желая делиться самым сокровенным. Только дурак будет рассказывать о своих страхах, кому попало. Чего там! Даже Мирослава, Полина и Владимир не могли знать наверняка, чего боится их подруга Алексис. Знала об этом только мама, но она могила, когда касается распространений сведений о её дочери. В смысле, хоть пытай не пытай, мамочка ни слова не выдаст мои сокровенные тайны. Впрочем, как и я её. Если бы, конечно, знала хоть одну! Иногда мне кажется, что до моего рождения, мама и не жила вовсе. Постоянные умалчивания, я даже своих родственников не знаю, что уж говорить. Мама — это моя персональная большая загадка, разгадать которую я просто обязана! Любимы путями, но я узнаю, кто же она всё-таки такая. Потому, что если бы мы были простыми ведьмами из России, мне не пришлось бы экстренно переезжать, нас бы не навещали странные типы, оставляя в квартире следы магии.
Мы вышли во двор, где совсем ничего не изменилось, за столь короткое время моего отсутствия. Прошли прямиком к кристальному, отражающему на своей поверхности аквамариновое небо, озеру. Директор Эшдаун шла уверенно и смело, Боливии было всё равно, она свою инициацию уже давно прошла, а вот я начала паниковать. Тем более, ведьма пообещала мне, что никто не будет присутствовать на обряде, но видимо, позабыла, потому как все остальные ученицы двинулись следом за нами и теперь толпились, практически окружая меня. Это, чтобы не сбежала, если что.
— Алексис, пришло и твоё время инициирования. Повернись ко мне спиной, — в приказном тоне попросила директриса, сжимая в руках чёрную эластичную ткань, похожую на широкую ленту. — Как только я завяжу на тебе повязку, твоё испытание начнётся прямо на берегу.
Я последний раз бросила взгляд на ведьмочек, в чьих глазах смешалось любопытство, заинтересованность и даже обеспокоенность, посмотрела, сколько предстояло сделать шагов до озера и мне завязали глаза. Непроницаемая повязка была из плотной ткани чёрного оттенка, действительно закрывающая мне доступ видеть, что-либо. Но прежде, чем я нырну, требовалось освободить свой разум, сердце и душу от неспокойных, беспокоящих меня мыслей. Можно даже сказать, тревожных. Наверное, все ведьмы сильно удивились, когда я вместо того, чтобы сразу нырнуть, спокойно опустилась на землю, перекрестила ноги и сложив три пальца: большой, указательный и средний на обеих руках, положила руки на коленки. Это называлось медитацией. Конечно, я могла и избрать несколько иной способ медитирования. Просто привыкла именно к такому.
С этого момента, Алекс, внешний мир для тебя не существует. Медленно, очень медленно исчезает посторонние звуки: шелест листвы, бульканье воды в озере, перешёптывание ведьм за спиной. Исчезает всё. Остаётся только твоё умеренное, спокойное дыхание. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. И так по несколько подходов, пока я окончательно не перестану чувствовать окружающий мир. Это похоже на то, как будто я исчезла и меня совсем нет на том дворике возле института. Вокруг темно, пусто и так тихо, что я отчётливо слышу ритмичные удары своей сердечной мышцы. Плавно поднимаюсь с колен, не чувствуя ни тела, ни чего-либо постороннего и отсчитывая про себя шаги, иду к озеру. Точнее, в реальности это выглядит так, а для меня же всё несколько по-другому. Как будто я перемешаюсь по чёрному пространству. Не лучше ли, когда не знаешь, что тебя ожидает, нырнуть в это с головой. Ведь всё равно неизбежно, что мне придётся пройти обряд инициирования. Именно так я и поступила, как только поняла, что стою на самом краю берега.
