за ней?
Эйн Соф, забудь, что ты Альв с генетическим родительским комплексом. Ты теперь человек. Мизуки Айро права, ты здесь не ради беременной женщины, а ради самой значимый цели в истории Храма Шэйлы.
Вот только...
Монтано Эдвайс не выпустит их. Сейчас они — яркая и красная мишень, на которую переводят взгляды сильнейшие мира сего. Я знаю, как он поступит. Также, как поступил бы я, столкнувшись с сильным противником. Отступил бы, подготовился и... устроил бы всепоглощающий хаос. Ему даже не придется ничего делать. Сегодня кланы сцепятся так, что в Москве радиоактивные пустошки покажутся курортом. Сами кланы и уничтожат пазлы. Если Джуны начнут проигрывать, то они никому их не отдадут...
Вздыхаю, достаю зубочистку, разглядываю ее на тусклом лунном свету. Что ж, теперь то я один и дети не лезут под ноги.
— Вы отдадите мне все четыре пазла, госпожа. Прямо сейчас.
Сую зубочистку в рот, проваливаюсь во всепроникающих глазах главы клана Джунсиначи.
Глава 12. Сумма правды
Кэр Сайнд
Верховный Инквизитор Ордена Закатной Звезды
Грандмастер Святых Плетений
Мастер Стихийных Плетений
— Вы отдадите мне все четыре пазла, госпожа. Прямо сейчас.
Кэр скрывает свое присутствие плетением «святых уз мрака», зевает, лениво покачиваясь на ветке и наблюдая за картиной. Найти это место оказалось просто — вся Москва гудит. Главное знать, куда смотреть и куда идти. Он достает из кармана пачку сигарет и... убирает ее обратно. «Святые узы» не маскируют запах. А носастый Альв может учуять табачный дым. То, что он хорошо слышит, Кэр давно понял — достаточно было лишь приглядеться и сопоставить парочку простых фактов. Вообще, это странно... Он не должен был получить физические навыки при переселении.
Кэр смотрит на наручные часы. Еще минут тридцать у него есть. Местные очень долго соображают. Пока договорятся, пока поцапаются...
Вздыхает. Его брат всегда путал осторожность с трусостью. Взял, убежал, едва запахло опасностью. А ведь у него есть все шансы с ней справиться. Надо будет поговорить с этим мальчишкой, называющим себя Магнаром. Сколько лет он тянул? Устроил тут балаган, хотя вопрос можно было решить лет двадцать назад...
Переводит взгляд на Альва и Главу Клана Джунсиначи Мизуки Айро. Ага, как же. Так она тебе их и отдала. Или у тебя есть какой-то план? Так, а вот это плохо. Они там что, шепчутся? Ла-адно, тогда не будем тянуть.
Кэр достает из другого кармана моток шелковых нитей, подготовленных примерно на такой случай. Закрывает глаза, шепчет связующие слова, черпая из пространства эфир.
Моток светится, шевелится в руках...
А теперь немного стихийного плетения... Воздух... Нет, ветер...
Кэр резко размахивается, с его рук срывается моток, устремляется в сторону двоих. На лету разворачивается в широкую светящуюся сеть.
Ого, впечатляет. Дева Джунсиначи стремительна, как змея! Замечает опасность, одним взмахом меча разрезает сеть, запитанную не дешевой суммой, а настоящим, между прочим, эфиром. Но она не замечает обманку — в тени одной сети была другая...
Что ж, даже это не разрывает ее на маленькие кусочки. Она просто падает, истекая кровью...
***
Я не шевелюсь, хотя сердце того и гляди сломает ребра. Передо мной лежит Глава Джунсиначи, считающаяся одной из сильнейших в этом мире. Та, от которой убежал даже Инквизитор Магнар Монтано Эдвайс. И теперь она умирает. Ее сердце еле бьется, а вся одежда пропитана кровью. Мои человеческие глаза не успели понять, что произошло. Блик, взмах, дуновение ветерка и... вот она уже лежит в моих ногах.
Но я почувствовал эфир. До боли знакомый, концентрированный. Это как минимум мастер плетения моего уровня, когда я еще был в полной силе в Варгоне.
Монтано? Нет. Я уже понял, на что он способен. Кто-то другой?..
За спиной слышатся шаги. Неторопливые.
Я не делаю резких движений.
Гниль подземная... Один за другим, один за другим. Слетелись, как мухи на дерьмо!
Кто-то приближается...
Шаг, второй, третий...
Проходит мимо и я различаю знакомый силуэт:
— Л... Ли? — впервые я запинаюсь.
Азиат, который когда-то спас жизнь мне, а я ему его, лениво оборачивается в мою сторону. Так, как будто ему вообще нет никакого дела, но я жужжу, раздражаю.
— А, паук. Я не Ли. Ты забыл, как тесно мы с тобой пообщались в его голове? Тогда, в торговом центре.
Речь о том моменте, когда Ли прикинулся моим отцом и тренировал меня? Да, тогда я его разоблачил и заставил помучиться в кошмарах. Видимо, тогда-то и... что-то произошло в наших головах.
— Кэр?
— Именно. Ну что ж, я пошел. Удачи, паук.
Что? Серьезно? Никакой злодейской речи? Ничего? Что происходит, мать твою?! Я думал, что просто подавил Кэра, если он вообще не был каким-нибудь трюком. Как? Как это могло произойти!
— Стой!
— Ну что?
Ли... Нет, Кэр... останавливается, достает пачку из кармана и, поморщившись, убирает ее обратно.
— Почему ты меня не убьешь?
— Зачем мне тебе отвечать? Я спешу.
Не отвечаю. Только смотрю, с усилием пытаясь держать мимику под контролем.
Кэр смотрит на часы, чешет затылок:
— Ты лучше не приставай ко мне, а подумай, как будешь объяснять это? — кивает на тело главы клана Джунсиначи, Патрика, пускающего слюну Тернова.
Начинаю понимать:
— Ты хочешь свалить всё на меня?
— Ну, конечно. Ты зачинщик всего этого. Стравил Вальтов с Джунами. Смотри сколько важных трупов. Глава Джунов, медиокрисс Вальтов. Остальные со страху разбежались или сошли с ума. Остался только ты. Константин Киба стал заметной фигурой, так что особо разбираться не будут. Да и никому это уже не надо. Так что разгребешь тут все за меня, паук.
Кэр отмахивается, уходит...
Что-то не так...
Что-то, мать твою, совсем не так. И я не могу понять, что именно не так...
Кэр заходит в имение Хидана, оставляя меня одного. Наклоняюсь, щупаю пульс у Мизуки. Мертва. Смотрю в сторону от нее. Она успела обрезать какие-то мотки... Что это? Шелк? Как у меня?
Ясно. Он даже воспользовался тем, чем обычно пользуюсь я, убивая и калеча людей. Не знаю, можно ли на нитях проверить остаточную сумму, но уверен, что об этом он тоже позаботился. Все будет указывать на меня.
Встаю...
Надо что-то делать. Он убьет их. Уничтожит пазлы. Элеонору. Акане...
Делаю шаг в сторону имения и... останавливаюсь. Чувствую, что каждый мой шаг лишь приближает неизбежное. Он сотрет меня в порошок щелчком пальцев. Все мои силы —
