Читаем без скачивания Кровные узы, или История одной ошибки - Диана Чемберлен

– Нет, – сказала Эмили. – Это было в другое время, потому что, когда он пошел в мужской туалет, я пошла в женский. Потом он вышел еще раз, а я стала искать маму, но затем он вернулся, и я сказала ему, чтобы он больше так не делал.

Неужели я не так хорошо знал Энди, как предполагал? Нелепость какая-то. Исключено, что он мог приготовить смесь бензина и дизельного топлива, каким-то образом пронести эту смесь на собрание, а потом еще облить ею церковь. Ребенок, который не в состоянии правильно понять надпись, что можно и что нельзя проносить на борт самолета, не сможет спланировать и осуществить поджог.

– Ты его спросила, где он был? – спросил Флип.

– Нет, я просто отругала его.

– Эмили, – спросил я, – когда исчез Энди – до драки с Китом или после?

– Не помню. – Она посмотрела на мать: – Ты не помнишь, мама?

Робин покачала головой.

– Я сейчас впервые слышу о том, что Энди покидал церковь, – сказала она. – Если это вообще имело место. – Она кивнула в сторону дочери, как будто говорила: «отнеситесь критически к тому, что говорит моя дочь».

– Даже и не думай о том, что сейчас пришло тебе в голову, – сказал я, когда мы с Флипом сели в мой пикап после разговора с Эмили.

– Мне не нравится этот рассказ про исчезновение Энди, – возразил Флип.

– Прими во внимание ненадежность источника. – Я включил зажигание. – Больше никто об этом не говорил.

– Возможно, на него просто не обращали внимания, – ответил Флип. – По крайней мере, до драки.

– Послушай, Флип, Энди не может ничего планировать. – Я вспомнил подробные планы на день, написанные Лорел и приколотые на стене в комнате Энди. – Он живет только здесь и сейчас.

– Однако он сообразил, как выбраться из здания, когда все остальные не смогли этого сделать, – заметил Флип. – Для этого ему ведь пришлось разработать план, разве нет?

16

Лорел

Войдя в вестибюль гостиницы, где жила Сара, находившейся с наружной стороны Церковного холма, я была приятно удивлена тем, что он так просторен и красиво украшен огромными вазами с цветами, стоящими на различных поверхностях. Я беспокоилась о том, как она сможет оплатить столь долгое пребывание в гостинице, расположенной в таком дорогом районе. Но потом узнала, что госпиталь, где лечили Кита, имел соглашение с этой гостиницей и Сара могла получить большие скидки. По крайней мере, я на это надеялась.

Накануне я приняла решение встретиться с Сарой с глазу на глаз. Со времени пожара прошло уже почти две недели. Почти две недели с тех пор, как я ее видела. Мне нужно было узнать, все ли у нее в порядке, а также постараться разобраться с ее чувством обиды на разницу в наших финансовых возможностях. Когда я позвонила ей и сказала, что хочу к ней зайти, она ответила не сразу. Я почувствовала облегчение, когда она сказала, что будет рада увидеть меня, и попросила принести кое-какую одежду и вещи из ее дома. Я была рада помочь ей, поскольку сильно скучала по подруге.

Мы должны были встретиться в гостиничном ресторане. Я стояла у входа в ресторан, стараясь разглядеть тех, кто находился внутри, – а вдруг она пришла раньше меня?

– Привет, дорогая.

Я повернулась и чуть не вскрикнула от неожиданности. Сара принадлежала к тому типу женщин, которые накладывают на себя слои косметики, чтобы всего лишь дойти до почтового ящика, но теперь на ней не было ни грамма. Ее лицо было мертвенно бледным. За эти две недели она очень похудела. Волосы сильно отросли, и у корней появилась темная полоса.

Я крепко обняла ее и прижала к себе.

– Я люблю тебя. – С удивлением я почувствовала, что готова заплакать. – Я скучала по тебе и так беспокоилась.

– Я тоже тебя люблю. Как мило с твоей стороны проехать почти три часа, чтобы пообедать со мной.

Я неохотно выпустила ее из своих объятий.

Она улыбнулась.

– Со мной все в порядке, Лори, – сказала она, стирая слезу с моей щеки. – Держусь изо всех сил.

Дежурная по этажу проводила нас к столику в дальнем углу кафе, как будто понимая, что нам надо побыть одним.

Когда мы сели, Сара огляделась вокруг.

– Какое облегчение испытываешь, вырвавшись хоть ненадолго из ожогового центра, в палате Кита 85 градусов. Я так рада, что ты пришла.

– Нам надо было встретиться раньше, – посетовала я. – Как Кит?

Она устало вздохнула.

– Немного лучше – так они говорят. Мне трудно судить, потому что его до сих пор держат в медикаментозной коме, но жизненные показатели постепенно улучшаются. Врачи почти уверены, что теперь он выкарабкается.

Я положила руку на ее запястье.

– Это такое облегчение.

Она кивнула.

– Правая сторона его лица не пострадала, – сказала она, – но левая сильно обожжена. У него останется шрам, но сейчас я думаю только о том, чтобы он выжил.

– Конечно, дорогая.

Официантка принесла нам по стакану воды и меню.

– Как бы мне хотелось поговорить с ним, – сказала Сара, когда официантка отошла. – Я так скучаю по нему, Лори.

– Так возьми и поговори. Возможно, он услышит тебя.

– Я и так разговариваю! Постоянно. Я говорю, что люблю его и скучаю по нему, и… извиняюсь, что не могу помочь ему сейчас.

– Сара, ты фантастическая мать.

– Тогда почему он постоянно попадает в переплеты?

Я попыталась переубедить ее. Но дело в том, что даже у самых лучших родителей в мире бывают плохие дети.

– Лорел, ты ведь тоже одинокая мать, – сказала она. – Но посмотри на Мэгги. Она всего лишь на год старше Кита, а мудрее на целую жизнь.

– Но она ведь девушка. Ты и я – мы обе знаем, что такой она стала благодаря Джейми.

Она открыла меню.

– Джейми умер, когда Мэгги было восемь. Так что за Мэгги можешь благодарить себя.

– Спасибо, – сказала я. – Я просто хотела придать тебе уверенности, вот и все.

– Я знаю.

– Ты связывалась со Стивом?

Она посмотрела на меня с удивлением и покачала головой.

– А ты не думаешь, что ему следует знать про Кита?

– Нет. Он… ты сама знаешь, каким он был отцом.

Я знала. Стив и Сара развелись, когда Киту едва исполнился год, и Стив никогда больше не испытывал желания увидеть своего сына. Иногда требовалась трагедия, подобная этой, чтобы пробудить в человеке отцовские чувства. Но здесь Сара принимает решения. Не знаю, что бы я сделала в ее положении.

Официантка вернулась к нашему столу. Сара заказала суп, я – зеленый салат и жареную грудку цыпленка без кожи. Официантка записала все в маленький блокнотик и ушла. Сара улыбнулась. Она понимала, почему я так слежу за своим питанием, бегаю каждый день, вовремя делаю маммограммы и прививки против гриппа. Я была сиротой. Мои дети уже лишились одного родителя. Я не собиралась давать им возможность лишиться второго и делала все, чтобы предотвратить это.

– Мой аппетит на нуле, – сказала она после того, как официантка отошла.

– Ты похудела.

Она печально улыбнулась:

– Но ведь когда-нибудь среди туч блеснет луч надежды, а?

Свои следующие слова я репетировала заранее.

– Между нами все в порядке?

– Конечно. Что ты имеешь в виду?

– Просто… после пожара все изменилось. Я чувствую, как мы отдалились друг от друга.

– Но сейчас мои мысли принадлежат одному Киту, Лори, – сказала она. – Извини, если я…

– Нет, – прервала я. – Это у меня паранойя. Может, ты не знаешь этого, поскольку тебя не было, но Кит… во время танцев он несколько раз назвал Энди «богатенький парнишка». Неужели тебя может обидеть то, что мы зажиточ…

– Лорел, – Сара улыбнулась, – этот вопрос никогда не стоял между нами, глупенькая. Не могу поверить, что ты могла огорчаться по этому поводу.

Сразу после ланча Сара отправилась в госпиталь. Я подождала, пока она уйдет, и подошла к стойке администратора. Я надеялась, что Сара была правдива со мной и действительно не испытывает ко мне неприязни, потому что намеревалась оплатить ее счет за пребывание в отеле.

Я протянула свою кредитную карточку молодому человеку, стоявшему за стойкой.

– Пожалуйста, возьмите это и оплатите все расходы Сары Уэстон в этом отеле, – сказала я. – Она проживает в номере 432.

Он посмотрел на экран компьютера.

– Они уже оплачены, – проговорил он.

– Ну да, вероятно, у вас там записан номер ее карточки, – сказала я. – Но я не хочу, чтобы она платила за свой номер. Я сама хотела бы это сделать.

– Он оплачен, мэм, – сказал он с улыбкой. – Вас кто-то опередил.

17

Лорел

1989

Первый год жизни Мэгги прошел для меня в легком тумане. В мае мы отпраздновали ее день рождения в «Сторожевом Баркасе». Я забыла точную дату ее рождения, но Джейми помнил все. Я тщательно спланировала праздник, пригласила Сару и Стива, Маркуса, который теперь жил в соседнем доме, но заходил так часто, что казалось, не переставал жить с нами, и мисс Эмму. Пришло несколько друзей Джейми, работавших с ним вместе в офисе по недвижимости, вместе со своими женами. Они все, казалось, очень хорошо знали Мэгги, поскольку Джейми все еще возил ее с собой на работу. Дэдди Эл умер этой зимой от стремительно развившейся пневмонии, и механические движения мисс Эммы напоминали мне о ее горе. Теперь мы были похожи – обе носили на лице искусственные улыбки, которые не доходили до глаз. Единственным различием было то, что она имела право на свое горе, а я нет. Я знала, что за спиной она называла меня ленивой матерью и была уверена, что я делаю именно то, что она просила меня не делать, – злоупотребляю добротой и щедростью ее сына.