с моим опытом? — а это уже Андрюха не выдержал бахвальства, и тоже решил козырнуть своими достижениями.
— А жена… знает? — парирует корнет.
— А мне все можно… Я целитель!
— Вот и будешь это потом говорить следователям на больничной койке.
Раздался наш дружный смех.
А затем пришлось пить… Много пить, ведь очередная группа аристо подошла к нам с поздравлениями. Даже никогда бы не подумал, что в Иркутске живет столько аристократов… И девушек…
Пришлось еще несколько раз вставать и говорить, что я очень не люблю, когда кто-то обижает дам. Теперь к танцовщицам все обращаются только — «сударыня» и «прекрасная дама». А то попытался один в угаре козырнуть пачкой денег и не отпускал ее руку, пока та не снимет свой топ. А девица, по всей видимости, была из тех, кто не хотел раздеваться, и была против. Ну, что я могу сказать. Барон Рамов сразу протрезвел и сказал, что, пожалуй, пора ему бросить пить. А ведь я даже силу еще не ни разу не применял за весь вечер и думал, что так будет и дальше.
Как бы не так! Позвонили из дома и сообщили «прекрасную» новость. На имение напали… Я честно говоря что-то такое и ожидал, вот только не думал, что это будет непонятная хрень, а не скажем Индусы или Драконы, или Меньшиковы или… ну, короче, думал, что будет понятная хрень. Впрочем, не удивлюсь, если Индусы там тоже где-то рядом ходят.
— Все хорошо? — спросил у меня Андросов, который заметил, что я говорил по телефону.
— Конечно, нормально! У нас же сегодня мальчишник! Продолжаем гудеть! Эй, девушка! А принеси нам еще ящичка два «Викторианской слезы»!
Андросов тяжело вздохнул. Кажется, у него уже нет сил выводить из своего тела алкоголь. А для меня это, прям, веселое соревнование, в котором я должен напоить его, а затем нащелкать кучу интересных фоток.
Но есть и дела… Нужно отойти и позвонить еще раз.
Имение Галактионовых
Иркутская обл.
Один переживал… В первый раз за долгое время он ощутил что-то похожее на страх и нервный тремор. Господин… Он доверил Одину свой дом, а Один подвел его на ровном месте. У господина сегодня важный день, который принадлежал только ему, а Один взял и выдернул его с праздника, позвав назад. Потому что не справляется. Но он, и правда, старался, очень старался.
Однако, эти существа очень сильны. Один даже не мог подумать, что бывает кто-то настолько сильный. Он даже уже не уверен, справится ли Александр. И за эти мысли ему была невероятно стыдно и страшно. Как он посмел усомнится в Господине? Кажется, это он недостойный…
Вот только продолжить эти мысли у него не было времени. Пришлось отбиваться от множества молниеносных ударов. Они были такой силы, что если он примет их на прямой блок, то не знает, что сломается первым. Его клинок или хребет от нагрузки. Эти одноглазые создания были просто невероятной силы. Хотя он видел, что они были заторможены. Часто происходило так, что после нападения они мотали головой, словно пытались снять с себя сон или головокружение. Один пользовался такими моментами для свой атаки, вот только еще ни разу у него не получилось достать эти цели.
Один… В его сердце стало зарождаться некое новое чувство… Он ощутил себя бесполезным. Маленький, но гордый крыс уже призвал всех, кого только мог, но от этого тоже не было много толку. Неужели он проиграет? Нет… Не должен!
Очередной выпад, который существо отбивает, а затем ему приходится уходить от красного луча, бьющего из глаза. Этот луч уже несколько рад убивал медоеда, но тот каждый раз умирал, как положено тотемному животному великого Рода — с высоко поднятой головой и оскаленными зубами. Луч задел Одина лишь краем, но и этого хватило, чтобы испепелить маленький кусочек плоти вместе с доспехом. Обидно… Ведь доспех был, как новый…
— Вы заплатите… За то, что посмели напасть на дом Господина, — выговорил Один и улыбнулся краешком окровавленных губ.
Он не знал, сможет ли осуществить свою месть сам или это уже будет дело Господина. Он только верил в то, что у него получится продержаться достаточно долго, чтобы подоспела помощь и не позволила врагам пройти дальше.
Хотя, какие это враги… Врагов он уважает, а это так… Противники.
Следующих полчаса для Одина были самые трудными за последнее время, но не за всю жизнь. В жизни у него были и потяжелее моменты. Например, когда он лишился глаза… Тот день он считает худшим, а сегодня он еще ничего не лишился, и даже еще жив.
Один полностью поменял тактику боя. Он теперь отвлекает врагов сотнями птиц, и пока те тратят на них время, постепенно оттесняет врага, заставляя делать хоть маленький, но шаг назад.
Затупок был не такой быстрый, как крыс, поэтому он чаще подставлялся под удары мощных врагов и, через какое-то время периоды «воскрешения» стали увеличиваться, это значило, что медоед устал. Но он тоже помогал, и помогал крепко. Они были единой командой. Маленькой, но гордой командой, что защищали людей за своей спиной от смерти.
Не помнил уже маленький самурай, сколько противники сделали шагов. Его счет сбился на девятьсот три шага у одного и восемьсот девяносто семь у второго. Сам же Один уже даже дышать нормально не мог, не то, чтобы держать ровно клинок в своих лапках, и как закономерность, все же один удар он пропустил. Тот самый удар, который и пробил его доспех, и кажется, даже сломал ему ребра, а затем отбросил на сотню метров. Прямо под ноги человеку…
— Госпо… — прохрипел раненый Один, пытаясь сконцентрировать свой затуманенный взгляд.
— Здорово ты их! — ответил человек, который оказался Александром. Рядом с ним, вывалив язык и тяжело дыша лежал измученный Отморозок, который взял короткую передышку, но его маленькие глазки горели решимостью продолжать бой.
— Вы успели… Я смог… Кажется, мне пора.
— Верно… Тебе пора, Один! — он чувствовал, что Господин улыбается. — Пора встать и надрать им задницу, а иначе зачем было начинать все это? Быть слабым можно было и в роли обычной крысы. Я в тебя поверил! Люди в тебя поверили! А ТЕПЕРЬ И ТЫ В СЕБЯ ПОВЕРЬ! ВЕДЬ ТЫ ОДИН! ГЕНЕРАЛ!!! — на последних словах Сандр повысил голос, и в конце он был громоподобен.
От его слов, казалось, расходились мрачные тучи. Однако, это не помешало пойти дождю, как из ведра.
Один попытался сделать еще один вздох чистого и свежего воздуха, но оказалось, что он стал… вкуснее, чем раньше? Еще один… И еще… И… Глаз крысы резко распахнулся и он понял, что сейчас дышит чистой энергией своего Господина. Нет… это не та простая энергия, которую имеют все. Эта что-то другое… Он чувствовал, но никак не мог прикоснуться. Эта энергия, словно сама по себе состоит из одной мощи. Тело Одина стало наполняться силой, и он взглянул на того, кто это сотворил. Александр стоял и улыбался в намокшем парадном костюме, а по обе его руки стояли сильнейшие в этом поместье… после Господина — Мудрый Дед и Искусный Фехтовальщик.
— ИДИ И ДОКАЖИ, ЧТО ТЫ МОЙ ГЕНЕРАЛ! — звучал над пространством голос Господина. — Или умри… Раз твоя решимость недостаточно крепка.
А затем произошел удар током. Так показалось Одину, ведь его било током еще в прошлой жизни крысы, когда он любил погрызть сладкую проводку. Правда, он быстро понял, что это за удар. Особенно, когда в его теле стали выпрямляться ребра и вставать на свои места, а силы стали возвращаться. Он не успел сказать еще что-либо, как Господин достал что-то из кармана и ловко закинул Одину это в рот. Крысюк даже не успел понять, что это такое, как сразу проглотил. Дурацкая привычка из прошлой жизни.
Один встал и ужаснулся. Как он мог сомневаться в Господине? Как он мог проиграть? Как… Как… Как… Он посмел испугаться? Ведь вся его жизнь — это путь… Путь для того, кто поверил… знает… и может.
— Благодарю! — кивнул он Сандру, а затем повернулся к противникам, которые шли на него. — И вас я благодарю за урок… А теперь пора умирать…
* * *
Честно говоря, когда он сказал про умирать, я чего-то подумал, что у меня ничего
