В Англии и Америке существует экономическая школа, считающая целесообразным разрешить всякому выпускать такое количество разменных билетов, какое только может разойтись. Она называет это свободной банковской системой. При свободном выпуске бумажных денег закон, правда, обязывает банки разменивать выпущенные ими билеты, но им вместе с тем предоставляется право держать у себя такой резерв звонкой монеты, какой они сами считают нужным. С абстрактной точки зрения можно, конечно, ожидать, что выпущенные по этой системе билеты будут размениваться; но ввиду сильных колебаний торгового оборота, которые с каждым днем становятся не реже, а чаще и интенсивнее, банки периодически осаждаются требованиями размена билетов, и опыт показал, что всегда найдется несколько банков, которые слишком верят в свою звезду и ведут свои дела не с такой осторожностью, чтобы быть в состоянии исполнять свои обязательства и в периоды кризисов.
Когда выпуск неразменных бумажных денег находится всецело в руках правительства, то можно избежать многих темных сторон этой системы, приостанавливая дальнейший выпуск или изымая из обращения часть старых денег всякий раз, когда цена золота в сравнении с бумажками становится вышеpari (номинала). Пока неразменные билеты стоят на такой же высоте, как изображаемые ими золотые монеты, они так же хороши, как разменные. Со времени последней войны этот принцип применялся французским банком с полным успехом, как видно из того, что, несмотря на политические и финансовые злоключения Франции, неразменные билеты никогда не спускались ниже pari более чем на 1/2 или 1 процент. За этим единственным исключением, едва ли можно указать много таких случаев, когда неразменные бумажные деньги не претерпевали значительного обесценения. Во время прекращения платежей звонкой монетой в Англии лаж на золото дошел до 25 процентов, что, однако, не помешало Фоксу, Ванситарту и другим выдающимся людям того времени смеяться над теми, кто утверждал, что бумажные деньги обесценены. Это показывает, что в денежных вопросах не должно полагаться на суждения отдельных лиц.
Правительства нередко пытались поддерживать ценность бумажных денег al pari, объявив, что они принимаются в уплату податей, и сделав их, таким образом, единственным платежным средством для таких целей. Когда русское правительство выпустило ассигнации, оно и само принимало их по определенному курсу вместо медных монет и даже требовало, чтобы при платежах в государственную кассу, по крайней мере, двадцатая часть уплачивалась ассигнациями. Французские ассигнации эпохи революции также принимались в государственных кассах. Этот способ предохранения бумажных денег от обесценения можно рекомендовать только при следующих двух условиях: 1) подати и всякие другие денежные требования государственных касс должны определяться раз навсегда установленным тарифом, и 2) должно быть выпущено такое количество билетов, чтобы всякий, желая реализовать металлическую ценность имеющихся у него билетов, мог без труда найти человека, которому как раз нужно уплатить подати и который, следовательно, не прочь был бы отдать звонкую монету взамен билетов. Но маловероятно, чтобы оба эти условия всегда имелись налицо. В Америке бумажные деньги принимались в уплату штемпельного сбора, а также служили до определенной суммы узаконенным платежным средством для всякого рода налогов и пошлин, за исключением таможенных. То обстоятельство, что таким путем извлекается из обращения некоторое количество билетов, не служит, однако, препятствием к их обесценению, раз они вскоре снова пускаются в оборот или, для удовлетворения настоятельных потребностей правительства, выпускаются даже новые билеты.
Во время войны или восстания часто нет иного средства достать денег, как выпустить билеты с обещанием разменять их после успешного окончания войны или когда положение будет достаточно обеспечено. Если при этом обещаны также и проценты за все время до размена, то такие билеты представляют собой скорее процентные бумаги. Такого рода билеты выпущены были, например, Кошутом в Нью-Йорке, причем размен их должен был произойти после установления независимого венгерского правительства. Подобные же билеты выпущены были и известным Уолкером, временным президентом республики Никарагуа. Лучший пример бумажных денег с отсроченным разменом представляют билеты, выпущенные казначейством союзных южных штатов Северной Америки; часть этих билетов подлежала уплате через 6 месяцев после заключения мира с северными штатами, а другая часть — через 2 года по окончании войны. Все подобные бумаги можно рассматривать как малонадежные векселя на большой срок. Благодаря народному патриотизму, они входят в обращение и, за неимением других денег, остаются в силе долго; но их ценность подвержена сильным колебаниям. Бывали, впрочем, примеры, когда такие бумаги в конце концов разменены были на металлические деньги.
Мы подошли, наконец, к бумажным деньгам в собственном смысле, которые выпускаются правительством с тем, чтобы они служили узаконенным платежным средством. Подобные неразменные бумаги пускаются в обращение как разменные или вместо таковых, и номинальная ценность их выражается в звонкой монете. На французских 100-франковых мандатах, например, фигурировала следующая надпись: «Bon pour cent francs» («Добрые 100 франков»). На жалких бумажках, циркулировавших в Буэнос-Айресе, значилось: «Un Peso, Moneda Corriente» («Песо, ходячая монета»); эта надпись напоминает то время, когда песо еще был нормальной металлической монетой. Хотя обещание размена представляется проблематичным, бумажные деньги тем не менее остаются в обращении отчасти потому, что нельзя ведь обойтись без орудия обращения, а металлических денег нет; если звонкая монета и имеется в небольшом количестве, то она извлекается из обращения частными лицами либо в видах заработка, либо для будущего употребления. Опыт, впрочем, показал, что неразменные бумажные деньги могут при некоторых обстоятельствах сохранить свою полную ценность, если ограничить их выпуск. Так, например, билеты Английского банка стояли al pari долго спустя после прекращения размена.
Главнейшие возражения против неразменных бумажных денег сводятся к следующему:
1) слишком велико искушение выпускать их в чрезмерном количестве, а это ведет к их обесценению;
2) нет никакой возможности поставить размер выпуска в соответствие с потребностями торгового оборота.
