— О, — прошептала я, — Господи. Я... я прошу прощения.
— Всё хорошо, — зелёные глаза Грейвса горели, он был почти нос к носу со мной. Я видела прекрасные золотые нити в его взгляде, и из-за сна в его правом глазу улавливалась твердость. Этого было достаточно для меня, чтобы заплакать от облегчения, потому что он был настоящим и находился в безопасности. Его спальный мешок свернулся в ком на полу. — Ты ворочалась, а потом начала кричать. Действительно кричать, как будто ты была...
— Извини, — моё сердце колотилось, я втянула сопли. Дверь дрожала на засовах. — Это Бенжамин.
— Я лучше впущу его. Полагаю, мы пойдем на уроки, — но он всё ещё держал меня за плечи своими длинными, мозолистыми, нежными пальцами. Как будто у него было уйма времени, чтобы стоять на коленях у моей кровати и изучать моё лицо. В его футболке на плече была дыра, и это заставило меня чувствовать себя немного странно. — Всё в порядке?
Я обхватила себя обеими руками и кивнула.
— Я думаю... да. Извини. Это было... довольно напряжённо.
— Хорошо. Я объясню всю Бенжамину. Ты в безопасности, хорошо? Больше ничего такого не произойдёт, — он с трудом натянул улыбку. И теперь у меня был своего рода сердечный приступ. Потому что, когда он так смотрел на меня, я чувствовала себя вывернутой наизнанку. — Обещаю.
И этого — обещание, то, как он сказал это с уверенностью — было достаточно, чтобы снова заставить меня расплакаться. Он выпустил меня и провёл до двери, тощий парень в боксёрах и дырявой футболке. Его ноги отекли. Он не был таким же тощим, как птица, каким был в Дакоте. И он уже двигался как оборотень, изящно и уверенно.
Я подтянула одеяло к груди и снова прикрыла глаза. Слушая, как он говорил сквозь стиснутые зубы.
— Успокойтесь, с ней всё хорошо. Это просто плохой сон.
Не считая того, что им не снились плохие сны. Но другая вещь овладела моим разумом. Я была благодарна, и мои глаза распахнулись. Я боролась с запутанными покрывалами и убежала в ванную. Я не хотела, чтобы кто-нибудь видел меня в таком состоянии, и я хотела подготовиться к встречи с этим днём. Ночью. Какая разница.
Но больше всего я не хотела думать о том, что мне только что приснилось. Я приложила бы все свои усилия, чтобы забыть этот сон, я так решила. Сон уже исчезал, отступая спокойно в пространство, где живут мечты, пока вы гуляете при дневном свете.
Мне следовало бы знать, что это не будет так просто.
Глава 12
Двумя неделями спустя сумрак упал фиолетовыми полосами на город, и Главная Школа проснулась. В Школе не звенел утром звонок, чтобы разбудить нас, между уроками также не было звонка. Не было даже звонка, который бы извещал о тревоге. Я была озабочена тем, что произошло бы, если бы кровососы напали, но Бенжамин сказал, что это редко происходило.
Не так, как было в исправительной Школе. И это только начало длинного списка различий этих двух школ. В целом, здесь мне нравилось больше.
Вроде того.
Грейвс, одетый в свой длинный, чёрный плащ, пожал плечами, прошёлся пальцами по волосам. Они встали живыми пружинистыми завитками, он сгримасничал, когда выпутался из одеял.
— Живее, иначе ты опоздаешь.
— Черт! — я поспешно записала последние два ответа, захлопнула книгу и кинула ее в сумку. Захватила кусочек тоста и новую красную толстовку, и направилась к двери, когда послышался настойчивый стук. Грейвс поспешил открыть дверь, и Спиннинг просунул свою голову внутрь. Он был дежурным последние несколько часов перед началом утренних занятий, и Бенжамин выглядел удовлетворённым, потому что у моей двери караулил оборотень, поэтому все могли подготовиться к ночи.
— Господи, — сказал оборотень, проводя рукой по длинной, тёмной эмо-чёлке. В этом сезоне этот стиль был популярен. — Ты теперь постоянно будешь опаздывать?
— Хей, Бобби. Девчонка просто не может выйти за дверь вовремя, — Грейвс казался расслабленным.
Это не моя вина.
— Заткнись, — я повесила новую коричневую сумку на плечо и попыталась впихнуть весь тост в рот. Мы с Грейвсом вывалились из комнаты, Спиннинг изящно избегал меня. У него были самые длинные ноги, которые я когда-либо видела у парня, и двигался он со своего рода приостановкой, как будто ждал, когда остальная часть мира догонит его.
Дибс стоял в коридоре, его золотистые волосы были растрёпаны. Он был похож на одного их тех херувимов, которых можно увидеть на разрисованных тарелках у старушек. Сплошные завитки и пухлые щечки.
— Привет, Дрю, — сказал он одними губами, тут же покраснел и опустил взгляд в пол.
Бенжамин появился из ниоткуда, протягивая мне кипу бумаг в пластмассовой папке:
— Я распечатал твои бумаги. Леон будет с тобой до обеда; у остальных практика в бою этим утром. Ты поела?
Я проглотила огромный тост и почти задохнулась, затолкнула его поглубже и кивнула. Леон вышел из комнаты, которая находилась рядом со мной, и прикрыл дверь. Он нёс — слава Господу — два бумажных стаканчика, у которых были все шансы содержать в себе кофе.
— Да, — я взяла пластиковую папку, думала о том, что она не влезет в мою сумку, и решила просто нести её в руках. — Боже, спасибо. Ты не должен был делать это.
— Пожалуйста, — он усмехнулся и на мгновение выглядел молодым. Его тёмные глаза искрились. — Я принесу тебе книги по биологии и химии на ланч, хорошо? И Джорж принесет тебе спортивную сумку перед обеденным спаррингом.
— Ты спаситель, — теперь я не задумывалась об иронии этого высказывания дампиру. — Иди, иди. Со мной всё будет хорошо. Я доберусь до кабинета.
— Только если ты не опаздываешь, не так ли, — Грейвс схватил меня за руку и потянул. Он уже успел схватить сигарету. — Увидимся Бенжи.
О, ради Бога. Но Леон был уже здесь, забирая у меня толстовку и папку, передовая кофе и одаривая мою сумку тяжёлым взглядом. Я подтянула её выше на плече и поспешила догнать Грейвса.
— Спасибо.
— Не стоит благодарностей, — Леон снова бросил взгляд на мою сумку, собираясь забрать её. Но Грейвс не выпустил меня, и я продолжала крепко держаться за него.
Самая странная вещь в Школе — тебе не придётся носить вещи самой. Ещё одна странная вещь? Ни одной атаки в Школе с тех пор, как я прибыла сюда. Целых три недели. Я настолько привыкла видеть по одной атаке каждые несколько дней, что пребывание здесь без нападений походило на своеобразный отпуск.
Отпуск, где я собиралась провести время в классах, изучая Истинный мир, вот так вот. И немного поспать, потому что Пепел бодрствовал регулярно между 4:00 и 5:00 утра, время, когда все ложились спать. Это отнимало всё время, которое я отводила для домашнего задания, что означало пару часов упорства после рассвета, а затем я валилась в кровать, в то время как Грейвс похрапывал в спальном мешке на полу. Мы разрабатывали график проведения сна в кровати и в спальном мешке, но он был упрям. Как всегда. Это хорошо для моей спины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
